«России сегодняшней недостаёт такого священника и проповедника!»

Пятнадцать лет минуло с того дня, как не стало отца Димитрия - народного батюшки» - священника и писателя, философа-самородка, духовника многих и многих страждущих; людей разных слоёв нашего общества, разных талантов и призваний, среди которых - немало интересных и весьма необычных судеб. За свою долгую жизнь этот «старик с душой ребёнка» преуспел и как пастырь добрый, и как поводырь во «тьме века сего», и как учитель. Поэтому напрасными были терзающие его в конце жизни сомнения: «Умирать не страшно, но страшно другое. Как я предстану пред Господом, ведь лицом к лицу. Как ответ дам за прожитую жизнь и за всех вас?»

Этот светлый, излучающий любовь человек, состоялся как удивительно цельная личность, став не только ярким явлением Православной Церкви двадцатого века (для кого-то «камнем преткновения»), но и целой эпохой Русской истории. Ровесник СССР, переживший лихолетье, прошедший испытание войной и темницей, славой и позором, видевший взлёты и падения, вкусивший горечь предательства и наветов, он не озлобился, не возроптал, не утратил искренней веры в Бога. Тюрьма и гонения не сломили его, страдания научили истинному смирению. А самое тяжкое испытание, выпадающее на долю христианина, - клевета от своих сделало необычайно мудрым. «Не судить, а пытаться понять, молиться за своих обидчиков и гонителей, возлюбить грешников», - стало с тех пор правилом «блаженного» батюшки. Избавившийся от тщеславных помыслов, бессребреник Дудко неустанно повторял: «Царство Небесное - единственная реальность. Ищите Царство Божие и правды Его, и всё остальное приложится вам».

Будучи по природе своей человеком робким и немощным, Свыше он был наделён огромной внутренней силой и мужеством. А в последние годы - даром прозорливости. От общения с отцом Димитрием становилось тепло и радостно на душе, его проповеди никого не оставляли равнодушным, а огонь его веры зажигал сердца. «Много званых да мало избранных», - любил повторять отец Димитрий. И выискивал этих «избранных», открывая новые имена и таланты, призывал к служению, пробуждал делателей на ниве Господней. Ведь каждому даётся свой талант, нужно только разглядеть его и использовать в согласии с Промыслом Божьим.

Дерзайте, подбадривал он нас, наставляя и благословляя. «Нивы побелели. Дел много, а делателей мало», - разумных, добрых, понимающих, любящих. А как делать? Батюшка пояснял: «Делать нужно не для этого мира, для того. Не для славы - для Бога. Только в таком случае дела приобретут значение». Причём «делать дело Божие в любых условиях и не унывать».

«Никогда не думай о том, какое время да нужно ли это? Ты делай дело, к которому призван. Не твоя забота, что получится. Чувствуешь призвание - делай, а всё остальное Бог устроит».

Он призывал всех возлюбить правду и трезвиться. Недаром одним из любимых его детищ стало «Общество трезвости». Он очень ценил «беседы» в читальных залах библиотек и проводил их, пока хватало сил. А что такое «трезвость»? Это ведь не только избавление от пагубного порока и соответствующий образ жизни, но и готовность в любой момент предстать пред Творцом и Судией. Не зря сказано: в чём застану, в том и сужу... К тому же, предостерегал отец Димитрий: «От восторженности надо избавляться. Восторженность в деле Божьем - большая опасность. Надо быть трезвым. Сейчас пьянство во всём, в том числе и в поиске Бога. Пожалуй, это самое опасное пьянство».

«Беседы» с какого-то момента приобрели для него особую значимость. Вот что писал он по этому поводу: «А вообще, я задался целью пробудить веру в народе, подтолкнуть на делание Божие. Отсюда будет и возрождение наше, конкретнее -  возрождение России...». 

Мне выпала честь не только познакомиться с батюшкой Димитрием и стать его духовным сыном, но и войти в близкий круг. Эта встреча круто изменила всю мою жизнь, не сразу, конечно, но бесповоротно. Именно он заставил меня не лениться, не стесняться писать, поверить в собственные возможности и рекомендовал к приёму в Союз писателей России.

«Ты многого пока не знаешь, не можешь ответить на некоторые вопросы, - говорил священник, - но у тебя особый взгляд на вещи, чутьё, и ты умеешь задавать глубокие вопросы».

Никому из обращавшихся к нему отец Димитрий не отказывал в помощи. Его советы и вразумление в моменты сомнений и тягостных раздумий дорогого стоили. Его, зачастую парадоксальный, взгляд на происходящее, способность разрешать, казалось бы, неразрешимое, готовность разделить ответственность, а то и вообще всё взять на себя, были просто безценными.

