Представьте себе сыщика, который расследует деятельность какого-нибудь тайного общества. Вот он притаился в кустах у входа и смотрит, как члены общества заходят в здание. Из-за двери звучит реплика, каждый пришедший на неё отвечает, после чего дверь отворяется.
Все члены общества в плащах с накинутыми капюшонами, лица не видно. И сыщик решает рискнуть и тоже проникнуть внутрь.
Вот подходит новый человек. Из-за двери слышится: «двадцать шесть», пришедший отвечает «тринадцать». И без проблем заходит. Подходит следующий. Голос из-за двери: «двадцать два». Ответ: «одиннадцать». Его впускают. Сыщик думает, что понял систему, вылезает из кустов, накидывает капюшон, стучит. Слышит: «двадцать». Отвечает: «десять». Дверь отворяется, он пытается войти, но получает удар по затылку. Его раскрыли.
Дело в том, что последовательность, которую он составил, оказалась неправильной. Он думал, что данное ему число надо поделить на два, ведь так было в предшествовавших двух случаях. Но на самом деле от входящих требовалось подсчитать количество букв в числительном. Поэтому правильный ответ для сыщика был «восемь».
Сыщик воспользовался ложной схемой и пострадал. Но в тот момент, когда он придумал, как надо отвечать на вопрос привратника, он был уверен, что знает ключ. Ему бы подождать, пропустить вперёд ещё одного конспиратора, и всё бы вскрылось. Да кто же знал!
Последовательности – та, которой пользовалось тайное общество, и другая, сложившаяся в голове у сыщика, случайно совпали. Ряд совпадений был коротким – всего две позиции. Но ведь совпадающих позиций может быть и больше. Например, возьмём последовательность из чисел 3 – 5 – 7. Каким должно быть следующее число? Тот, кто скажет 9, ошибётся. Перед нами вовсе не арифметическая прогрессия, где к предыдущему числу надо добавить два, а ряд простых чисел. Поэтому правильным ответом будет 11.
Пока новое число не объявлено, мы не знаем, какой гипотезы следует придерживаться. Ряд 3 – 5 – 7 может оказаться и тем, и другим. И это – очень важное наблюдение. Оно говорит о том, что если какие-то факты совпадают с нашими ожиданиями, они ещё вовсе не подтверждают нашу гипотезу. Возможно, мы составили себе ложную последовательность, просто до точки расхождения дело ещё не дошло.
Мы очень часто становимся жертвами ложных последовательностей при оценке мотивов других людей. То, что мы видим, это их действия (поступки). Поступки образуют некий ряд, который мы пытаемся интерпретировать исходя из собственного понимания. Мы пользуемся той связью мотив-поступок, которая очевидна для нас самих. Между тем, могут существовать и другие мотивы, которые просто не приходят нам в голову. И однажды человек нас ставит в тупик. Мы ожидаем от него одних действий, а он поступает совсем по-другому.
Народная мудрость гласит: «чужая душа – потёмки». Человек уж точно является вещью в себе, в которую со стороны никак не заглянешь. Только сердцеведец Бог знает, что творится в душе каждого из нас. Поэтому и нельзя никого судить. Мы можем оценивать поступок, но мы не можем давать оценку человеку, ведь наша модель его внутреннего устройства – не более, чем гипотеза, она вполне может быть выстроена на основании ложной последовательности.
Андрей Владимирович Карпов, главный редактор сайта «Культуролог»
_1.jpg)