Пасха Красная, Победная
Но,
наверное, неслучайно так суждено было Самим Господом Богом, что в дни,
когда вся Церковь облачилась в красные пасхальные облачения и,
торжествуя, прославила Воскресшего Спасителя, в эти же самые дни
фронтовые красные знамена устанавливались над городами и над зданиями
поверженного рейха, возвещая миру об освобождении от смерти и зла,
царствовавших в Европе почти полтора десятилетия.
В наш надменный век потребления и равнодушия, когда с экранов и рекламных стендов нам предлагают брать от жизни все и бежать наперегонки к каким-то мнимым целям, наверное, не очень понятно будет, зачем и как это вообще возможно - не только не брать, но и отдать саму жизнь. Отдать, не задумываясь и не сожалея, отдать, чтобы эта жизнь была у других, зная, что твоя жизнь завершена и смерть неминуема.
В наше время о смерти вообще принято не думать. Она есть где-то в Непале, она косит тысячи в Африке, она подняла черные знамена в Сирии и Ливии, она в братоубийственной бойне под Луганском и Донецком, но в нашей, стремящейся к максимальному комфорту маленькой жизни ее нет, или все делается для того, чтобы ее не было. Да, конечно, она приходит, унося с собой кого-то из наших близких или друзей... Но время приносит какое-то облегчение и.... что?
Увы,
но современное сознание никак не может принять одну очень важную и
нужную мысль: «Смерть - это то, что касается лично каждого из нас».
Важно это потому, что, возможно, в условиях неотменяемого факта смерти
сама жизнь обретает иной и больший смысл для имеющего ее. А нужно -
потому, что способность заглянуть в лицо реальности, в которой смерть, к
сожалению, все-таки есть, дает человеку возможность почувствовать и
лично узнать, что смерть не только противоестественна для него, но еще и
не является для него конечным и безотрадным итогом. Можно что-то
делать, куда-то спешить, работать на износ, и порой кажется, что это и
есть жизнь... Но ради чего? Ради детей? Ведь не только же счастье и
благополучие детей мотивируют человека. Дети вырастут, создадут свои
семьи, определятся в жизни, им будет не нужна наша помощь. К чему
стремиться?
Но есть и еще что-то, что противоречит и всякой логике, и даже инстинкту выживания. Самоотверженность... Как ее объяснить? Для чего и почему в самые тяжелые и страшные времена, когда, кажется, нет ни сил, ни надежды, когда естественным для любого человека будет желание только выжить, почему есть те, кто вопреки всему идет и отдает самое главное - саму жизнь?
«Нет больше той любви...»
Ленинграда (8 сентября 1941 года - 27 января 1944 года). Женщина везет ослабевшего от голода мужа на санках. Великая Отечественная война..." title="В дни блокады Ленинграда (8 сентября 1941 года - 27 января 1944 года). Женщина везет ослабевшего от голода мужа на санках. Великая Отечественная война..." width="350" height="251" align="left" />Только
сейчас, когда я жив и здоров, когда растут мои дети, только теперь,
наверное, в особый трепет меня приводит мысль о том, как моя прабабушка с
двумя маленькими детьми умудрялась на оккупированной территории прятать
в подвале своего дома еврейскую семью, зная, что будет, если найдут.
Только ли случай? Только ли потому, что хорошо прятала? Нет, не думаю.
Нам же известно, как хорошо умели искать. Особенно тех, кто подлежал
уничтожению. Да и куда можно было хорошо спрятать? И все-таки почему?
Было понятно, если бы женщина жила одна, у нее не было семьи... А тут -
двое детей и перспектива расстрела, в случае если найдут. Вот, наверное,
это и есть пусть небольшой, но все-таки пример той самой
самоотверженности, когда милосердие и сочувствие к попавшим в беду людям
было выше всего, даже самой жизни; когда чужие горе и боль не
становятся картинкой со стороны, а принимаются как свои; когда вместо
оружия, пехоты и бронетехники ответом на неминуемую смерть и жестокость
врага становятся любовь и сострадание, которые обязательно побеждают.