«Невозможное человеку возможно Богу», - увещевал он. «Тупики только в головах». То есть выход найдётся всегда, но не в бесконечности, а в вечности, а дорогу одолеет идущий.

Мне не раз довелось приводить к нему необычных людей в сложное для них время. И каждый потом с благодарностью вспоминал общение с батюшкой, его участие в их судьбе. Озвучу, как пример, только два имени из начала 2000-х. Это ставший впоследствии главой Войсковой Православной Миссии и советником Первоиерарха Зарубежной Церкви Игорь Евгеньевич Смыков и талантливый русский художник, ученик Ильи Глазунова, Валентин Борисович Новиков...

«Счастье - это когда тебя понимают», - написал в своём сочинении герой культового советского фильма о школьниках «Доживём до понедельника». В этом смысле человек я несчастный потому, что до сих пор меня мало кто понимает. Но, как мне думается, счастье - это когда тебе доверяют. В этом смысле я человек счастливый потому, что мне доверял сам отец Димитрий (ставший к тому времени живой легендой).

Да, несомненно, не хватает нам его! Да что там нам, России сегодняшней недостаёт такого священника и проповедника! И не стали, к сожалению, его наследники (те тридцать священников, которых он благословил на служение) - «коллективным Дудко». И хоть имя его не забыто, не звучит оно подобающим образом. Живы духовные чада батюшки, есть группа почитателей памяти Дудко, созданы сайты в Интернете. Но этого мало и всё не то, о чем мечтал, чего ожидал отец Димитрий. Немного грустно от этого, но и радостно оттого, что есть у нас на Небесах такой заступник и молитвенник пред Богом! Остальное зависит от нас самих, от того, станем ли действительно достойными продолжателями дела Дудко, исполнителями его чаяний и заветов. К примеру, таких наставлений: «Ни на что не обращая внимания, будем православными на деле. Поменьше полемики, шумихи, побольше дела. С нами Бог - это наша вера!».

Но «Бог-то Бог, да сам не будь плох. На первый взгляд в этой фразе мудрость: Бог помогает тому, кто делает. Помогать бездельнику - делать ещё хуже. Так что - за дело! С Богом!»

«А что делать? - Жить и бороться. Держаться Церкви, надеяться на вечность. Другого пути нет и быть не может».

Или: «Те, кто боятся страданий, хотят устроиться по-земному. Но что такое устроиться по-земному? Это жить для смерти. Всё смерть заберёт, богатство - ничто. Страдающий прозревает и, видя Бога, верит в вечное блаженство, поэтому и не боится страданий».

И вот ещё: «Думают, что у нас дни благоденствия, и молятся поэтому, как в дни благоденствия, вяло и рассеяно. Отсюда и тать в нощи. Вор подкрадывается - бодрствуйте! Бдите, идёт всенощное бдение на Руси».

Не показное благочестие, а глубокая, внутренняя вера, следование не букве, а духу Священного Писания и всё покрывающая любовь отличали отца Димитрия. Его «сердечное православие» российские «книжники» и злопыхатели окрестили «розовым христианством» (до него такой «чести» удостоился любимый автор отца Димитрия, русский писатель-пророк Ф.М.Достоевский). Ну что ж, им, обладателям холодных сердец, представителям рассудочной - «головной» - веры, адвокатам мамоны и противникам примирения «красных» и «белых», наверное, видней. Но нам не нужно их слушать, не нужно обращать внимание, как не обращают внимание на облаявших их собак идущие к большой цели Путники. А нужно идти, идти вослед за проповедником Бога Живого, за «кричащей совестью России» (так назвал отца Димитрия в своё время «американец с русским сердцем», иеромонах Серафим (Роуз)). Внимая его наставлениям и предостережениям.

«Русский человек очень доверчив, - писал о.Димитрий, - не пора ли ему посомневаться, вернее, испытывать духов: от Бога ли они? Ибо многие пришли как будто от Бога, но Его ли они?»

«На мир мы должны смотреть глазами не политиков, даже делая политическое дело, а глазами христиан. Тогда всё станет понятным и по своим местам».

«Не слушатели входят в Царство Божие, а делающие добрые дела. Просто слушатели часто являются фарисеями».

«Каждый из нас - работник в винограднике Божьем, и получать должны то, что Бог нам даёт, а не то, что мы требуем по своей зависти. Не завидовать другому - это выполнить своё предназначение». И так далее...

