14 июля 1992 года в зону грузино-осетинского конфликта, на основании международных договоренностей, были введены вооруженные подразделения Смешанных сил по поддержанию мира (ССПМ). В состав миротворческого контингента входят по одному мотострелковому батальону от Грузии, Республики Северная Осетия - Алания и Российской Федерации. Общее руководство ССПМ осуществляется Объединенным штабом, при котором находится группа военных наблюдателей, представляющих те же стороны. Решение о применении воинских контингентов в случае нарушения условий прекращения огня одной из сторон принимается командующим ССПМ с целью восстановления мира с уведомлением Смешанной контрольной комиссии (СКК) по урегулированию грузино-осетинского конфликта. Решением СКК от 6 декабря 1994 года гарантом стабильности в зоне конфликта является российский батальон миротворческих сил.
О складывающейся сегодня в зоне конфликта ситуации и о повседневной деятельности миротворцев "Красная звезда" попросила рассказать командующего ССПМ генерал-майора Марата Кулахметова.
- Товарищ командующий, уже 14 лет личный состав ССПМ осуществляет миротворческую миссию в зоне грузино-осетинского конфликта. За это время "голубым каскам" пришлось столкнуться как с различного рода провокациями, так и с попытками возобновления одной из сторон конфликта боевых действий...
- Ни у кого не должно возникать иллюзий по поводу того, кто в действительности является гарантом мира и невозобновлением боевых действий в зоне конфликта. Миротворцы сегодня - это единственная сила, сдерживающая ситуацию, препятствующая попыткам силового решения существующих проблем. Другого механизма помимо миротворческой операции, позволившего бы обеспечить мир на этой земле, просто не существует. Это подтверждается временем, подтверждается тем, что все 14 лет, в течение которых миротворцы находятся здесь, война не стала реальностью для жителей осетинских и грузинских сел зоны конфликта.
- Однако одна из сторон конфликта, а именно грузинская, упорно утверждает, что ССПМ не справляются со своими обязанностями. Правда, на конкретный вопрос "Красной звезды" по этому поводу председатель комиссии по безопасности и обороне парламента Грузии Гиви Таргамадзе дал самый расплывчатый ответ. Создается впечатление, что грузинская сторона не имеет понятия о сути выполняемых миротворцами задач и не имеет представления о положениях документов, регулирующих миротворческую миссию ССПМ.
- Миротворческая операция - это многосторонний процесс, от полнокровного участия в котором всех сторон, заинтересованных в установлении окончательного мира, зависит очень многое, если не все. За то время, в течение которого я командую ССПМ, в зоне конфликта не было ни одной правительственной или парламентской делегации от грузинской стороны. Из грузинского парламента к нам не поступило ни одного запроса. Впрочем, попытки грузинской стороны оценивать всё происходящее в зоне конфликта только с собственных позиций нас не удивляют.
- Недавняя плановая ротация российского контингента ССПМ проходила под пристальным вниманием средств массовой информации. Опять же одна из сторон конфликта вновь говорила о неких нарушениях, якобы имевших место при ротации...
- Существующими договоренностями определено, что плановая ротация грузинского и североосетинского батальона осуществляется раз в шесть месяцев. Грузинская сторона регулярно нарушает данное положение. При этом используются самые различные предлоги. Не так давно на мое имя пришел документ от государственного министра Грузии по урегулированию конфликтов Георгия Хаиндрава, в котором грузинская сторона в очередной раз просит сделать для нее исключение и разрешить ротацию личного состава своего батальона один раз в три месяца - это прямое нарушение принятых договоренностей. В нынешнем году грузинская сторона уже произвела несколько замен личного состава, причем о последней ротации Объединенный штаб был уведомлен всего за восемь часов до ее начала. В отличие от грузинской стороны российский контингент заменяется один раз в год, в строгом соответствии с нормативными документами.
- В состав ССПМ входят подразделения и военные наблюдатели от трех сторон, участвующих в урегулировании конфликта. Взаимопонимание у людей в погонах существует? Одинаково ли они понимают суть происходящего в зоне конфликта? Военные наблюдатели миссии ОБСЕ объективны по отношению к сторонам конфликта?
- При выполнении поставленных перед нами задач взаимодействие организовано в соответствии с руководящими документами. Возможно, что в нем присутствуют некоторые огрехи, но связаны они в основном с позицией руководства министерства обороны Грузии, которое пытается вторгаться в нашу деятельность через свой контингент. Это не только пресловутый визовый вопрос, но и чисто технические моменты нашей работы. К примеру, отдаются распоряжения грузинским миротворцам об отказе от участия в сопровождении военных и гуманитарных грузов, выделение наблюдателей, осуществляющих мониторинг (основная задача военных наблюдателей при ОШ ССПМ) зоны конфликта, и т. д.
