Как сообщалось в СМИ, на фоне обостроения противостояния Ирана и Израиля секретарь Совета безопасности России Сергей Шойгу совершил визит в Тегеран, а затем в Баку. Возможное развитие ситуации прокомментировал в программе «Железная логика» на радиостанции «Вести.ФМ» Сергей Александрович Михеев. Материал под заголовком «Имеет ли Иран право на самозащиту?» опубликован в блоге политолога.
«Что касается визита Шойгу в Иран, а затем в Азербайджан, я думаю, что это однозначный сигнал, на чьей стороне находится симпатия РФ в данной ситуации. Совершенно очевидно, что удар по Тегерану был террористическим актом, который может вызвать законную реакцию Ирана, а значит, и право на самооборону. На эту тему была пресс-конференция у американцев, и пресс-секретарь Госдепа, отвечая на прямой вопрос арабского журналиста: “Есть ли у Ирана право на самозащиту?”, начал вилять и фактически ушел от ответа. Иными словами, есть страны, которым можно всё, а есть те, которым нельзя ничего. Можно спорить о том, каково внутриполитическое устройство или каков внешнеполитический курс Ирана, но его государственный суверенитет очевиден, и оспаривать его невозможно. Имеет ли право Иран на самооборону? Да, имеет. Является ли прямой удар по столице Тегерана, тем более в день инаугурации президента, как минимум террористическим актом или актом агрессии? Да, является. Имеет ли Иран право на самозащиту? Да – ответ очевиден. А для американцев он совсем не очевиден», – сказано в публикации.
«Есть их союзники-“шестерки”, которым можно всё, а есть все остальные, которым или нельзя ничего, или можно только то, что им разрешает Америка. Поэтому российские симпатии были обозначены визитом Шойгу, с одной стороны; а, с другой стороны, скорее всего, Шойгу один не ездит. Видимо, речь шла о нашей помощи, консультациях с точки зрения использования средств ПВО. Я слышал, что такие средства российского производства уже находятся на вооружении иранской армии, а в нынешней ситуации важно их эффективное действие. Это первое.
Второе: я думаю, что Иран не хотел бы ввязываться ни в какую войну. Здесь очевидна провокационная роль Израиля, лично Нетаньяху, который подставляет и собственное население, и свою страну, решая проблемы личной политической карьеры. Ему кажется, что выйти из ситуации, в которой он находится сейчас, можно только через военный успех или то, что можно назвать военным успехом, а для этого нужно обострение. Потому что удары по Бейруту и Тегерану военного смысла не имели. После удара по Бейруту “Хезболла” прекратила свое существование или отказалась от своих действий? Нет. После убийства Хании палестинское сопротивление сдалось и сказало, что “всё - теперь мы поняли”? Нет. Тогда зачем? Это чистой воды акт эскалации, попытка втянуть Иран, а впоследствии США, в войну. Нетаньяху и его окружение жертвуют и Израилем, и народом Израиля, подставляя под рост эскалации», – отметил Михеев.
«Иранцы, действительно, много лет живут под лозунгом: “Израиль надо уничтожить”. Я считаю, что эта позиция слишком радикальная и недоговороспособная. Тем не менее, прямых военных действий против Израиля Иран никогда не вел и не ведет сейчас. Даже в палестинском конфликте “Хезболла” могла бы занимать более активную позицию, но скоро уже год, а “Хезболла” в нем участвует не на полную катушку. Это все прекрасно понимают, и Нетаньяху со своими генералами тоже не может этого не знать, но всё равно надо втянуть Иран в войну. Иран, занимая радикальную позицию в отношении Израиля, не хотел бы втягиваться в большую войну, но удары по Бейруту и Тегерану – а это было прямое оскорбление в день инаугурации – вынуждают что-то сделать, что можно было бы и своему населению, и всему Ближнему Востоку, мусульманскому миру представить как значимую акцию. Нетаньяху своей авантюрной политикой втягивает мир в возможность возникновения крупного военного конфликта на Ближнем Востоке.
