С праздником Живоначальной Троицы!
Мою новую рубрику «Евангелие глазами филолога» положительно оценили не только мои читатели. На конференции в Институте русской литературы я услышал добрые отзывы и от моих коллег-филологов.
В праздник Пятидесятницы решил продолжить и прочитать об этом событии с обращением к греческому тексту.
Сошествие Святого Духа описано в книге Деяний апостолов: «При наступлении дня Пятидесятницы все они были единодушно вместе. И внезапно сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра, и наполнил весь дом, где они находились. И явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них. И исполнились все Духа Святаго, и начали говорить на иных языках, как Дух давал им провещевать» (Деян.2,1-4).
Последовательность событий выглядит следующим образом: вначале апостолы слышат знамение Духа Святого в виде «шума», затем они видят «огненные языки», которые «почили на них», и после этого начали говорить на других языках.
В этом тексте моё внимание всегда обращало на себя слово «шум». Мне оно казалось не только не понятным, но и странным, потому что это слово имеет скорее негативный смысл. Согласно словарному определению «шум» – это «громкие звуки, сливающиеся в нечто неясное и нестройное или воспринимаемые как помеха». Синонимы к этому слову также имеют отрицательную окраску: «гам, гул, гвалт, грохот, шумиха, оживление, суматоха, ссора, брань, скандал».
Очевидно, что такой смысловой контекст не согласуется с высоким смыслом Пятидесятницы. Тем более хочется разобраться, какое слово стоит в оригинале?
Вот та строка, в которой говорится о «шуме»: «καὶ ἐγένετο ἄφνω ἐκ τοῦ οὐρανοῦ ἦχος» - «и внезапно сделался шум с неба» (Деян.2,2). Слово, которое нас интересует «ἦχος», действительно в греческом языке может означать «шум, гул», однако у него есть и другие значения: «слух, молва, отголосок».
Впрочем, это слово можно было бы и не переводить, так как его смысл можно легко понять, если просто прочитаем его по-гречески: «ἦχος» читается как «ихос» или «эхос». И здесь мы делаем открытие, что это то самое слово «эхо», которое мы действительно понимает без перевода. Из всех значений слова «ἦχος» - эхо является его древнейшим смыслом, сакрализированным и запечатленным даже в древнегреческой мифологии, в которой существовала богиня Эхо (горняя нимфа), с именем которой как раз и связывали природное явление эхо — отражение звука, прежде всего в горах.
Итак, выясняется, что апостолы в Сионской горнице в соответствии с греческим текстом слышали не посторонний шум, а горное эхо.
Именно это значение слова ставит всё на свои места. Поэтическое слово эхо, в отличие от сугубо прозаического «шума», отражает высокий смысл события Пятидесятницы. Апостолы слышат эхо горнего мира, можно даже сказать, Эхо Духа Святого. Это слово имеет не только высокий эстетический оттенок, но и глубокий богословский смысл. Понятие эха передает трансцендентность и неотмирность Святого Духа и одновременно Его близкое присутствие, слышимость и воспринимаемость.
Можно задать вопрос, почему же как в церковно-славянском, так и в синодальном переводе допущен столь неудачный вариант перевода? Могу высказать свою версию. Возможно, переводчиков как раз могла испугать связь этого понятия с древнегреческой мифологией, и они решили избежать этих ассоциаций, употребив при переводе слово «шум» как более нейтральное, пожертвовав при этом важным смыслом.
Хотелось бы ещё остановиться на образе Святого Духа «как бы несущегося сильного ветра». Этот «ветер» в греческом тексте обозначен словом «πνοή» (пнои): «ὥσπερ φερομένης πνοῆς βιαίας» - «как бы от несущегося сильного ветра» (Деян.2,2). В греческом языке оно имеет несколько значений:
1) веяние, дуновение, порыв;
2) струя воздуха;
3) дыхание, от дышать - πνοιὴ;
4) испарение, запах;
5) звук.
Как видим, среди основных значений вовсе нет значения «ветер». Его скорее нужно перевести как «сильное дуновение или дыхание», и это более соответствует новозаветному смыслу, тому, что речь идёт о действии и встрече апостолов с Третьей Живой Ипостасью Единого Живого Бога. Этот же образ дыхания Духа Святого содержится и в словах Спасителя «Дух дышит, где хочет» (Ин.3:8).
В контексте идеи основания в день Пятидесятницы Церкви Христовой образ дыхания Духа Святого приобретает экклезиологический смысл и отсылает к творению Богом через дыхание первого человека: «и вдунул в лицо его дыхание жизни, и стал человек душою живою» (Быт.2,7).
В заключение хочу рассмотреть еще один вопрос: каким образом Дух Святый сходит на апостолов? В синодальном переводе сказано, что Он почил на апостолах – εκάθισεν. Но буквально это слово означает «он сел» от глагола καθίζω (садиться, сидеть), то Дух сел на апостолов. Это слово также имеет экклезиологический смысл. От него образовано слово «кафедра» – буквально: седалище. Получается, что Дух Святый восседает на апостолов как на свои седалища, созидая их живыми кафедрами основываемой Церкви Христовой, что впоследствии стало основанием учения об Поместных Церквях.
Протоиерей Геннадий Беловолов, директор мемориальной квартиры-музея Иоанна Кронштадтского в Кронштадте, настоятель храма свв. апп. Петра и Павла в с. Сомино
Впервые опубликовано на странице автора в социальной сети
