Российский летчик Константин Ярошенко спустя 12 лет пребывания в американской тюрьме вернулся домой. Его обмен на американского гражданина Тревора Рида произошел в Турции. Потом был Сочи — там Константина посадили на борт. Его так и привезли в Россию — в тюремной робе и со следами от кандалов. По словам жены освобожденного Виктории, так американцы в последний раз отыгрались на российском заключенном. Близкие Ярошенко уверены, что теперь Константин захочет пойти в политику. На вопрос, останутся ли они в Москве, жена и дочь говорят: «Куда он, туда и мы». «Известия» провели с семьей вернувшегося на Родину летчика всё время с момента, как стало известно о возвращении Константина 27 апреля и после его прилета в Москву.
— 12 лет — это полжизни. Полжизни потеряно. Сейчас всё сначала. Всё как в молодости. Опять привыкать друг к другу, опять притираться — другие мировоззрения, тем более он немножко отстал от этой жизни. Я на всё готова. Главное, что он здесь, — улыбаясь, делится впечатлениями о возвращении мужа Виктория Ярошенко.
В тюрьме Константин провел 12 лет — за то, что якобы «понимал», что на его самолете хотят перевезти крупную партию наркотиков. У американцев не было доказательств его вины. Дело строилось лишь на одном разговоре с переодетыми американскими спецагентами о грузе на его самолете. Тогда Константин даже не знал английского.
Москва вину россиянина всегда отрицала и называла дело сфабрикованным. Случай с Константином Ярошенко был первым, когда американские спецслужбы в обход всех международных соглашений выкрали на территории третьей страны гражданина РФ и тайно вывезли в США.
Много раз его мать, Любовь Ярошенко, обращалась к американскому президенту с просьбой о помиловании или обмене его на других заключенных. Позже, после ее смерти, дело продолжила жена. МИД России предлагал разные варианты, составлял списки американцев, отбывающих наказание здесь. Всё оставалось без ответа.
Например, в июле 2017 года Константин направил письмо президенту США Дональду Трампу, который тогда активно заявлял о намерениях «поладить с Россией».
«Это обращение к Дональду Трампу — мой последний шанс вернуться в Россию в здравом уме», — рассказывал летчик «Известиям». В письме он жаловался на языковой барьер, который создавал сложности в общении с надсмотрщиками и в объяснении сути своих проблем со здоровьем, а также признавался в страданиях от разлуки с семьей и скорби по недавно скончавшейся маме, так и не дождавшейся сына. Однако милосердия и гуманизма, о которых просил Ярошенко, республиканский президент не проявил.
Надежда появилась, когда летом 2021 года Владимир Путин и Джо Байден провели первую очную встречу, где затронули тему обмена заключенными. Но тогда до конкретики дело не дошло.
И вот, спустя годы ожидания, он здесь — в Москве. Ради того, чтобы Константин попал в российскую столицу, ему пришлось сделать пересадки в нескольких странах: Португалия, Кипр, Турция и, наконец, Россия — Сочи.
— Как изменилась Москва, как изменился Адлер. Я пока не понимаю всего. Для меня главное, что мои девочки счастливы и они рядом, — делится Ярошенко.
Дома разрывается телефон — звонки от СМИ, знакомых. Все поздравляют с возвращением. Он немножко заикается, но говорит бодро.
— Как хорошо снова говорить на русском, — восхищается Ярошенко. — Давно не слышал русской речи. Иногда даже тяжело перестроиться. Так и хочется ввернуть английское словечко. Учился я их языку только в тюрьме.
— Вели себя, конечно, при перевозке не по-человечески. Кандалы надели, не давали снимать. Снял, только когда на родину ступил, — рассказывает Константин. — Неужели я убегу? Куда? Я домой хочу. В США провожали так, будто война началась. Столько людей с оружием, везде охрана.
И возмущается — никто не отдал его вещи. Виктория передала в тюрьму — на нужды первой необходимости — $700. Всё, конечно, осталось там.
Катя в это время выходит из комнаты — в слезах. Она до сих пор не может осознать, что папа вернулся домой.
— Мне не верится. Не думала, что это всё-таки произойдет. Звонок застал меня на работе: «Екатерина, собирайтесь, скоро за вами приедут — Константина обменяли». Я даже не поняла, что это уже сегодня — еще переспросила: «Точно?»
Виктория в это время суетится: режет торт и наливает шампанское. Ее муж — дома. Как после стольких лет можно в это поверить?
— Теперь нужно восстановить его здоровье. Там, конечно, его подорвали. Зубов нет. Ноги травмированы, — говорит Виктория и обращается к Константину:
— Костя, поблагодари тех, кто помогал, возьми трубку, звонят.
А он в это время смотрит эфиры, где рассказывают про него.
Адвокат Пола Уилана уверен в скором возвращении подзащитного в Штаты, но российские дипломаты факт переговоров опровергают
— Неужели я так известен в России?
— Конечно, вы многое пропустили.
— Не думал даже. Там же в тюрьме только американские каналы смотреть разрешают. Но такое они городят, такая пропаганда и фейки. Но я всегда выписывал российскую прессу. «Известия» обязательно.
По телевизору снова показывают его. И еще сюжет о том, как обращались при перевозке с американцем Тревором Ридом — дали переодеться, никаких наручников. Уже после у него спросили: есть ли какие-то замечания к действиям со стороны российской тюрьмы. Ответ: «Никаких». Тревор Рид был приговорен к девяти годам лишения свободы за то, что при попытке задержания за драку напал на одного из правоохранителей. В тюрьме он провел около двух лет.
Константин на всё это не обращает внимания. Видно, что эмоции переполняют: сегодня его уже ничто не сможет расстроить. У него большие планы: политика, отношения с США: «Хочу говорить об этом. Хочу этим заниматься. И в Ростов хочу, поедем ловить раков?».
Никто из них троих не знал, что этот день закончится так — чтобы все вместе. Но это случилось — осознание придет позже, что тюремная роба, тюремное расписание и звонки по 15 минут позади.