Третье: по поводу третьей мировой войны. Все про нее говорят не переставая. Если говорить о войне супердержав (Россия, США, Китай, блока НАТО), то здесь главным сдерживающим фактором является ядерное оружие. Ни у одной из стран, обладающих ядерным оружием, нет стопроцентной защиты от ядерного оружия противника. А это означает, что в случае третьей мировой войны любая из стран, обладающих этим оружием, может понести такой ущерб, что он окажется невосполнимым или настолько тяжелым, что оклематься от него будет крайне сложно. Эти вещи сдерживают уже много десятков лет мир от третьей мировой войны», – напомнил обозреватель.
«Если говорить о региональных ситуациях, то я не верю, что Ближний Восток может стать ареной третьей мировой войны. Что там только не происходило за долгие годы! Говорят: «Сейчас будет третья мировая война». Кто с кем будет воевать? Какие мировые державы втянутся и как они все будут воевать? Я считаю, что это пустые разговоры. С одной стороны, это надо для того, чтобы поднять градус; с другой стороны, это может быть от недопонимания; а с третьей стороны, надо заполнять газетные заголовки кошмарной информацией.
Мы помним арабо-израильские конфликты времен холодной войны, когда США и Советский Союз были готовы схлестнуться в непримиримой схватке. Ракеты были направлены друг на друга, Советский Союз готов был к самым жестким действиям, одновременно с этим на Ближнем Востоке шли горячие войны, но почему-то столкновения Советского Союза и США не случилось. Почему? Потому что это третий театр военных действий. Был СССР, были США, а был Ближний Восток. На Ближнем Востоке опосредованно и США, и СССР конкурировали друг с другом, но напрямую сталкиваться не желали», – подчеркнул политолог.
«Вьетнам – это тоже место, где СССР и США опосредованно друг с другом сражались. Потому что все понимают, что Южный Вьетнам, Сайгон – американская креатура и американская армия там воевала много лет напрямую. Северный Вьетнам, Ханой – товарищ Хо Ши Мин и всё остальное не могло бы выжить без поддержки Советского Союза (оружие, инструкторы, летчики). Третья мировая война тоже не случилась. С какой стати она случится сейчас? Если мне кто-то объяснит схему, как это может произойти, будет интересно послушать. Предположим, Израиль и Иран обменяются жесткими ракетно-бомбовыми ударами, и из-за этого начнется третья мировая война? Кого с кем? США с Россией - не вижу возможностей. США с Китаем–еще менее вероятно. Тогда как будет мировая война выглядеть?
Это не означает, что обострение ближневосточного конфликта не может быть очень тяжелым – конечно, может. Но разговоры про третью мировую войну… У меня такое впечатление, что люди постоянно находятся на самовзводе, часто апеллируя к историческим параллелям: “К Первой мировой войне никто не готовился, никто не ждал, а она разразилась, и сейчас тоже так может случиться”. Я считаю, что напрямую одно из другого не вытекает. Во-первых, были разные ситуации. Во-вторых, в стопроцентном виде исторические коллизии не повторяются – они всегда имеют свои нюансы.
Когда был 2017 год, я слышал: “Сейчас будет революция, потому что 100 лет назад был 1917 год”. Ну и что? С какой радости должна быть еще одна революция?
Это нумерология, перестановка цифр, магия чисел. Когда в 2014 году началась операция с Крымом, тоже говорили, что “это третья мировая война”. Ситуация довольно сложная, но с тех пор прошло 10 лет.
Что касается Ближнего Востока: может разразиться серьезное осложнение ситуации, и война – в первую очередь, воздушная, ракетно-бомбовая – может окончательно подтолкнуть Иран к созданию ядерного оружия. Мы слышали новости, что Пакистан готов предоставить ракеты средней дальности, да и у самого Ирана эти ракеты есть – вопрос в снабжении их боеголовками. То есть, средства доставки ядерных зарядов до территории Израиля или до американских военных баз в регионе у Ирана есть. Нет политического решения, однозначного заявления о том, что есть ядерное оружие и его постановка на вооружение. Это всё “часы Судного дня”, про которые недавно говорил Рябков, еще больше подвинет к полуночи. Если, не дай Бог, кто-то решится на нанесение ядерного удара, это будет катастрофа, но и это не будет означать третью мировую войну», – заключил Сергей Михеев.
