Господь сходит с горы Преображения, где был глас Небесного Отца: «Се, есть Сын Мой». И вот, тут же несчастный человек, подобный нам, приближается ко Господу и говорит: «Сын мой». Нам, ученикам Христовым, надлежит услышать эти два голоса, если мы хотим приобщиться Преображению Господню.
Сегодня все, кому не лень, говорят, что мир переживает апокалиптическое время. Истинно так. Хотя о смысле этих слов мало кто задумывается. Что такое Апокалипсис? Апокалипсис означает Откровение, снятие завесы с того, что сокрыто. Апокалипсис — это не просто книга, это Сам Христос. Не существует для нас иного Откровения, иного Апокалипсиса, кроме того, который открывается в свете Преображения. «Сын Мой», — говорит Небесный Отец, глядя на эту землю, которую Он создал для нас и которую мы сделали такой, что, кажется, уже негде взгляду остановиться — так она обезображена. Это и есть Апокалипсис, неумолимое откровение мира с его жестокостью, ложью, разрушением, смертью — то, что сокрыто под позолотой нашего привычного себялюбия. И то, что с каждым днем все яснее открывается, показывая, где мы находимся.
«Сын Мой», — говорит Бог, и отец бесноватого говорит: «Сын мой». Это значит, что человек, каким бы он ни был, даже если он разорил все вокруг себя и в себе, остается образом Божиим. И это значит, что наш взгляд на него может быть преображен Крестом. И наша молитва, обращенная ко Христу, должна быть: «Господи, помилуй сына моего! Он не такой, каким кажется». Апокалипсис — не просто обнажение лжи о всепобеждающей силе смерти, но Откровение силы Воскресения. «Не бойся, — говорит воскресший Христос, — Я имею ключи ада и смерти» (Откр. 1, 18).
Будем, приближаясь ко Господу за сегодняшним богослужением и во все эти святые дни, молить Его о даре участвовать в некончающемся событии Преображения. Верою мы узнаём истинный лик Христа, Который зовет нас с Фаворской горы на другую гору, чтобы мы бодрствовали с Ним. Здесь поистине Апокалипсис — Христос, паки распинаемый на Кресте, — в том, как мы живем, во всех нас. И в этом сражении, в этой Своей агонии Он побеждает нашу смерть, при условии, что мы — «малый остаток» — бодрствуем с Ним. Его слово — неотложное напоминание нам: «Род сей бесовский не изгоняется ни бомбами, ни переговорами, а только молитвой и постом». Пост не заключается просто в том, чтобы мы потуже затянули пояса. Он прежде всего в том, чтобы не питать себя плохой пищей, которая состоит из наших страхов, уныния, сластолюбия, гнева, сосредоточенности на себе. От всего этого мы должны поститься. Благодаря такому посту сила смерти ослабевает, обнаруживает свое бессилие. Что касается молитвы, это не должно быть поверхностным вычитыванием установленного правила. И это даже не воздыхания, которые время от времени невольно исходят из наших сердец. Но, подобно Самому Господу в Гефсимании, подобно в молитвах неусыпающей Богородице, подобно древним и новым мученикам, подобно всем святым, мы должны день и ночь стоять пред лицом Божиим: «Боже, милостив буди нам, грешным». «Призри на нас и излей Духа Твоего на всех требующих Твоей милости, Духа Креста и Воскресения». Такой должна быть непрестанная молитва Церкви. Но это будет возможно для нас только тогда, когда мы будем снова и снова возвращаться к исходному началу. Потому что мы на самом деле — первые из грешников, первые, можно сказать, среди бесноватых. Мы бросаемся из воды в огонь. «Мы отпрыски помраченного рода», как говорит преподобный Макарий Великий. Это не просто наша беда, это тайна к разрешению которой мы должны устремляться всегда и особенно в эти дни.
Кто мы? Для чего мы живем? Большинство людей уже не задумываются об этом. И потому на наших глазах начинают сбываться самые грозные события Апокалипсиса. Мы не должны ничему удивляться в самих себе. Мы удивляемся уродству и жестокости мира и, глядя на всеобщий небывалый распад, считаем себя хорошими. На самом деле сами по себе мы ничто. Но каждый день мы призваны заново рождаться даром Христовым, чтобы начать жить. «Сей есть Сын Мой Возлюбленный» — это относится ко всем нам. Мы должны без конца рождаться в вере, принимая дар Христов, Его жизнь — честь и славу быть Его рода. Слушая глас Отчий, невозможно не слышать горестные вопли отцов о своих беснующихся детях. Будем молить о свете, чтобы те, кто безумствует, стали святыми. Будем помнить, что без Христовой любви мы сами ничто. Мы еще большие грешники, чем все, потому что однажды нам дано было узнать этот свет.
Речь не идет о каких-то наших особенных подвигах. Мы знаем, как скромны наши дарования и как слаба наша воля. Но Господь говорит: «Если сколько-нибудь можешь веровать, все возможно верующему». Предадим свою жизнь в руки Господни. Пусть Он примет ее как горчичное зерно. Вы знаете этот прекрасный образ в Евангелии. Это крошечное, дикое семя, самое малое из всех семян — образ нашей малой веры, которой будет достаточно, чтобы переставлять горы, изгонять бесов, быть священниками Бога Живого там, где поставил нас Господь, призывать Духа Святого на ищущих исцеления от безумия и отчаяния людей. Есть только одна «победа, победившая мир, — вера наша» (1 Ин. 5, 4).
Праздник Преображения Господня, может быть, лучше всего выражает состояние верующего человека в «последние времена». Там где нет веры, излияние Духа Святого ничего не меняет во внешнем мире, все остается прежним, как будто Христос не приходил. Более того, последнее для человека становится горше первого. Беснование, описанное в сегодняшнем Евангелии, было когда-то крайне редким, исключительным случаем. А теперь сатана уже как будто сорвался с цепи, и это массовое явление. Но Господь соблаговолил явиться животворящему свету Своего Божества в условиях нашего смертного существования. В этих условиях, в мире, лежащем во зле, сияет теперь свет Его Воскресения, обожествляющий нас. Здесь тайна, средоточие всех тайн. В свете Преображения уничижение и слава Господня становятся нашим уничижением и славой.
Протоиерей Александр Шаргунов, настоятель храма свт. Николая в Пыжах, член Союза писателей России\
