Сожжены или захоронены?

Давно не обращался к тяжелейшей для православных теме «екатеринбургских останков». Пока у нас в Церкви единомыслия нет: это останки неизвестных мучеников или всё-таки мощи Царственных Мучеников и их слуг?

Недавно с одним знакомым, с которым у нас разные взгляды на этот вопрос, неожиданно коснулись этой темы. И я вновь услышал распространённый тезис, что, мол, «следователь царской школы» Н.А.Соколов всё доказал, что царские мощи были сожжены, а вот нам советский следователь В.Н.Соловьёв с режиссёром Г.Т.Рябовым и геологом А.Н.Авдониным подбросили дезинформацию «Юровского-Покровского» о могиле, чтобы навязать Церкви для почитания лжеостанки.

А ведь версия о сожжении – это не версия Н.А.Соколова. Не только у Соколова, не только в эмиграции, но и в советской литературе официально была та же версия о сожжении тел. Но мои аргументы не были услышаны, видимо, высказывался сумбурно.

Поэтому решил составить своего рода записку, как описывалась судьба останков Царской Семьи в литературе. Постарался писать максимально безоценочно. Простая фактология, что называется – информация к размышлению. Это не историография вопроса, я просто выделил самые важные публикации и выступления по проблеме судьбы останков. Может быть, это будет полезно людям, пытающимся разобраться в вопросе.

Итак, кратко хроника событий.

В ночь с 16 на 17 июля 1918 года в подвале Ипатьевского дома в Екатеринбурге были убиты страстотерпцы император Николай Александрович, императрица Александра Федоровна, царевич Алексей, царевны Ольга, Татьяна, Мария и Анастасия, врач Евгений Боткин, а также оставшиеся им верными камердинер Алоизий Трупп, повар Иван Харитонов и комнатная девушка царицы Анна Демидова. Что случилось дальше с телами мучеников, представляется пока в нашей православной среде по-разному.

25 июля 1918 года, т.е. через 8 дней после преступления, в Екатеринбург вошли белые, и вскоре по инициативе офицеров Белой армии начались поиски Царской Семьи, началось следствие. Первоначально его вели по собственной инициативе офицеры, неопытные в следственном деле, затем недолгое время – Алексей Дмитриевич Намёткин (1875–1919?), судебный следователь по важнейшим делам Екатеринбургского окружного суда. С 12 августа 1918 года следствие было поручено следователю по важнейшим делам Екатеринбургского окружного суда Ивану Александровичу Сергееву (1872-1919). Оба были расстреляны (Намёткин, правда, под вопросом). Именно Намёткин и Сергеев по горячим следам собрали главные доказательства обстоятельств убийства Царской семьи.

Только через полгода после цареубийства 9 февраля 1919 года следователем был назначен Николай Алексеевич Соколов (1882-1924), следователь по особо важным делам Омского окружного суда. Одновременно Соколову поручили вести расследование исчезновения Великого князя Михаила Александровича в Перми и убийства Великой княгини Елизаветы Федоровны и группы князей Романовых в Алапаевске (объём работы был колоссальный). С 8 марта по 11 июля 1919 года, т.е. всего только четыре месяца, он проводил следственные действия на месте преступления в Екатеринбурге. В его архиве, кстати, есть фотография, где Соколов сидит на том самом мостике из шпал, где была могила, в которой были захоронены либо останки царственных мучеников, либо убитых специально, чтобы запутать следствие, неизвестных лиц. 11 июля, не завершив следственные действия, Соколов вынужден был эвакуироваться из Екатеринбурга. Он продолжал заниматься расследованием цареубийства до конца жизни, но в Европе он мог опрашивать только тех лиц, которые были причастны к заговору против Императора и ссылке Царской Семьи в Тобольск.

14 июля 1919 года красные захватили Екатеринбург. После этого, видимо, им стало известно, что белое следствие не нашло могилу и пришло к выводу об уничтожении останков.

