Константин Михайлович Симонов настолько масштабная и многогранная яркая личность, что до сих порнет достаточно полного научного исследованияне только его литературного наследия, но, главное, и общественной деятельности. Во всех СМИ, в том числе и Википедии, сообщается, что он советский прозаик, поэт, драматург и киносценарист, общественный деятель, журналист, военный корреспондент, Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской и шести Сталинских премий,участник боёв на Халхин-Голе и Великой Отечественной войны 1941-1945 годов, полковник Советской Армии,заместитель генерального секретаря Союза писателей СССР. В дополнение его объявляют ярым сталинистом, что он купался в лучах славы и т.д. и т.п. Ноатмосферу жизни Симонова в послевоенное время, особенно после смерти Сталина, хорошо характеризовал Э.Хемингуэй:«Писать правду о войне очень опасно, и очень опасно доискиваться правды».
Прискорбно, что в числе очернителей певца Обороны Могилёва оказался бывший директор Музея истории МогилеваА.Батюков, который в № 3 за 2019 оппозиционного журнала «Наша гісторыя» опубликовал клеветническую статью «Не плакаў по жонцы, плакаў па Сталіну». К сожалению, государственные структуры не посчитали необходимым среагировать на протест ветеранов, опубликованный в газете «Вечерний Могилев». Среагируй тогда власти – непришлось бы делать оргвыводы по Батюкову в августе 2020 года.
Батюков– неединственный, когда пришлось проводить оргвыводы с опозданием после трагических событий в Беларуси.
Чтобы разобраться в обстоятельствах физического отравления Сталина и моральной травли Симонова на протяжении многих десятилетий, приведём некоторые малоизвестные факты.
Сталин своё отношение к написанию истинной истории Великой Отечественной войны выразил в речина предвыборным собрании Сталинского избирательного округа г. Москвы 9 февраля 1946 г.: «Говорят, что победителей не судят, что их не следует критиковать, не следует проверять. Это неверно. Победителей можно и нужно судить, можно и нужно критиковать и проверять. Это полезно не только для дела, но и для самих победителей: меньше будет зазнайства, больше будет скромности».
Это была не просто болтовня, а программные слова, последовавшие уже конкретные дела. Сталин и главный идеолог Жданов хотели разобраться во многих вопросах. Главный из них: почему не был выполнен отданный по указанию Сталина Генштабом РККА ещё за четыре дня до роковой даты приказ о приведении в полную боевую готовность приграничных военных округов? В России уже вяло оспаривается существование данного приказа. У меня имеются многочисленные воспоминания прибалтийских узников, что их отцы были подняты по тревоге и не возвратились уже домой за несколько дней до войны. Командующий Прибалтийским военным округом уроженец Горецкого района генерал-полковник Ф.И.Кузнецов по личной инициативе стал скрытно и в ночное время приводить округ в боевое положение с 17 июня.Именно ночью в этот день мой отец, командир роты прикрытия границы, был поднят по тревоге.
Бумаги, касающиеся Великой Отечественной, стали изымать вскоре после Победы. Из Генштаба, Совета народных комиссаров, различных наркоматов и прочих ведомств они перекочевывали в секретариат вождя. Назначенная комиссия, которая подчинялась только Сталину, приступила к работе.
Симонов в это время призывал писателей рассматривать прошедшую войну с более широких позиций.Как военный историк,он понимал и отстаивал в своих выступлениях, статьях, произведениях,что не существует войны в представлении одного человека. Война – этосумма всех представлений о ней, у каждого оно свое. Симонов мечтал написать истории войны глазами солдата на основании материалов их писем, которых у него скопилось более трех тысяч. Свои критерии оценки партийной и армейской верхушки он четко определил в стихотворении «Зима сорок первого года».
Зима сорок первого года –
Тебе ли нам цену не знать!
И зря у нас вышло из моды
Об этой цене вспоминать.
А все же, когда непогода
Забыть не дает о войне,
Зима сорок первого года,
Как совесть, заходит ко мне.
Хоть шоры на память наденьте!
А все же поделишь порой
Друзей –назалегших в Ташкенте
И в снежных полях под Москвой.
Что самое главное – выжить
На этой смертельной войне, –
Той шутки бесстыжей не выжечь,
Как видно, из памяти мне.
Кто жил с ней и выжил, не буду
За давностью лет называть...
Но шутки самой не забуду,
Не стоит ее забывать.
Не чтобы ославить кого-то,
А чтобы изведать до дна,
Зима сорок первого года
Нам верною меркой дана.
Пожалуй, и нынче полезно,
Не выпустив память из рук,
Той меркой, прямой и железной,
Проверить кого-нибудь вдруг!
