«Один из фокусов "пандемии" состоял в том, что она спровоцировала экономический кризис почти во всех странах мира. Многие центробанки отреагировали на кризис снижением ключевых ставок. Так, ФРС США 4 марта 2020 года снизила ключевую ставку с 1,50-1,75 до 1,00-1,25%, то есть сразу прыгнула вниз на 50 пунктов. А 16 марта состоялся еще один прыжок вниз – до 0-0,25%, ещё на 100 пунктов. Таких резких прыжков вниз американский ЦБ никогда не делал. Видно, в марте прошлого года ситуация в США действительно была критической», - пишет в статье «Фокусы "пандемии" и банки» д.э.н., профессор, председатель Русского экономического общества им. С.Ф. Шарапова Валентин Юрьевич Катасонов. Статья опубликована на сайте Фонда стратегической культуры.
«Другие центробанки не были столь радикальны, но тоже пошли на понижение ключевой ставки. Так, Банк Англии 11 марта 2020 года опустил ставку с 0,75% до 0,25%. А 19 марта – до 0,10%. Резервный банк Австралии 19 марта понизил ключевую ставку с 0,50 до 0,25%. У Банка Канады были следующие снижения: 4 марта – с 1,75 до 1,25%; 13 марта – до 0,75%; 27 марта – до 0,25%. В процесс снижения включился и Народный банк Китая (НБК): 20 февраля 2020 года он опустил ключевую ставку с 4,15 до 4,05%; 20 апреля – до 3,85%. Не остались в стороне и центробанки стран развивающихся и с переходными экономиками. ЦБ Бразилии провел несколько снижений в период с 5 февраля по 17 июня; ключевая ставка была опущена с 4,50 до 2,25%. Резервный банк Индии 27 марта опустил ключевую ставку с 5,15 до 4,40%, а 22 мая – до 4,00%», - говорится в статье.
«Не стал исключением и Банк России. В 2020 году он провел последовательно четыре снижения ключевой ставки: 10 февраля, 27 апреля, 22 июня, 27 июля. За это время ключевая ставка опустилась с 6,25 до 4,25%. Пик снижений ключевых ставок у большинства ЦБ пришелся в прошлом году на март. Прошёл ровно год. В течение многих месяцев ключевые ставки почти у всех центробанков оставались в замороженном виде. И вот в марте 2021 года мы наблюдаем первые признаки тенденции к восстановлению ключевых ставок. Тенденция пока не очень очевидна, ряд центробанков заявляют, что собираются сохранять свои ключевые ставки. Прежде всего такие заявления делает руководитель ФРС США Джером Пауэлл. На первом в 2021 году заседании Комитета по операциям на открытом рынке было заявлено, что сохранит процентную ставку на уровне 0–0,25%. Потом Пауэлл заявлял, что в текущем году повышений точно не будет. А в 2022 году – "может быть", "не исключается", "вероятно"… 16 марта на втором заседании Комитета по операциям на открытом рынке ставка также осталась без изменений», - подчеркнул экономист.
«Администрация Байдена вместе с руководством ФРС США рассчитывают, что в этом году в Америке начнется экономическое восстановление, которое должно перейти в энергичный экономический рост. Если в прошлом году ВВП США упал на 3,5%, то в 2021 году, по оценкам ФРС, ожидается прирост на 6,5%. Ожидания строятся на предполагаемых успехах вакцинации населения и снятии все карантинных ограничений. Однако это не достаточное условие для экономического оживления», - добавил он.
По словам профессора, главное условие: денежно-кредитная политика ФРС должна оставаться «голубиной». «Даже если в экономике будет небольшая инфляция (1-2 процента в расчете на год), это не должно смущать Федеральный резерв. Он должен держать ключевую ставку на прежнем уровне. В реальном выражении (с учетом инфляции) она может оказаться в небольшом минусе. Кроме этого, ФРС продолжит "количественные смягчения". Проще говоря, сохранится нынешняя скорость работы печатного станка. В настоящее время Федеральный резерв печатает по 120 млрд. долл. ежемесячно, обменивая свою печатную продукцию на ценные бумаги: казначейские облигации США (по 80 млрд. долл.) и ипотечные бумаги (по 40 млрд. долл.). Лоббистом сохранения нынешней ключевой ставки ФРС на околонулевом уровне выступает американское Казначейство. Во-первых, оно рассчитывает на большие заимствования под минимальную ставку по казначейским облигациям (дефицит бюджета США на 2021 год оценивается в 2,26 трлн. долл., или 40% расходной части). Во-вторых, низкая ключевая ставка позволит поддерживать на прежнем уровне бюджетные расходы на обслуживание государственного долга», - говорится в статье.