И тогда происходит чудо, потому что Своей милостью Господь покрывает всякие страдания. Но особенно радует Его способность человека жить вопреки своей под час эгоистичной природе, не только ради себя, потому что «нет больше той любви, как если кто положит душу свою за други своя» (Ин. 15, 13). Это та заповедь, исполнение которой, возможно, впервые в истории человечества стало столь массовым 70 лет назад. Это то, что стало самым главным и непобедимым ответом на всю мощь современного вооружения и боеспособности гитлеровской армии. Вспомнить всех поименно нельзя, но каждый из тех, кто отдал свою жизнь за жизни будущего, своей смертью вписал себя в Жизнь. В жизнь не только памяти. Память, увы, бывает и неблагодарной. Но в ту Жизнь, которая помогает нам даже во времена глубокого неверия и безразличия понимать, что смерть - это не конец, что со смертью начинается что-то иное, что-то очень важное, чему мы учимся здесь, на земле. Это осознали перед лицом смерти, и порой очень жестокой, те, кто подвигом своим вошел в Вечность, отдав временное и обретя бесконечное, чьи имена нам не всегда известны, но кому мы бесконечно обязаны.
А вот лишь немногие примеры того человеческого достоинства и воинской доблести, которыми были обретены свобода и жизнь. И еще, конечно же, память о сверхчеловеческих возможностях самых простых людей, которые перед лицом смерти обретали бессмертие, сделав свой выбор.
«Все удивлялись его храбрости...»
Величайший польский педагог и детский писатель Януш Корчак,
вошедший в газовую камеру в лагере смерти Треблинка вместе со своим
«Сиротским домом». Он, как минимум, трижды прошел мимо своей свободы и
на пороге смерти не оставил своего человеческого призвания, утешая самых
маленьких страдальцев, рассказывая им добрую сказку.
Старший сержант Николай Сиротинин, которому было всего 20 лет. Одиннадцать танков и семь бронемашин, 57 солдат и офицеров недосчитались гитлеровцы после боя на берегу реки Добрость, где стоял в заслоне этот русский солдат. Сохранились даже воспоминания одного из офицеров немецкой танковой дивизии, принимавшей участие в том бою: «Вечером хоронили неизвестного русского солдата. Он один стоял у пушки, долго расстреливал колонну танков и пехоту, так и погиб. Все удивлялись его храбрости... Три раза стреляли залпами из винтовок».
А имена Володи Дубинина, Марата Казея, Лени Голикова, Зины Портновой, Вали Котика... Известны ли они их ровесникам в XXI веке? Дети, которые ценой своей жизни внесли огромный вклад в Победу над злом, пусть и не совсем вселенским, но вполне себе претендовавшим на мировое господство.
Но много ли кто знает о представителях православного духовенства, монашества и мирян, приблизивших Великую Победу ценой своей жизни?.. Монахиня Мария (Скобцова), ушедшая на смерть в Равенсбрюке вместо другой женщины. Мученик-врач Александр Шморель, один из основателей подпольной антифашистской организации «Белая Роза» в Германии в годы войны. Архимандрит Александр (Вишняков), спасший многие еврейские семьи в Киеве от гибели в Бабьем Яру. По свидетельству очевидцев, был распят на кресте и заживо сожжен в этом же страшном месте. Священник Иоанн Лойко, также сожженный вместе с прихожанами в сельской церкви. Благословил троих своих сыновей на защиту Родины, сам активно помогал партизанским отрядам. Священники Николай Пыжевич, Александр Новик, Павел Сосновский и многие другие. Все они в силу своих возможностей встали на защиту Родины и отдали свои жизни, как и сказано в заповеди, «за други своя». А многие и вместе со своими прихожанами.
Венчание на Царство
Так
откуда же эта сила? Почему вопреки всем расчетам страна, истерзанная
политическими репрессиями и преследованиями инакомыслящих, где все было
готово к тому, чтобы стереть прежнее до основания, встает с колен и дает
отпор? Умирает и восстает из мертвых. И, умываясь слезами и кровью,
побеждает. Побеждает точный расчет и механизм, поразивший едва ли не
весь континент, подмявший под себя все ресурсы Европы, машину,
подготовленную только к победам.
Там, где заканчиваются силы разума, там открывается и оживает сердце, способное вместить в себя Царство. И то, что было посеяно в сердцах этих людей, без сомнения, дало свои плоды в нужное время. Наверное, так и случилось в те великие и грозные годы. Иначе как еще объяснить то, почему так самоотверженно умирали, не склоняя голову перед смертью?
Очень мне нравится финал замечательного произведения Бориса Васильева «В списках не значился», где главный герой, молодой солдат Николай Плужников, проходит мимо строя врагов, отдающего ему высшие воинские почести. Проходит непобежденным и новым человеком, исполнившим высший долг, - долг любви.
«Он упал на спину, навзничь, широко раскинув руки, подставив солнцу невидящие, широко открытые глаза. Упал свободным и после жизни, смертию смерть поправ».
Газета «Саратовская панорама» № 17 (996)
Священник Андрей Мизюкhttp://www.eparhia-saratov.ru/Articles/samootverzhennye-lyudi