Стихи и поэмы. М. 1956, с.278
Секретарь ЦК А.Жданов был солидарен с симоновским делением людей (особенно из партийного аппарата) на «тех, кто был в окопах под Москвой, и тех, кто окопался под Ташкентом. На февральском 1947 года закрытом пленуме ЦК ВКП(б), стенограммукоторого не вели, рассматривались некоторые вопросы работы комиссии. Уже4 мая 1946 года был понижен в должности антагонист Жданова Маленков, зашатались кресла и у других лиц. Планировалось созвать XIX съезд ВКП(б) в 1947-1948 годах, на котором должна была утверждаться новая партийная программа, предусматривающая демократизацию общества, и по инициативе Жданова в ней было записано:«Особо выдающуюся роль в семье советских народов играл и играет великий русский народ».Но что-то случилось в результате внутрипартийной борьбы в высших эшелонах власти, что вскоре группировка Маленкова одержала победу, он был возвращен на прежнюю должность. Через две недели неожиданно скоропостижно скончался Жданов – его неправильно лечили. Возникло дело врачей, ленинградское дело, в результате которого был уничтожен цвет русской нации.
Но работа сталинской комиссии продолжалась. И когда на ближайшем пленуме предполагалось по итогам её работы кардинально и окончательно освободиться от пятой колонны, Сталин был отравлен. Это признает уже не только Жириновский.
Под нож отправили и тех, кто «копал». Был расстрелян начальник следственной части по особо важным делам НКГБ – МГБ Лев Влодзимирский – один из главных собирателей досье на партийно-армейскую верхушку. К высшей мере приговорили многих руководителей бывшегоСМЕРШа, сильно проредили и рядовой состав контрразведки.
Хотел бы обратить внимание на удивительный факт, который почему-то не подвергся аналитическомуанализу даже серьезных историков. А именно. Если в 37-ом году существовал заговор военных против партийной элиты, в первую очередь Сталина, то уцелевшая даже в военных условияхпятая колонна в высших эшелонах власти осуществила заговор против военных, внесших существенный вклад в разгром фашистской Германии. Тактика была разнообразной. Главных Маршалов Победы Жукова и Рокоссовского оговорили.Жукову приписали стремление к занятию высших постов, обогащения трофеями. 4 июня 1946 года в Одессу приехал маршал Жуков. Для него назначение на должность командующего округом было равноценно ссылке. И там Жуков оказался Жуковым. С преступной бандой, которая правила Одессой, он быстро расправился по-жуковски, скрутив её в бараний рог. Уцелевшие преступники сбежали за сотни километров от Одессы. Одесситы до сих пор вспоминают, как Жуков с преступностью справился. Это вошло в народный фольклор. Авторитет Жукова среди простого народа не уменьшился. Жукова в феврале 1946 года ссылают командовать Уральским военным округом. Какова там память о нём, свидетельствует такой факт– упамятника Жукову в Свердловске постоянно лежат живые цветы.
То, что это была расправа, свидетельствуеттакой факт по Беларуси. Пономаренко и егоближайшие соратники устроили настоящий грабёж для себя и своих родственников прибывающую братскую помощь трудящихся мира, выделенного Беларуси трофейного имущества и финансовых средств для восстановления народного хозяйства.
В Москву шёл огромный поток писем с перечислением безобразий, творимых в республике, приезжали комиссии, протоколировали. Приведем один зафиксированный факт из многочисленных.
«Значительная часть купленного имущества на частном рынке и в комиссионных магазинах находится на квартирах секретарей ЦК КП(б) Белоруссии: т. Пономаренко – 131 тыс. руб. (рабочему со средней зарплатой следовало бы трудиться 226 годов, чтобы заработать такую сумму. –И.М.), Т. Киселева – 265 тыс. руб. (в момент обследования т. Киселев предложил убрать из своей квартиры имущество на 233 тыс. руб.), т. Малина – 97 тыс. руб., т. Авхимовича– 13 тыс. руб. и т. Горбунова – 9,7 тыс. руб. Из 2 млн. руб. всего имущества ЦК КП(б) Белоруссии находится в личном пользовании на 779 тыс. руб. или 38 %, причем на 112 тыс. руб. находится на квартирах лиц, которые не работают в аппарате ЦК КП(б) Белоруссии. Имущество, находящееся в личном пользовании, в течение двух с половиной лет не инвентаризировалось, и каково его состояние, никому не известно.При этом, как выяснила проверка, суммы, сопоставимые с потраченными на мебель и предметы интерьера, исчезли без всякого следа (Э.Иоффе «Пантелеймон Пономаренко:"Железный"сталинист».Мн., 2015, с. 194).
В цитированной книге на документальной основе показаны ужасающие масштабы и круг лиц партийных, военныхи прочих, прочих, участвовавшихв грабеже направленной всему белорусскому народу братской материальной помощи.
Все полагали, что дни Пономаренко сочтены, а с того, как с гуся вода. У него был высокий покровитель – Маленков, их жёны были сестрами, хоть и носили разные фамилии. В России до сих пор считают Пономаренко сильным государственником, которого Сталин готовил в свои преемники.
Рокоссовского под благовидным предлогом сослали в Польшу.
С военными рангом пониже поступили иначе.