«Примерно такую же позицию занимает Европейский центральный банк (ЕЦБ), который не планирует менять до конца года ключевую ставку, равную нулю. То же самое можно сказать о Банке Англии (ставка 0,10%) и о Банке Японии (ставка минус 0,10%). Впрочем, в Японии вообще нет инфляции, имеет место обратное явление – дефляция. А вот руководители некоторых других центробанков начинают нервничать и готовятся к тому, чтобы начать повышать неприлично низкие ключевые ставки. В первую очередь речь идет о ЦБ развивающихся стран и стран с переходными экономиками. Там обозначились признаки инфляции, кое-где ожидается, что по итогам 2021 года инфляционный рост цен будет измеряться двузначными числами. А самым понятным сегодня средством адаптации экономики к инфляции является повышение ключевых ставок», - отмечается в статье.
Катасонов задается вопросом: почему за пределами стран «золотого миллиарда» инфляция является реальной угрозой? «Надо признать, что многие развивающиеся страны прибегали в прошлом году к помощи печатных станков, но масштабы денежной эмиссии периферийных центробанков не идут ни в какое сравнение с денежной эмиссией ЦБ "золотого миллиарда". В прошлом году последние создали печатной продукции на сумму около 10 трлн. долларов. А инфляция в зоне "золотого миллиарда" минимальная. В чём дело?» - вопрошает он.
«Во-первых, немалая часть продукции "печатных станков" ФРС США, ЕЦБ и других ведущих центробанков оказывается на рынках развивающихся стран. Во-вторых, в самих экономически развитых странах продукция "печатных станков" почти не попадает на товарные рынки, а идет сразу на фондовые площадки, надувая пузыри. Фондовые рынки в развивающихся странах слабы, поэтому продукция "печатных станков" местных центробанков сразу поступает на товарные рынки, поднимая цены и сигнализируя о начинающейся инфляции. Пионерами восстановления ключевых ставок стали центробанки Бразилии и Турции, объявившие об этом 18 марта. Бразильский ЦБ увеличил ставку достаточно резко – с 2,00 до 2,75% годовых. Повышение превзошло ожидания (большинство экспертов полагали, что будет лишь 2,50%). А учитывая, что ожидаемая в текущем году инфляция составит 5,2%, бразильский Центробанк предупредил, что может поднять ставку до 3,50%», - пишет автор статьи.
«Решительно действовал и ЦБ Турции. Все ожидали повышения ставки с 15,0 до 16,0%. Фактическое повышение было до 17,0%. Ожидаемая в Турции инфляция – 19%, поэтому можно предполагать, что это не последнее повышение ключевой ставки ЦБ. И вот третьим центробанком, поднявшим ставку, стал Банк России. Это произошло на очередном заседании Совета директоров ЦБ 19 марта. Все ожидали, что Банк России может поднять ключевую ставку, учитывая, что инфляция уже вышла за пределы прогнозных значений. В начале года ЦБ огласил, что инфляция за год не превысит значения 4,2%. Исходя из фактических показателей цен на 15 марта, получалось, что в расчете на год инфляция будет равна 5,8%. Это, вероятно, следствие того, что Банку России приходилось включать "печатный станок" и наращивать необеспеченную денежную массу. Большинство участников финансового рынка полагали, что повышение ключевой ставки произойдет в апреле, но это произошло 19 марта, ставка стала равной 4,50%. Почти для всех это стало неожиданностью. В заявлении Банка России подчеркивается, что возможность дальнейшего повышения ставки будет рассматриваться "на ближайших заседаниях", а инфляционное давление требует "возвращения к нейтральной денежно-кредитной политике". Под "нейтральной" понимается такая политика, при которой ключевая ставка равна показателю инфляции. Стало быть, можно ожидать, что ставку повысят до 6,00%», - отмечается в публикации.
«Произошедшее и возможные последующие повышения ключевой ставки Банком России окажут влияние на многие аспекты экономической жизни страны. Некоторые последствия уже налицо. Коммерческие банки обещали, что на следующей неделе обновят процентные ставки по активным и пассивным операциям. А российский рубль укрепился 19 марта по отношению к доллару (на 0,5%) и к евро (на 0,75%)», - заключил Валентин Катасонов.