К концу жизненного пути, когда сузился круг общения, на мир отец Димитрий смотрел всё больше из «окна домового храма», и пришла пора подводить итоги, он вдруг засомневался: «Думаю, что я не духовник... в лучшем случае наставник, советник, и то в лучшем случае. А во всех случаях я, наверно, грешнее всех тех, кто у меня исповедуется».

И ещё из откровений священника: «Те, которые хотят остаться со мной, для тех я не снимаю с себя обязанности, и буду делать всё по силе возможности. Учитывая все обстоятельства, я должен сказать, что духовничество у меня не получилось. Так что мои повторения: я один из окормляемых - остаются в силе. Духовник у нас один - Дух Святой. Он ведёт нас.

Как же я должен себя назвать? Поскольку всё время плохо-хорошо я окормлял. Я по своей природе не духовник, если образно выразиться - сторож. Бить тревогу, видя опасность. Я так и буду делать в дальнейшем».

А вот, на мой взгляд, главное: «А вообще я должен сказать, что, вообще-то, ответственность с себя я не снимаю. Я несу так или иначе ответственность за всех, кто так или иначе сталкивались со мной» («Жизнь и проповедь»).

И тут возникает вопрос: а готовы ли мы, каждый из нас, нести ответственность за то, что так или иначе «сталкивались» с отошедшим в иной мир «сторожем», памятуя о том, что ничего случайного в этой жизни не бывает? Не задумывались? А готовы ли откликнуться на его призыв: «Мужайтесь, будьте воинами! Ныне настало время величайшей битвы»? А вопросы эти отнюдь не риторические...

Как-то батюшка Димитрий обмолвился: духовник, мол, может быть только один. То есть раз и навсегда! К тому же для нас, верующих христиан, непреложно утверждение: у Бога все живы! Это, опять же, не просто какие-то красивые слова, но мало кто об этом всерьёз задумывается. Здесь хочется привести рассуждение отца Димитрия по поводу безвременной кончины писателя Петра Паламарчука:

«За многое он брался, многое хотел понять и посоветовать читателям не быть равнодушными к своей истории и к своей святыне.

Он мог жёстко критиковать даже по такой проблеме, как еврейство в России. Его книги появлялись нередко, статьи, исследования его можно было встретить во многих журналах и газетах, даже второстепенных. Он ничем не пренебрегал.

И теперь что же, умер? Больше ничего не напишет?

Он поможет нам оттуда!

Ушёл туда он не для того, чтоб ничего не делать, а больше делать. Царство ему Небесное!»

От себя дерзну добавить: сейчас не иных духовников искать себе нужно, а жить и делать так, как учил «человек Божий» Димитрий!

Не раз приходилось мне слышать: ну что ты носишься со своим Дудко? Есть другие, не хуже и тому подобное. Что на это ответить? Возможно, и есть, но мне что-то не встретились. А может, если они и есть, то не про мою честь? Посему продолжу жить и действовать сообразно наставлениям «простеца», именовавшего себя всего лишь «сторожем»; не приспосабливаясь, предпочтя и впредь смотреть на этот мир через «розовые очки» отца Дудко, нежели выглядывать из «душегреек» обласканных властью «старцев».

Приведу ещё две цитаты из книг священника Димитрия:

«Обычно мы думаем и желаем, чтоб всё было благополучно, но в мире греха не может быть благополучно. Надо научиться слушать Христа, а не предателей. А если мы ищем наслаждения, то, значит, мы слушаем предателей, они продают всё святое за земную выгоду».

«Оказалось, легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, нежели богатому войти в Царство Небесное. Соединение веры и богатства - путь к антихристу. Соединение неверия и веры - путь ко Христу, проверенный опытом жизни. Антихрист придет из среды верующих богачей. Христос всегда на стороне бедных и заблудших».

Закончу свою реплику такой выдержкой из молитвы отца Димитрия в домовом храме:

«Господи, я поставлен, наверно, всей моей жизнью молиться в своём домовом храме за нашу бедную страну, за наш измученный народ. Жалею я его! Жалость съедает меня.

Прости всем им их отступления от Тебя и развращения, направь нас на верный путь, покажи нам, в чём наше истинное назначение и помоги нам выполнить нашу русскую миссию, по пророчеству нашего писателя Достоевского, сказать новое слово всему миру. (...) Помоги России и русским людям выдержать все испытания, болезни, скорби, непонимание, гонения и не унывать, и не отчаиваться. Дай, Господи, чтоб Твой свет Христов всегда сиял в России и просвещал всех нас до скончания веков. Аминь». 

Александр Огородников, публицист, член Союза писателей России.