«Сейчас много говорят о возможной интервенции Запада на Украине. Но это в корне неверно. Интервенция уже состоялась. Ибо, согласно формально действующему международному праву, интервенция является вмешательством во внутренние дела другого государства, нарушающим его суверенитет», – пишет в статье «Интервенция на Украину. Почему для Запада в ней нет хорошего решения» известный политолог, обозреватель МИА «Россия сегодня» Ростислав Владимирович Ищенко. Статья опубликована на сайте Украина.ру.
«В оригинальном значении, в котором этот термин использовался до начала ХХ века, – это любое вмешательство. Впрочем, любое внешнее вмешательство (даже по приглашению), так или иначе нарушает суверенитет.
Поскольку интервенция не обязательно является военной, а может быть финансовой, экономической, информационной, дипломатической и т. д., то Запад, поддерживая и даже организовывая украинские майданы, начал интервенцию на Украину не позже 2000 года, а в скрытой форме даже раньше, с момента провозглашения её независимости. Западные санкции, а также дипломатическая и информационная войны, которые Запад ведёт против России также являются интервенцией.
А вот СВО с точки зрения буквы и духа международного права интервенцией не является. СВО направлена на защиту не только государственных интересов России, но и угнетённых нацистским режимом народных масс Украины (принадлежащих как к национальным меньшинствам, так и к титульной нации). Многочисленные нарушения прав человека на Украине зафиксированы даже благожелательно относящимися к киевскому режиму западными наблюдателями. Отказываться от этой практики киевские власти не собираются», – сказано в публикации.
«Между тем, согласно положениям Заключительного акта СБСЕ, подписанного в Хельсинки 30 июля – 1 августа 1975 года, права человека не могут являться внутренним делом государства, а Всеобщая декларация прав человека ООН, принятая 10 декабря 1948 года, провозглашает универсальный принцип правового статуса личности для всего мира ("не должно проводиться никакого различия на основе политического, правового или иного статуса страны или территории, к которой человек принадлежит").
Попутно заметим, что в отношении граждан России (и не только России) Запад в рамках различных персональных санкционных режимов грубо нарушает положения Всеобщей декларации прав человека, ограничивая права личности на основании принадлежности этой личности к российскому гражданству или даже просто к русскому этносу.
Впрочем, для нас в рамках данного материала более важно то, что в 90-е годы, опираясь на опыт гражданской войны в бывшей Югославии, а также геноцида руандийских тутси, Запад настойчиво продавливал через ООН, а затем начал явочным порядком применять механизм гуманитарной интервенции, направленной на предотвращение геноцида и других грубых нарушений прав человека.
Идея, которую приняли на вооружение западные державы заключалась в том, что медлительные и неповоротливые механизмы ООН, требующие многочисленных согласований, а также единогласия постоянных членов Совета Безопасности, не позволяют не только предотвратить геноцид, но даже вовремя остановить уже начавшийся, поэтому "гуманитарная интервенция" с целью предотвращения и/или прекращения начавшихся массовых грубых нарушений прав человека является не только правом, но и обязанностью любого государства, способного эту интервенцию осуществить», – отметил политолог.
«Тогда такая возможность была только у коллективного Запада. Хоть Россия и предупреждала, что международное право прецедентно и бумеранг вернётся, никто в НАТО и ЕС не обращал внимания на эти предупреждения. Уверенный в "конце истории" Запад строил свою гегемонию навсегда. Когда же выяснилось, что "вечная" гегемония Запада, по срокам вполне уложилась в период существования "тысячелетнего" гитлеровского рейха, было уже поздно.
Поэтому мы сегодня и говорим, что действия России на Украине, будучи направлены на защиту массово и грубо нарушаемых местным нацистским режимом прав человека, не могут считаться интервенцией, либо же, если принять западную новеллу 90-х, являются законной, оправданной и даже обязательной "гуманитарной интервенцией".
Но вернёмся к посетившей Запад идее разместить на Украине свои войска», – продолжил Ростислав Владимирович.
«Особенно интересует журналистов и экспертов возможная дислокация западных войск на Украине. Какие позиции могут занять западные интервенты? – коренной вопрос, обсуждающийся в СМИ. Возможностей здесь не так много.
