Ближний Восток угодил в дурную бесконечность затеянной Соединенными Штатами смены правящих режимов и изменения привычных государственных границ арабских государств. Похоже, американцы руководствуются принципом бывшего премьер-министра Израиля Голды Меир: «Если не считать Египет и Израиль, которые являются настоящими государствами, весь остальной Ближний Восток - это всего лишь племена, размахивающие своими флагами». Перестала быть единым государством разграбленная Ливия, расколот Йемен, под угрозой целостность Сирии и Ирака. Появился и новый продукт американской дипломатии - «Исламское государство», которое уже контролирует территорию, размерами превышающую Великобританию. Сейчас ИГ собирает силы для вторжения в Ливан и Иорданию, в дальнейших его планах - установление контроля над мусульманскими святынями Мекки и Медины. «Исламское государство» - это уже нечто большее, чем отдельная террористическая группировка.
Сейчас совместный контингент иракской армии и курдские подразделения общей численностью около 25 тысяч человек готовятся к штурму города Мосул и его зачистке от боевиков ИГ. Намечаемая операция по освобождению второго по величине города в Ираке с двухмиллионным населением - это уже не просто контртеррористическая операция, это настоящая война. Для Багдада важно не только одержать военную победу, но сохранить иракскую государственность. Настораживает афганский опыт американцев. В своё время моджахеды, получив американское оружие для борьбы с СССР, превратились в талибов. Сейчас, после 13 лет оккупации Афганистана войсками США и НАТО, гражданская война не прекращена, талибы снова рвутся к власти. В Ираке всё повторяется, по крайней мере в военный успех американцев мало кто верит.
Военная кампания США по уничтожению группировки «Исламское государство», как её планируют в Вашингтоне, включает три этапа. Первый этап начался нанесением авиаударов по силам ИГ. Второй этап связан с обучением и вооружением иракских правительственных сил и отрядов курдских ополченцев, а также, возможно, представителей отдельных суннитских племен. На завершающем этапе планируется уничтожение боевиков ИГ в Сирии.
Пентагон объявил, что на всю кампанию потребуется не менее трех лет. В любом случае доводить этот план до конца придётся кому-то другому, Обама уйдет в 2016 году. Однако ещё до этого он, возможно, заложит мину под государственную целостность Ирака. Речь идет, прежде всего, о политике в отношении Иракского Курдистана.
Единого фронта борьбы с ИГ нет: кроме сколоченной американцами коалиции, с группировкой борются правительственные войска Сирии и Ирака, а также иракские и сирийские курды. В этой борьбе у курдов есть четкое понимание того, что джихадисты ни при каких условиях не согласятся не только на независимость Курдистана, но и на автономию курдов в своем государстве. Формально автономное, но де-факто независимое курдское государство на севере Ирака существует уже несколько лет, с момента свержения Саддама Хусейна в 2003 г. Именно США при президенте Джордже Буше-младшем стали гарантом существования Ирака в прежних границах, не будучи тогда заинтересованными в расчленении Ирака.
Президент Обама смотрит на вещи по-другому. При нём после вывода американских войск из Ирака Вашингтон сохранял свои союзнические обязательства перед Багдадом недолго. Обаму больше беспокоит растущая близость шиитского руководства Ирака с Ираном, чем появление на иракской территории террористического монстра, каким стало «Исламское государство». Однако он снова делает ошибку, полагая, что его «курдский проект» подорвёт позиции Ирана. Скорее, наоборот: разыгрывая в Ираке курдскую карту, президент США сработает на усиление Тегерана. Если Курдистан станет независимым, шииты в Ираке получат абсолютное большинство и иранское влияние на Ирак только вырастет. Политические оппоненты уже с пристрастием спрашивают Обаму: кто ему дал право перечеркнуть итоги войны США с Саддамом, сделать бессмысленными огромные финансовые расходы и напрасными человеческие жертвы?
Планы США по выводу Курдистана из состава Ирака не поддерживаются соседними государствами. Арабский мир обвиняет Обаму в том, что его курдская политика ведет к созданию на Ближнем Востоке «второго Израиля». Аравийские монархи боятся, что, как только курдское ополчение (пешмерга) покончит с ИГ, оно развернёт полученное от американцев оружие против Багдада и довершит расчленение Ирака. Опасения не напрасны. Ведь американским планом войны с ИГ предусмотрена не военная поддержка государства Ирак, а оказание фрагментарной помощи представителям трех разных частей Ирака: проправительственным шиитам, курдским вооруженным формированиям и суннитским племенам. С каждой из этих трёх сил американцы работают отдельно, стремясь добиться их политического подчинения себе, а свою военную помощь строго дозируют. В такой стратегии уже заложены элементы будущей междоусобной войны.
Не случайно Саудовская Аравия собирается построить на иракской границе 1000-километровую стену, которая должна предотвратить распространение хаоса из Ирака на Аравийский полуостров. Воевать с ИГ саудовцы не желают, задуманная ими стена - это, скорее, пропагандистский ход. Несколько дней назад в Эр-Рияде прошла встреча 20 арабских государств, на которой обсуждалась военная помощь Багдаду. Делить Ирак на части по американскому образцу саудовцы не будут, они против плана создания независимого курдского государства. В признании Иракского Курдистана Эр-Рияд видит, прежде всего, неминуемый развал сложившейся правящей коалиции в Багдаде в пользу близких к Ирану шиитов. Случись это, «Исламское государство» предстанет для королевской семьи не меньшим злом, чем проиранский Ирак.
Иракский Курдистан, во многом ориентированный на всестороннюю американскую помощь, не устраивает и Турцию. Анкара, отношения которой с Вашингтоном опустились в последнее время до отметки исторического минимума, рассматривает всех курдов как часть своей национальной проблемы. Помогать курдам в борьбе с ИГ Турция не желает ни в Ираке, ни в Сирии. Турецкое вето на любые виды объединения курдов, а тем более создание независимого курдского государства остается неизменным. Ещё в 2012 году об образовании собственной администрации объявили сирийские курды. Шестнадцать политических организаций Западного (Сирийского) Курдистана, объединившись в рамках Курдского национального совета, взяли под свой контроль северную часть страны. Главную роль в Совете играет располагающая реальной военной силой Партия демократического единства (ПДЕ), тесно связанная с Рабочей партией Курдистана (РПК), действующей на территории соседней Турции. Анкара требует от Вашингтона учитывать её мнение при выстраивании «особых отношений» с курдами и тщательно взвешивать последствия раскола Ирака.
Упрекая Обаму за провалы во внешней политике, Джеб Буш в выступлении на недавнем форуме по безопасности в Чикаго признал, что «мир ускользает из-под контроля США» (1). Кандидат в следующие президенты США, судя по всему, уже начал свою предвыборную кампанию, обязательный атрибут которой - критика внешней политики Обамы. Впрочем, США всегда раскладывали курдский пасьянс весьма произвольно. Сейчас в борьбе с ИГ Вашингтон поддерживает курдов Ирака, но отвернулся от курдов Сирии. Курдов Ирана американцы используют для подрыва иранского режима. А курдов Турции - для шантажа Анкары, о чём говорит, в частности, угроза перевести базу американских ВВС из турецкого Инджирлика в столицу иракских курдов Эрбиль.
