«Вагон дальше не пойдёт. Дальше – фронт!».

8 сентября 1941 года вокруг Ленинграда сомкнулось блокадное кольцо, которое сжимало город до тех пор, пока 18 января 1943 года войска Ленинградского и Волховского фронтов не соединились вблизи южного берега Ладожского озера. С начала тех страшных событий прошло уже 82 года. На портале Президентской библиотеки можно ознакомиться с уникальными документами, очерками, периодическими изданиями, дневниками ленинградцев, фото- и видеоматериалами, рассказывающими о том, как жил город на Неве. Также есть возможность посмотреть многочисленные интервью с блокадниками, очевидцами тех далеких дней, работниками тыла и воинами, защищавшими и освобождавшими наш город.

«В те дни фашистские орды так близко подошли к Ленинграду, что с крыш высоких домов можно было видеть их позиции. Трамвай шёл до проходной Кировского завода, и тут кондукторша говорила: „Вагон дальше не идёт. Дальше- фронт!“ Поездам уже некуда было ходить, и всё это казалось страшной сказкой: как это нельзя поехать ни в Петергоф, ни в Детское село, ни в Гатчину – погулять в парках, посидеть на берегу моря, посмотреть знаменитые дворцы!» – читаем в ленинградском альбоме «В те дни» (1946) писателя Николая Тихонова.

Из воспоминаний жителя блокадного Ленинграда, инженера-строителя Мечислава Карловича Вильдана: «Когда началась осада города, сразу же были разрушены Бадаевские склады. Это потом сыграло решающую роль в возникновении голода в Ленинграде. Два дня спустя (10 сентября) одна из бомб попала в дом на 5-ой Красноармейской улице, где я проживал. Гибли люди на фронте. Гибло мирное население. Число наших сотрудников тоже начало уменьшаться. Начался голод…».

Теплотой и трагизмом наполнены строки дневника ленинградца Якова Духина, написанные карандашом. До начала Великой Отечественной войны Яков Духин служил в армии в звании старшего политрука, а в годы войны капитаном в 86-й стрелковой дивизии. Хронология его записей начинается с 24 июня 1941 года такими словами: «Внимание! Дорогой товарищ! Ты останешься лучшим другом для моей семьи, если выполнишь искреннейшую мою просьбу: следующим числом напиши, при каких обстоятельствах попали к тебе эти записки, что тебе известно о моей судьбе, свою подпись и свой адрес. Любым способом (не показывая никому этот дневник) доставь эту тетрадь моим родным по адресу: Ленинград…». Капитан Духин погиб 10 февраля 1944 года. Его записи родные получили, сохранили и передали в фонд Президентской библиотеки.

За судьбой блокадного Ленинграда и его жителей следила вся страна. В газете «Тамбовская правда» от 2 февраля 1944 года № 22 сообщалось: «Открылось регулярное пригородное движение пассажирских поездов на линии Ленинград–Колпино, Октябрьской железной дороги. Два года немцы держали под артиллерийским огнём станцию Колпино. Поезда останавливались за несколько километров от неё, и населению приходилось под обстрелом пробираться к своим домам. Теперь здесь глубокий тыл. На линии Ленинград–Колпино будут ежедневно курсировать пригородные поезда (ТАСС)».

В коллекции «Оборона и блокада Ленинграда» на портале Президентской библиотеки можно ознакомиться с «Актом Ленинградской городской комиссии о преднамеренном истреблении немецко-фашистскими варварами мирных жителей Ленинграда и ущербе, нанесённом хозяйству и культурно-историческим памятникам города за период войны и блокады» (1945). В документе рассказывается о злодеяниях, совершённых фашистами в отношении жителей Ленинграда, о разрушениях хозяйства и культурно-исторических памятников: «Оказавшись не в состоянии взять Ленинград штурмом, немецко-фашистские захватчики решили кольцом блокады задушить город с трёхмиллионным мирным населением».

В Акте Ленинградской городской комиссии написано: «8 ноября 1941 года в Мюнхене Гитлер заявил: „Ленинграду придётся умереть голодной смертью…“. Начиная с сентября 1941 года, все 900 дней блокады, Ленинград, несмотря на то, что в нём не было крепостных сооружений, подвергался бомбардировкам с воздуха и систематическим артиллерийским обстрелам, преследовавшим цель разрушения города и убийства его мирного населения». В захваченных у фашистов документах обнаружены планы Ленинграда, на которых среди «военных» объектов значились Эрмитаж, Аничков дворец, Институт охраны материнства и младенчества и другие. Каждому номеру объекта соответствовали свои артиллерийские данные: прицелы, калибры и типы снарядов. Немецко-фашистские убийцы «стреляли по городу планомерно и методично, выбирая часы наибольшего оживления уличного движения, чтобы уничтожить как можно больше мирных граждан». За время осады и блокады в Ленинграде «было разрушено и повреждено бомбами и снарядами 187 исторических зданий, выстроенных прославленными зодчими», «повреждены десятки научных институтов и учреждений». Серьёзный ущерб был нанесён высшим учебным заведениям: «пять институтских зданий уничтожены полностью». Беспощадным бомбардировкам и артиллерийским обстрелам повергались детские учреждения. Стреляли осколочно-фугасными и фугасно-зажигательными снарядами. 18 мая 1942 года после артиллерийского обстрела школы № 218 по улице Рубинштейна, д. 13 «четверо учащихся убиты и семеро ранены». В результате попадания фугасных и зажигательных бомб был полностью разрушен госпиталь на Суворовском проспекте, д. 50 «убито и ранено 442 человека».

В директиве штаба военно-морских сил Германии об уничтожении Ленинграда от 29 сентября 1941 года говорится: «Если вследствие создавшегося в городе положения будут заявлены просьбы о сдаче, они будут отвергнуты, так как проблемы, связанные с пребыванием в городе населения и его продовольственным снабжением, не могут и не должны нами решаться. В этой войне, ведущейся за право на существование, мы не заинтересованы в сохранении хотя бы части населения…».

В декабре 1941 года жительница блокадного Ленинграда, поэтесса Вера Инбер напишет строки, которые затем войдут в её сборник «Душа Ленинграда» (1943): «…О этот город! Как его пытали… / С земли и с неба, стужей и огнём. / Он голодал. Бледнее лица стали, / Румянец мы не сразу им вернём. / Но даже и тогда, на много лет, / Останется на них особый след».