12 октября продолжились просветительские экскурсии для малороссийских политбеженцев, которые при организационной поддержке движения «Другая Украина» проводит Кирилл Фролов. Первым пунктом в этот день стал Андреевский монастырь в Москве, бывший в 17 веке Киевским подворьем.
Фролов подробно рассказал об этом: «Фёдор Ртищев был духовным сыном киевских православных интеллектуалов во главе с Киевским и Малой России митрополитом Петром (Могилой), который назвал себя «более русским, чем все русские» и предлагал московскому царю Михаилу Фёдоровичу создать в Москве аналог учёного монастыря — Киево-Могилянской Академии для подготовки кадров православной экспансии и русского воссоединения. Св. Петра услышал боярин Фёдор Ртищев, который на свои средства создаёт в московском Андреевском монастыре высшую школу для подготовки православной русской церковной и политической элиты, куда приезжает 40 учёных монахов из Киево-Могилянской Академии во главе с такими выдающимися учёными, как Епифаний Славинецкий, Арсений Сатановский, Дамаскин Птицын и многие другие, которые готовят русское воссоединение 1654 г. Боярин Фёдор Ртищев является для меня идеалом православного мирянина и русского политика, и стоя у его могилы в Андреевском монастыре, я молю Бога, чтобы такие, как боярин Фёдор Ртищев, а не всякие случайные люди, занимались в Москве малороссийским и белорусским, то есть православными русскими вопросами».
После рассказа о малороссийском аспекте истории Андреевского монастыря паломников принял наместник обители архимандрит Дионисий (Шленов), который духовно наставил их и рассказал об истории и современной жизни монастыря. Паломники приложились к частицам мощей Киево-Печерских преподобных об освобождении русского Киева и отправились в Новый Иерусалим как к святыне воссоединения Великой, Малой и Белой России.
Группа была большая, и в Новом Иерусалиме люди подходили и спрашивали: «Откуда Вы?». И в ответ слышали: «Мы – малороссы, из Киева и Полтавы».
У стен Новоиерусалимского монастыря Кирилл Фролов рассказал о роли оклеветанного патриарха Никона в воссоединении Великой, Малой и Белой России. Все проекты патриарха Никона поражают своей гениальностью и масштабом. Это и создание подмосковной Палестины, и комплекс Новоиерусалимского монастыря. Никон понимал, что не каждый русский человек сможет попасть на места искупительных страданий и воскресения Спасителя и поэтому создал Новоиерусалимский монастырь как место, где бы русский человек мог увидеть, как происходили Евангельские события. Но Никон задумал для Новоиерусалимского монастыря еще одну важнейшую роль. В Воскресенском Соборе до сих пор сохранились Престолы для всех глав Поместных Православных Церквей, чтобы они могли сослужить одновременно. Таким образом, Никон создавал в Москве Центр мирового Православия. В братию Новоиерусалимского монастыря брались представители всех православных наций. По замыслу Никона, значение и влияние Нового Иерусалима было бы куда большим, чем Ватикана. И сейчас Новоиерусалимский монастырь сохранился и может выполнять возложенную на него миссию.
Другой важнейший проект патриарха Никона – воссоединение Малороссии и Белоруссии с Россией. Это целиком его заслуга. Патриарх Никон буквально заставляет Московский Земский Собор 1653 года принять петицию Богдана Хмельницкого и начать войну с Польшей. Ведь тогда политическая ситуация в России во многом напоминала нынешнюю. Противники ее исторической миссии и имперского пути самых разных политических ориентаций тогда добились того, что Запорожские казаки десятилетиями просили принять их в Московское подданство, но получали отказ тех боярских кругов, которые считали воссоединение русских земель ненужным и обременительным. Именно эти круги заключили фактически альянс с польской католической дипломатией и добились дискредитации и низложения патриарха Никона.
Идеологами этого низложения были тайный католик Паисий Лигарид, который олицетворял волю польских кругов, боящихся ликвидации унии и потери Малороссии, и московский боярин Зюзин, либерал и сторонник «государственного контроля над церковью». Именно такие люди, как Стрешнев, добивались создания Монастырского приказа, говоря современным языком, «госоргана по делам религий». Именно они столкнули патриарха с царем, убеждая последнего в том, что Никон якобы опасен для государства, что он стремится установить теократию и тому подобную чушь. Ибо если бы Никон хотел подмять государственную власть, то он бы это сделал, так как фактически управлял Российским государством во время долгого отсутствия царя Алексея Михайловича, который возглавлял военные походы против Польши. Никон не собирался захватывать государственную власть, а был он сторонником сильной Церкви, соработничающей с государством в деле возрождения народа и внешней экспансии. Именно благодаря Никону в России укрепились высшее образование, современная армия, сильная, в том числе церковная, экономика, расцвет культуры. Никон выписывает из Белоруссии лучших мастеров, благодаря которым появляется великолепное московское барокко и знаменитая московская школа изразцов.
