Вы знаете, что чувствует ребенок, которого внезапно лишают отцовской защиты, слова и тепла? Я вам расскажу.Боль. Отчаянье. Гнев. Опустошение. При этом весь твой человеческий дух обретает невероятную Силу и Веру.
Всегда
мечтала стать журналистом, как папа. Но не думала, что мой первый
материал в прессе будет посвящен его смерти. Все мы ходим под Богом, так
что никому не известно, какой будет наша жизнь в последующие минуты.
Моя теперь разделена на две части: с папой и без него.
Мой папа
сформировал мой мир. Он был не такой, как остальные отцы. Честный в
каждой минуте нашего общения, любящий, дающий свободу и безмерно
талантливый. От меня он хотел такой же отдачи. Когда мне было лет
тринадцать, папа задал вопрос: «Ты что, до сих пор не прочла
„Капитанскую дочку"?» Я покраснела и отправилась изучать творчество
Пушкина.
Сколько недовольства было в этом папином откровенном
возмущении. Именно оно побудило меня тянуться к папе и во многом ему
соответствовать . Тогда же я, сгорая со стыда, получила от папы список
книг: «Если хочешь, чтобы я тебя уважал, нужно прочесть вот это...». Так и
родился наш с ним список: «Белая гвардия», «Герой нашего времени», «Три
мушкетера», повести Гоголя и наследие Пушкина. Он редко вкладывал мне в
рот ответы на интересующие вопросы. Помнятся папины слова: « Я всему
научился сам. На полке стоит словарь. Иди и посмотри». Приходилось
всегда доказывать, на что способна я.
Сложно конкурировать с
папиной величиной. Мне хочется другого - быть его достойным
продолжением. Я всецело воспитывалась на его примере. Для меня папа -
центр моей вселенной. Когда в университете я боролась с несправедливой
отметкой, чувствовала, что жажда справедливости - от папы. Когда я
рвалась заработать свои первые деньги, я говорила себе: это чтобы папа
мной гордился. Главное - он был для меня образцом мудрости и
человечности. Люди могут говорить что угодно. А он научил меня быть
верной принципам, следовать своей интуиции, видеть людскую суть.
Быть дочерью Олеся Бузины - большая ответственность.
Мне
нередко приходилось принимать на себя агрессию и злобу окружающих,
точно так же, как и слушать в его адрес очень достойные слова. Порой я
вела разъяренную борьбу с обидчиками, только чтобы защитить папино имя. Я
всегда остро воспринимала прогнившее человеческое нутро, которое
побуждает лить грязь за глаза.
У папы в крови было стремление к
справедливости и правде, поэтому многим людям так неугодна его позиция.
Ему не могли противостоять в споре, у него всегда находились честные,
исторически подтвержденные факты, которые превращались в железные
аргументы, что расшибали лбы оппонентов. Его позиция была непоколебима:
он был ЗА МИР и дипломатическое решение конфликта. Папиным орудием
всегда было только слово. Орудием его убийц стали пять пуль.