Чтобы накалить атмосферу в их среде стали присваивать высокие звания, звания Героя определённым лицам, нарушая статут звания. Так, например, за время войны пять человек стали Маршалами Советского Союза, а в послевоенное –девять. Среди них начальник разведывательного управленияГенштаба Голиков(8.05.1961), который не справился со своими обязанностями, да и командарм был посредственный. А генералаармии стали присваивать уже не только за заслуги, но и за занимаемую должность.Так генерал-майорА.Епишев стал сразу генераломармии (11 мая 1962) и Героем Советского Союза (1978 год). Это единственный случай в СССР,когда человек с младшего генеральского звания получает высшее.
Мы привели эти две фамилии, как начальников Главного политуправления Армии и Военно-морского флота, которые имели полную власть в армии, поскольку не подчинялись даже Министру обороны СССР (ГлавПУР являлось одновременно и отделом ЦК КПСС, все назначения в нём производились исключительно по линии ЦК КПСС). Епишев – сторонник самых догматических и ортодоксальных взглядов, категорический противник упоминания о репрессиях, о культе личности, о неудачных операциях периода Великой Отечественной войны. Он говорил: «Кому нужна ваша правда, если она мешает нам жить?»
Но когда, к примеру, капитанстановится генералом, все равно это генерал с капитанским кругозором. И своё назначениеон готов оправдать своими действиями «слона в посудной лавке»– выполнить любое приказания своих покровителей. Как это отразилось на судьбе Симонова, приведем один из многочисленных примеров.
В СМИ, в том числе и зарубежных, было проанонсировано, что с августа месяца 1966 года будут публиковаться дневниковые записи военной поры Константина Симонова в журнале «Новый мир», в котором он до этого в течение восьми лет был редактором, но был снят с работы и отправлен корреспондентом в Узбекистан за отказ присоединиться к публичной травле мёртвого Сталина.Появился девятый номер журнала, но обещанной публикации не оказалось.На многочисленные возмущенные письма читателей со всех уголков земного шара отвечали, что публикация появится в следующем номере журнала. – Не появилась.
А в это время редактору журнала А.Твардовскому было приказано пустить под нож отпечатанный номер журнала и рассыпать подготовленные к печатидругие номера с дневниковыми записями Симонова. Убытки журнала составилисто тысяч рублей.
Из Симонова доблестные идеологи Советского Союза во главе с Сусловым хотели сделать второго Пастернака, когда появилась информация, что кто-то его военные дневники переправил на Запад, и их там хотят издать. И только протест Симонова, что он не даёт согласие на публикацию раньше, чем они будут опубликованы в Советском Союзе, да решительная поддержка Твардовского и Шолохова за скорейшую публикацию военных дневников остудила пыл Суслова и иже с ним. Разрешили печатать не в главных журналах Союза писателей и под другим названием, а военная цензура устроила очередное издевательство, что Симоновв своёмдневнике записал: «Мне с каждым днём всё тяжелей жить и работать…». Так Симонов выражал отчаянье от собственного бессилия в борьбе за правду о войне, борьбе с анонимной силой, именуемой цензура(«Родина», № 11, 2015, с. 46-53).
Вначале появились записи за март-май 1945 года в 1973 году в журнале «Дружба народов»(№ 1;2), затем после длительного перерыва опубликованы дневники за 1942 и 1943 годы в 1974 году (№ 4;5). Было предупреждение, что «Окончание следует», т.е. дневники за 1941 год с описанием драматических событий первых дней войны и героической обороны Могилёва не предполагалось публиковать. Но затем через полгода в трёх номерах подряд появились остальные дневниковые записи военных лет, причём за 1941 год в последнюю очередь.
Симонов никогда не забывал оборону Могилева. Удивительный факт его последних дней жизни. По пути в госпиталь, из которого он уже не вернулся, он встретился с группой слушателей редакторского отделения Военно-политической академии имени В.И.Ленина. В своей беседе со слушателями он часто вспоминал оборону Могилёва, полагая, что оборона Москвы началась с обороны Могилёва:
«Мне никогда не забыть поле под Могилевом, которое в июле 1941 года в самом прямом смысле было пропитано кровью наших солдат. И в тоже время там впервые я воочию увидел триумф солдатского мужества – 39сгоревших немецких танков!».
Умирая, Симонов совершил последний свой жертвенный подвиг. По статусу его должны были хоронить на Новодевичьем кладбище, о чём было сообщено в газете «Правда». Но родственники сумели выполнить его волю – развеять его прах над Буйничским полем, четвёртым Полем русской воинской славы. Но пока это колхозное поле, каждая горсть земли которого пропитано воинской славой и кровью. Упавшее с рук Симонова знамя некому поднять и понести дальше. Желающие прославиться на фоне Симонова не в счёт.
Иван Иванович Мартынов,проректор МГУ им. А.А.Кулешова в 1988-2004 годах, член Центрального совета Международного Союза бывших малолетних узников