Именно эти антицерковные круги, а не патриарх Никон, и виновны в церковном расколе XVII века. Выдающийся русский церковный историк митрополит Макарий (Булгаков) пишет, что если бы Никон не был низложен, то раскола бы не произошло. Антицерковное лобби попыталось с помощью будущих лидеров старообрядцев создать «альтернативный центр церковной власти» в противовес «неуправляемому» Никону.
Аналогия с современностью также налицо. Однако напомним любителям поиграть в альтернативное православие итоги этих игр: раскол Церкви, народа, не преодоленный до сих пор. Подлинные зачинщики раскола – на дне ада. Вспомним, что печально памятный Собор 1666 года, вопреки канонам, низложил Никона и проклял старообрядцев. Как известно, Никон достиг с лидером старообрядцев Иваном Нероновым примирения по обрядовому спору. И поэтому ничего удивительного нет, что продолжатель и поклонник патриарха Никона, реставратор русского патриаршества митрополит Антоний (Храповицкий) сыграл выдающуюся роль в исторической реабилитации патриарха Никона и в возрождении единоверия, призванного вернуть в жизнь Церкви и ревнителей старого обряда, и сам этот обряд, который является альтернативой латино-немецкому вырождению обрядовой, архитектурной и музыкальной Русской Церкви, внесенному Петром Первым и прочими тоталитарными секуляризаторами. Антоний рукополагал всех будущих лидеров единоверия и добился того, что Поместный Собор 1917-1918 гг. не просто восстановил Патриаршество, но и реабилитировал патриарха Никона, выехал всем составом в Новоиерусалимский монастырь, где у гробницы патриарха Никона была отслужена панихида (на этой могиле, по свидетельству монахов Новоиерусалимского монастыря, происходят чудеса).
Экскурсия для малороссов была приурочена к наступающему празднику Покрова Пресвятой Богородицы, и поэтому Кирилл Фролов подробно объяснил, почему бандеровцы пытаются приватизировать праздник Покрова.
Сегодня великий праздник Покрова Божьей Матери. Его история свидетельствует о том, что для нас, православных, актуален лозунг «Православие – превыше всего!». В этот день мы празднуем поражение наших языческих предков от православных византийцев, но это поражение обернулось нашей победой, потому что мы – преемники веры Византии, и русские - это византийцы сейчас. Так что Покров – это праздник русской победы.
Но проблема в том, что этот праздник пытаются приватизировать бандеровцы. Как это произошло? Покров особо почитали запорожские казаки, а запорожские казаки были оплотом православной русскости: если бы их назвали украинцами, они бы этого человека утопили в Днепре. И Николай Васильевич Гоголь в повести «Тарас Бульба» вполне четко описал самосознание казаков как русских имперских националистов.
Именно православные русские казаки Кочубей и Искра предупредили Петра I о том, что Мазепа – изменник, но российская элита, как сейчас, так и тогда, верила предателям и сдавала своих, поэтому Петр сдал Кочубея и Искру Мазепе. Потом он за это поплатился, и пришлось вести войну. Точно так же Россия сдала всех православных русских активистов в Укрорейхе, что сделало СВО неизбежной. История повторяется.
Заодно вспомним, почему Екатерина II разогнала Запорожскую Сечь. Потому что возник объективный конфликт между нерегулярным вооруженным формированием и регулярной армией. Запорожская Сечь – это ЧВК «Вагнер» той эпохи: либо нужно было подписать контракт с государством, либо произошло то, что произошло. Но это же не повод придумывать из вагнеровцев той поры отдельную нацию!
Как же получилось, что Покров стал бандеровским праздником? Придумал это идеолог украинства Андрей Шептицкий. Чтобы уничтожить русских Галиции в концлагерях Терезин и Талергоф, ему были нужны боевики-фанатики, и он придумал сечевых стрельцов – униатских фанатиков, которые проводили этот геноцид. И как всегда, украинские сепаратисты действовали путем исторической фальсификации, потому что сечевые стрельцы – это изначально стрельцы Запорожской Сечи. Но мы помним, что те стрельцы стояли за православие и за русскость, а стрельцы Шептицкого были противоположностью запорожским казакам! Тем не менее, униатские стрельцы тоже начали праздновать Покров как свой праздник.
Украинское политическое униатство – это ложь, а ложь – от дьявола. Вернуть украденный бандеровцами праздник Покрова возможно и необходимо только с освобождением православного русского Киева и Запорожья – колыбели запорожского казачества.
С праздником Покрова Богородицы!
Максим Александрович Розенберг, главный редактор канала @RussianImperiaZOV, член Ассоциации Православных Экспертов
.jpeg)
