Аналитический центр ВЦИОМ представил на своём сайте результаты опроса россиян о самостоятельности во взрослой жизни.
«Экономические вызовы, образовательные траектории, сложности с приобретением жилья — всё это влияет на откладывание выхода в самостоятельную жизнь молодых людей, - отмечается в пресс-релизе исследования ВЦИОМ. - Один из критериев взросления — переезд от родителей, и во многих странах возраст, в котором молодые люди покидают родительский дом, увеличивается в последние годы. Например, в странах ЕС в 2024 г. он составлял 26,2 года, в отдельных странах достигая 30 лет и более. Кроме того, мужчины в ЕС покидают дом родителей позже, чем женщины (27,3 vs 25,4 лет соответственно).
В сравнении с этими данными самостоятельная жизнь в России по-прежнему начинается рано, в среднем россияне уходят в самостоятельную жизнь в 21 год, как мужчины, так и женщины, это устойчивая норма, которая почти не меняется от поколения к поколению. Однако среди поколения цифры четверо из десяти сегодня продолжают жить с родителями.
При этом в общественном мнении возраст "нормального" отделения от родителей совпадает с реальной практикой и одинаков для сыновей и дочерей — 21 год».
«На фоне общественных ожиданий к ранней самостоятельной жизни совместное проживание с родителями в зрелом возрасте (30-40 лет) становится "красным флагом" для отношений, прежде всего в глазах женщин. Подавляющее большинство из них такого мужчину, даже симпатичного и интересного, не рассматривает как партнера для отношений. Причём чем моложе женщины, тем жестче этот фильтр, именно самыми молодыми поколениями совместная жизнь мужчины с родителями воспринимается как почти безусловный стоп-фактор для отношений.
Мужчины смотрят на ту же ситуацию гораздо мягче: для них женщина, живущая с родителями в 30-40 лет, не выглядит подозрительно, и здесь большинство не исключает отношений с такой партнершей.
В столицах отношение к совместному проживанию с родителями заметно мягче, особенно у женщин. В малых городах и на селе требования жёстче. По-видимому, всё дело в доступности жилья: в небольших населенных пунктах своё жилье купить легче, чем в крупном городе.
На мнение по этому вопросу влияет личный опыт самостоятельной жизни. Те, кто рано (до 24 лет) отделился от родителей, значительно строже оценивают потенциальных партнеров, продолжающих жить с семьей.
В целом данные говорят о сохраняющемся гендерном перекосе в ожиданиях взрослости: самостоятельность и отделение от родителей по-прежнему более "обязательны" для мужчин, чем для женщин», - подчеркнули авторы исследования.
«Гендерный дисбаланс наблюдается и в ожиданиях внутренней автономии, независимости от мнения матери во взрослом возрасте, - отмечает далее ВЦИОМ. - Следование советам матери для взрослого мужчины в российском обществе в целом считается неприемлемым — это устойчивая социальная норма, воспроизводящаяся во всех поколениях. И женщины в этом вопросе особенно категоричны: для них мужчина, ориентирующийся на мать в жизненных решениях, демонстрирует неприемлемое поведение. Хотя сами мужчины в четверти случаев находят такое поведение допустимым.
Впрочем, общество не поощряет следование советам матери и в отношении женщин, хотя это воспринимается несколько мягче, мужчины и здесь терпимее. В итоге материнское влияние оказывается несколько более социально приемлемым для женщин, чем для мужчин.
В наименьшей степени терпимы к материнскому влиянию на мужчин россияне, состоящие в браке или совместно проживающие с партнером без штампа».
«По версии россиян, если взрослый мужчина следует советам матери, это проблема мужчины и не норма. Доминирует объяснение через инфантильность, несформированную автономию и личностную слабость мужчины: зависимость, страх ответственности, неспособность принимать решения. Иными словами, материнское влияние читается не как поддержка, а как симптом незрелости. Многие видят в этом разрушительное влияние самой матери: гиперопеку, властность, давление, которые приводят к избалованности и отсутствию мужского воспитания.
Женщины значительно жёстче мужчин в объяснениях. Они чаще связывают ориентацию на мать с ошибками воспитания, отсутствием сепарации, разрушительной ролью матери. Мужчины же чаще выбирают прагматичную интерпретацию — опыт, возраст, рациональность советов, то есть склонны легитимировать материнский авторитет, а не рассматривать его как угрозу самостоятельности.
Позитивное объяснение через крепкие, доверительные отношения с матерью встречается, но уходит на третий план. Его чаще озвучивают самые молодые россияне, те, кто ещё, видимо, и сам сильно ориентируется на родительские советы. Однако по мере взросления эта интерпретация вытесняется более критичными оценками.
В итоге социальная норма довольно жёстко наказывает мужчину за материнское влияние, объясняя его несостоятельностью самого мужчины или провалом воспитания. Но основными носителями такой нормы являются сами женщины, и в этом заключается социальный парадокс. Женщины одновременно выступают и главными носителями нормы жёсткой мужской автономии, и теми, кто зачастую обеспечивает длительную материнскую поддержку (или влияние), включая эмоциональную, бытовую и нередко — экономическую. Иными словами, выступая в разных ролях (матери или партнерши), женщины воспроизводят конфликтующую логику: как матери они поддерживают и защищают сыновей, а как женщины и потенциальные партнёрши — осуждают мужчин за эту самую поддержку», - заключили авторы исследования.
Эксперт Аналитического центра ВЦИОМ Татьяна Смак, комментируя результаты исследования, отметила:
«В российском обществе взросление по-прежнему происходит довольно рано на фоне мировых трендов и вопреки существующим стереотипам о молодёжи. И, как показывают результаты исследования, россияне довольно нетерпимы к тем, кто или "засиделся" в родительском доме, или слишком долго "слушает маму".
Эти требования особенно строги в отношении мужчин: эмоциональная связь с матерью легко превращается в повод для иронии и стигмы от "маменькиного сынка" до "сыночки-корзиночки". В отношении женщин сопоставимой языковой маркировки не существует: их близость с родителями социально приемлема, и не воспринимается как признак несостоявшейся взрослости.
Примечательно, что в основном эту стигму активно воспроизводят сами женщины. В роли партнерш они ожидают от мужчин полной автономии во всех смыслах, а в роли матерей нередко продолжают поддерживать эмоциональную и бытовую связь со взрослыми сыновьями, требовать внимания. И мужчинам тут не позавидуешь, в результате они оказываются зажаты между противоречивыми ожиданиями общества: быть независимым и самодостаточным мужем, но при этом оставаться верным сыном.
Напряжение возникает ещё и там, где традиционные гендерные ожидания сталкиваются с экономической реальностью — высокими ценами на жильё, нестабильной занятостью, долгим периодом обучения, уязвимостью на старте карьеры. Общество продолжает требовать от мужчин автономии как символа зрелости, не всегда предоставляя для этого материальные условия. В итоге сепарация превращается в тест на социальную и экономическую состоятельность».