5 ноября 1919 года американский журналист И.Левин опубликовал статью в газете «Chicago Daily News», в которой, ссылаясь на влиятельного большевика, известного историка М.Н. Покровского, сообщил, что вся Царская семья и их слуги были сожжены. Таким образом, публично впервые версия о сожжении, как это ни парадоксально, прозвучала со ссылкой на «красного профессора» Покровского. Возможно, он знал о выводах следствия Н.А.Соколова.

В январе 1920 года следователь Н.А.Соколов передаёт через капитана П.П.Булыгина (1896-1936), также причастного к расследованию, матери Императора Николая II вдовствующей Императрице Марии Федоровне «Доклад о результатах следствия по факту убийства Царской Семьи». Вывод Соколова: Семья убита, тела вывезены за город, где расчленены и сожжены при помощи бензина и серной кислоты. Причём, в завершение доклада Соколов пишет, что «сведения сии совершенно секретны». Доклад был широко не известен, опубликован в 30-е годы в харбинской газете, а в России С.А.Беляевым только в 1996 г. в «Журнале Московской Патриархии». Правда, Соколов в 1921 году встречался с Великим князем Андреем Владимировичем и князем Гавриилом Константиновичем и его супругой, о чем пишет в своем дневнике ставшая женой Великого князя знаменитая балерина Матильда Кшесинская. Соколов дал возможность Андрею Владимировичу и Кшесинской снять копии с материалов дела.

В 1920 году вышла книга английского журналиста Роберта Вильтона (1868-1925) «Последние дни Романовых» на английском языке (в 1921 году книга издана на французском языке в Париже, в 1923 году на русском издана в Берлине). Вильтон участвовал в работе следствия как фотограф, пользовался полным доверием Н.А.Соколова, от которого он получил копию дела. Необходимости держать всё в секрете после этого не стало. Вильтон публично озвучивает версию: Царскую семью убили евреи, тела сожгли.

В 1920 году (самая распространённая датировка, но существуют и другие) М.Н.Покровский вместе с руководителем цареубийства Я.М.Юровским составляют так называемую «Записку Юровского», в котором излагается версия сожжения только двух тел мучеников и захоронения остальных девяти в могиле в Поросёнковом логу на дороге под мостиком из шпал. Записка не предназначалась для печати и оставалась секретной до 1970-х годов, когда с нею познакомили помощника министра внутренних дел СССР Н.А.Щёлокова известного писателя и киносценариста Г.Т.Рябова (1932-2015).

В 1921 году одновременно в Париже, Вене, Константинополе (Стамбул), Нью-Йорке и Ревеле (Таллин) вышла книга «Трагическая судьба Николая II и Его Семьи» учителя Цесаревича Алексея Пьера Жильяра (1879-1962). Он тесно соприкасался со следствием, имел сведения от Н.А.Соколова. Версия у П.Жильяра та же – тела были сожжены.

В 1921 году в Екатеринбурге вышел сборник статей «Рабочая революция на Урале. Эпизоды и факты». В нём была опубликована статья видного большевистского деятеля на Урале, до мая 1918 года председателя Екатеринбургского городского Совдепа, журналиста П.М.Быкова (1888-1953) «Последние дни последнего царя» (в 1926 г. Г.В. Гессен издал эту статью в 18-м томе своего «Архива Русской революции»). В статье версия о сожжении: тела были вывезены в район Верх-Исетского завода и на другой день сожжены.

В 1922 году во Владивостоке выходит книга руководившего следственным делом по цареубийству генерала М.К.Дитерихса (1874-1937) «Убийство Царской Семьи и членов Дома Романовых на Урале», в которой также излагается версия сожжения тел. Книга написана на основании копий части следственного дела, сделанных для генерала следователем Н.А.Соколовым.

В 1922 году руководитель цареубийства Я.М.Юровский готовит воспоминания, в которых излагает версию захоронения тел, но воспоминания не были опубликованы.

В 1924 году в Париже на французском языке вышла книга Н.А.Соколова «Enquête judiciaire sur l’assassinat de la Famille Impériale Russe» («Судебное расследование убийства Русской Царской Семьи»). Русскую версию книги под названием «Убийство Царской Семьи» издал уже после смерти Соколова в 1925 году князь Н.В.Орлов. Н.А.Соколов, разумеется, повторяет свою версию сожжения тел.

