17-18 сентября Федеральная резервная система (ФРС) приняла решение снизить базовую ставку на 50 базовых пунктов (0,5 процентного пункта) до диапазона 4,75–5%, мотивировав это значительным замедлением инфляции и охлаждением экономики. Снижение оказалось более резким, чем прогнозировалось, пишут «Известия».
Базовая ставка ФРС (federal funds rate) — ключевой инструмент управления монетарной политикой США. По ней банки кредитуют друг друга овернайт (то есть на сутки), при этом целевой ориентир устанавливается несколько раз в год — обычно восемь. В зависимости от этого показателя меняются и все другие долларовые ставки, начиная от ипотечных и заканчивая корпоративными кредитами. Последний раз ставка понижалась в 2020 году в разгар пандемии, с тех пор же она росла, стабилизировавшись более года назад на уровне 5,25–5,5%. Исторически это очень высокий показатель — максимальный с 2001 года. После кризиса 2008 года нормой была ставка на уровне около нуля или чуть больше.
Всё изменилось в 2022 году, когда нарушение цепочек поставок в мировой экономике и колоссальные вливания бюджетных средств в рамках программ восстановления привели к всплеску инфляции почти повсеместно (за исключением большинства стран Восточной Азии). В США она в какой-то момент достигла 9,1% в годовом исчислении — рекорд за 40 лет. Ставка начала повышаться и к лету 2023 года превысила 5%.
Сейчас инфляция замедлилась до 2,5% в августе — всё еще выше целевого значения (2%), но ненамного.
Ряд центробанков уже начали снижать ставки (например, ЕЦБ), а также ЦБ Канады, Швейцарии и Мексики. Обычно США в этом процессе выступают «застрельщиком», но сейчас всё иначе. В общем, вопрос снижения ставки был практически решенным еще до заседания. И всё же оно предполагало интригу в том, насколько она будет снижаться. Огромный интерес инвесторов к теме проявился, например, в том, что объем спекулятивных позиций во фьючерсах на ставку ФРС достиг исторического максимума за всю историю торгов.
В России решение ФРС интересно, в первую очередь, представителям небольшой части деловых кругов, считает член Генерального Совета «Партии дела», публицист и экономист Андрей Петрович Паршев.
«Дело в том, что этого решения зависит доходность американских государственных и корпоративных ценных бумаг, в которые вкладываются инвесторы. Для основной экономики России все эти изменения, по понятным причинам, практически незаметны. Конечно, есть опасность, что наши финансисты продолжат операции с ценными бумагами США, но, надеюсь, что сейчас это почти невозможно», — сказал он.
Эксперт напомнил, что ключевая ставка решает ещё и задачи развития производства, но пример США показывает, что Федеральная резервная система плохо справляется с этой задачей, так как, несомненно, сильная экономика Соединённых Штатов в производственном смысле уступила пальму первенства ряду других стран.
«Самое главное, что может извлечь из всей этой ситуации Россия – это мнение американских монетаристов, которые считают, что даже с ключевой ставкой в 5% проблематично развивать внутреннее производство. В нашей стране, напомню, ключевая ставка 19%», — заключил Андрей Паршев.