Объявить эту интервенцию гуманитарной Запад не может, так как она направлена своим остриём против России, то есть является чисто военно-политическим мероприятием, целью которого является ограничение или полная ликвидация возможностей геополитического противника проводить активную политику в чувствительном для Запада регионе.
Запад также не может объявить свои действия миротворчеством. Даже если опустить необходимость получения мандата ООН, что невозможно без согласия России, миротворец должен быть непредвзятым посредником, а Запад в данном кризисе открыто выступил против России. Многие западные политики квалифицировали действия США и ЕС как войну, направленную на её уничтожение или, как минимум критическое ослабление.
Это значит, что войска Запада (если они будут введены) не могут занять позиции между враждующими сторонами, обеспечивая разведение противостоящих армейских группировок. Миротворцем можно стать только по взаимному согласию сторон, и гарантии безопасности миротворцам выдают на основе добровольного согласия обе стороны.
Итак, западные контингенты могут располагаться либо в украинском тылу, либо на территориях сопредельных стран (если решено будет обеспечить базирование там авиации, с задачей прикрыть ВСУ на фронте), либо же Западу необходимо будет отправить свои контингенты непосредственно на фронт, оказавшись в состоянии открытого вооружённого противостояния с Россией, со всеми вытекающими последствиями.
Отправка западных контингентов на фронт практически нереальна. Она может быть относительно успешной только если эти контингенты составят в общей сложности не менее 50 тысяч человек сразу, с гарантированным восполнением потерь и последующим трёх-четырёхкратным повышением численности в течение года. Только в таком случае Запад может надеяться остановить российское продвижение на Украине и вернуться к позиционной войне (и то без гарантии)», – подчеркнул эксперт.
«Но, во-первых, такого количества боеготовых соединений Запад сейчас просто не имеет. Всё, что по заявкам отдельных стран может быть выставлено – усиленные батальоны или лёгкие бригады, общей численностью до 15 тысяч человек со всего ЕС. Это примерно эквивалентно численности воюющих на Украине наёмников (последняя, правда, постоянно сокращается). Учитывая темпы потерь ВСУ, контингента такой численности, даже при условии частичного восполнения потерь, на направлениях интенсивных боёв хватит месяца на два.
Во-вторых, и это важнее, появление западных войск непосредственно на фронте может дать старт выходу ситуации из-под контроля и быстрому расширению конфликта вплоть до мировой войны, чего Запад решительно хочет избежать.
То же самое касается и базирования авиации, прикрывающей ВСУ на восточноевропейских аэродромах. Высокая вероятность неприемлемого уровня потерь и опасность быстрого перерастания конфликта в мировую войну делает для Запада такой вариант не на много более приемлемым, чем отправка своей пехоты на фронт.
Это же относится и к размещению западных войск на белорусской границе и их гипотетическое использование для прикрытия агрессии против Приднестровья. Во всех случаях, малочисленность готового к отправке контингента не обеспечивает требуемого перевеса (только моральную поддержку), при этом риск мировой войны слишком высок, чтобы оправдать подобную авантюру.
Наконец вариант размещения сил в тылу, с целью высвободить собственно украинские части для отправки на фронт.
Во-первых, потенциально готовый к отправке западный контингент слишком мал, чтобы высвободить существенные силы ВСУ. Даже если предположить, что он будет постепенно увеличиваться, поэшелонно прибывающие на фронт, высвобождаемые из тыла части будут бросаться в бой с колёс и гибнуть раньше, чем их численность удастся существенно нарастить за счёт прибытия в тыл новых западных контингентов.
Во-вторых, находясь на территории, на которой ведутся боевые действия, эти части однозначно попадут под удар и начнут нести потери. Перед Западом встанет вопрос о том, как отвечать. Игнорирование обессмыслит нахождение войск на Украине и вызовет возмущение собственной западной общественности, попытка поднять ставки – прямой путь к мировой войне.
Можем констатировать, что хорошего решения военная интервенция на Украину Западу на сегодня не даёт. Её обсуждение – жест отчаяния», – заключил Ростислав Ищенко.