Летом 1924 года группа уральских большевистских руководителей сфотографировалась на месте «мостика из шпал». Среди участников «фотосессии» П.З.Ермаков, который утверждал, что он из своего маузера убил Императора Николая II. Этот маузер лежит на могиле, прикрытой мостиком. На фотографии в числе прочих стоит П.М.Быков (на тот момент редактор газеты «Уральская Новь»), который написал статью о сожжении тел.

В 1926 году в Екатеринбурге, ставшим уже Свердловском, вышла в свет книга упомянутого выше П.М.Быкова «Последние дни Романовых». В ней он повторяет версию сожжения тел в районе Ганиной Ямы: «Но найти могилу Романовых не удалось, потому что остатки трупов после сожжения были увезены от шахт на значительное расстояние и зарыты в болоте, в районе, где добровольцы и следователи раскопок не производили. Там трупы и сгнили благополучно». Книга была переиздана в 1930 году в Москве и Ленинграде, а в 1934 году её издали на английском языке в Лондоне под названием «Последние дни Царствующего дома».

В январе 1928 года в Свердловск приехал поэт Владимир Маяковский. «Поэта революции» председатель Свердловского окружного исполкома Анатолий Парамонов, который тоже был на фотографии 1924 года у могилы под «мостиком из шпал», свозил на то место, где, как потом напишет поэт, «император зарыт». Стихотворение «Император» было опубликовано в апрельском номере журнала «Красная Новь» за 1928 год. В нём есть такие строки: «Здесь кедр// топором перетроган,// зарубки// под корень коры,// у корня,// под кедром,// дорога,// а в ней – император зарыт».

1 февраля 1934 года Юровский выступил на совещании старых большевиков в Свердловске, где он повторил версию о захоронении тел убитой Царской семьи. Собрание это было закрытым, велась стенограмма, но она не публиковалась вплоть до недавнего времени.

В 1964-1966 годах в Отделе пропаганды и агитации ЦК КПСС по распоряжению Первого секретаря ЦК Н.С.Хрущёва были записаны на плёнку воспоминания об убийстве Царской Семьи и судьбе их тел доживших участников преступления (Никулина, Родзинского, в Хабаровске записали Кабанова). Эта работа проходила под кураторством тогдашнего первого заместителя заведующего Отделом пропаганды и агитации ЦК КПСС, впоследствии знаменитого «прораба перестройки» А.Н.Яковлева. Материалы в итоге не были опубликованы, были сданы в Центральный партархив Института марксизма-ленинизма, где находились в секретном фонде, т.е. к ним имел доступ ограниченный круг специалистов. Материалы, в которых говорится о сожжении только нескольких тел и создании могилы, были опубликованы впервые Ю.А.Жуком в 2008 году.

В 1972-1973 годах в шести номерах журнала «Звезда» была опубликована «историческая повесть» журналиста М.К.Касвинова «Двадцать три ступени вниз». Публикация готовилась ещё к 1968 году, когда исполнялось 100 лет со дня рождения и 50 лет со дня убийства Императора Николая II, и автор, бывший сотрудник «Смерша», был допущен к секретным материалам, в том числе к материалам записей 1964 г. в ЦК КПСС. Однако новый глава КПСС Л.И.Брежнев темой «разоблачения последнего Царя» не увлёкся, и М.К.Касвинов смог издать свой опус не без труда только в 1972-1973 годах, да и то только в ленинградском журнале (отдельной книгой текст был издан в 1978 г. уже после смерти автора). Но впервые после книги П.М.Быкова в СССР была публично повторена та же версия цареубийства и сожжения тел.

1 июня 1979 года группа сценариста Г.Т.Рябова и геолога А.Н.Авдонина, используя «записку Покровского-Юровского, нашла и вскрыла «царскую могилу» в Поросёнковом логу. Это произошло при негласной поддержке личного друга Л.И.Брежнева, влиятельнейшего министра внутренних дел СССР Н.А.Щёлокова, который обеспечил безопасность поисков и раскопок, а ранее дал разрешение Г.Т.Рябову на работу с секретными документами (мотивы действий Щёлокова до сих пор не вполне понятны). Двумя годами ранее 16-17 сентября 1977 года руководитель Свердловского обкома КПСС Б.Н.Ельцин снёс здание Дома Ипатьева, где произошло цареубийство. Инициатором сноса мемориального здания был глава КГБ Ю.В.Андропов, который еще в 1975 году протащил это решение через Политбюро, но сопротивление предшественника Ельцина на посту первого секретаря обкома Я.П.Рябова помешало сразу снести здание (в 1976 г. Я.П.Рябова повысили до секретаря ЦК и перевели в Москву). Андропов и Щёлоков были злейшими, непримиримыми врагами, в итоге после прихода к власти Андропова, затравленный Щёлоков покончил жизнь самоубийством. Г.Т.Рябов и А.Н.Авдонин извлекли из могилы три черепа, намереваясь провести идентификацию, этого сделать не удалось, и через год черепа закопали в могилу в ящике, куда Рябов положил медный крест с надписью «Претерпевший до конца спасется» (Мф. 24:13). Сохранность могилы была повреждена грубыми раскопками Рябова и Авдонина.

16 апреля 1989 года в популярной газете «Московские новости» вышло интервью с Г.Т.Рябовым, в котором он впервые публично рассказал о «царской могиле». В это же время в журнале «Родина» был опубликован очерк Рябова «Принуждены вас расстрелять» («Родина», 1989, апрель-май, № 4-5). О могиле стало широко известно. При этом Рябов не упомянул как своего соратника Авдонина, объясняя это беспокойством за безопасность геолога.

11-13 июля 1991 года было произведено вскрытие могилы, из которой извлечены останки 9 человек. Этому предшествовало заявление А.Н.Авдонина на имя руководителя Свердловского облисполкома Э.Э.Росселя, который сформировал бригаду экспертов и организовал официальные раскопки. Рябов оказался к этому непричастен.

29 июля 2007 года недалеко от захоронения было обнаружено кострище с остатками костей двух тел, как предполагает следствие, Царевича Алексия и Великой княжны Марии Николаевны.

Таким образом, до 1989 года публично озвучивалась – и в эмиграции и в СССР – только версия сожжения тел убитой Царской Семьи. Версия захоронения была секретной, для печати не предназначалась. Единственное исключение – стихотворение Владимира Маяковского, но это было воспринято как фантазия или поэтический образ. Поэтому версию о сожжении останков правильнее называть не «версией Соколова», а «версией Соколова-Быкова», а то и «версией Покровского», если не наврал американский журналист в 1919 году.

Что же касается моего отношения к «екатеринбургским останкам», то я не раз его уже высказывал. Я считаю, что нет никаких рациональных аргументов в пользу того, что в «Поросёнковом логу» найдена могила с неизвестными людьми, созданная большевиками, чтобы замести следы. Если её создавали после того, как красные захватили Екатеринбург в 1919 году (а в суматохе эвакуации в июле 1918 года вряд ли было реально), чтобы ввести в заблуждение общественное мнение западных стран и при необходимости привести в доказательство могилу (а не для чего-то другого создавать могилу и не могли, представить, что большевики создали могилу, чтобы после падения СССР ввести в заблуждение следствие – совсем уж фантасмогорично), то не было необходимости хоронить 9 тел, а 2 сжигать. И этот аргумент невозможно оспорить никакими расчётами, сколько горит тело мёртвого человека, изучением сохранности зубов, характера почвы и т.д., на что напирают критики.

Однако сегодня значительное число верующих убеждено, что царские останки были сожжены на Ганиной яме, где теперь монастырь, а потому признание найденных останков царскими мощами может вызвать серьёзные нестроения в Церкви. А обретение мощей должно объединять народ, ибо это – церковный праздник, общая радость. Поэтому Господь и создал нам такую ситуацию, что Архиерейский Собор, уполномоченный принять решение, просто не может быть созван. Либо придётся отказаться от вынесения решения по останкам, пока не будут преодолены разногласия.

Анатолий Дмитриевич Степанов, историк, главный редактор «Русской народной линии», председатель «Русского Собрания», член Союза писателей России