Организовано тесное взаимодействие с военными наблюдателями от миссии ОБСЕ. Их деятельность в зоне конфликта регулируется соответствующими договоренностями и международными соглашениями. К сожалению, эти документы были подписаны в начале 1990-х годов. Пролонгацию они не получили, и поэтому последнее время мы чувствуем некоторые несостыковки по ряду вопросов. Уже давно назрела необходимость подписания нового документа о порядке организации взаимодействия Южной Осетии с миссией ОБСЕ в Грузии.
- С какими нарушениями чаще всего приходится сталкиваться миротворцам?
- Все основные нарушения связаны в основном с несогласованностью действий сторон конфликта и непродуманностью заявлений некоторых должностных лиц, представляющих властные структуры. Стоило последовать заявлению со стороны министерства обороны Грузии о праздновании Нового года в Цхинвали, как тут же следует реакция с осетинской стороны, которая начинает оборудовать окопы и траншеи.
Хотя правоохранительных функций у миротворцев нет, мы плотно взаимодействуем с правоохранительными органами сторон. От эффективности подобного сотрудничества зависит в том числе и качество выполнения миротворческих функций. Приведу простой пример: к нам поступило заявление от жителей одного из грузинских сёл, что якобы осетинская сторона угнала на свою территорию стадо коров, похитив при этом мальчика-пастушка. Буквально в течение получаса нашими усилиями были обнаружены и коровы, и спящий пастушок, которых никто не похищал. Ситуация разрешилась благополучно, тем не менее население было взбудоражено и ситуация могла иметь самые негативные последствия. С грузинской стороны нас часто обвиняют в потворстве криминалитету, в покровительстве контрабандистам. При этом, правда, ни одного конкретного факта, ни одного очевидного свидетельства привести никто не может. Вместе с тем подобные обвинения существенно осложняют и без того непростую ситуацию, складывающуюся в зоне конфликта.
- На ваш взгляд, что является самым трудным для миротворцев, выполняющих свою миссию в зоне грузино-осетинского конфликта? Может, это бытовые трудности, высокая степень морально-психологической напряженности или что-то другое?
- Вероятно, самым трудным является то мощное информационное воздействие, которое грузинскими властями оказывается на население зоны конфликта и прежде всего на жителей грузинских сел. В последние два года это ощущается особенно сильно. Попытки дискредитации российских миротворцев со стороны грузинских средств массовой информации, формирование ими в глазах местного населения образа миротворца, как главного врага грузинского народа, наносят только вред процессу мирного урегулирования конфликта.
- Тем не менее, как мне удалось убедиться, россияне продолжают добросовестно выполнять свои обязанности и совершенствовать боевую выучку...
- Действительно, российские миротворцы занимаются полнокровной боевой подготовкой, предусмотренной планом и соответствующими решениями командующего и командира батальона. Занятия проводятся как на постах, так и в базовом лагере. Проблем с обеспечением боевой подготовки у нас нет.
Хотел бы пожелать всему личному составу ССПМ и местным жителям зоны конфликта мирного неба над головой, спокойной, благополучной жизни, без выстрелов, без кровопролития!
http://www.redstar.ru/2006/07/13_07/3_01.html
О складывающейся сегодня в зоне конфликта ситуации и о повседневной деятельности миротворцев "Красная звезда" попросила рассказать командующего ССПМ генерал-майора Марата Кулахметова.
- Товарищ командующий, уже 14 лет личный состав ССПМ осуществляет миротворческую миссию в зоне грузино-осетинского конфликта. За это время "голубым каскам" пришлось столкнуться как с различного рода провокациями, так и с попытками возобновления одной из сторон конфликта боевых действий...
- Ни у кого не должно возникать иллюзий по поводу того, кто в действительности является гарантом мира и невозобновлением боевых действий в зоне конфликта. Миротворцы сегодня - это единственная сила, сдерживающая ситуацию, препятствующая попыткам силового решения существующих проблем. Другого механизма помимо миротворческой операции, позволившего бы обеспечить мир на этой земле, просто не существует. Это подтверждается временем, подтверждается тем, что все 14 лет, в течение которых миротворцы находятся здесь, война не стала реальностью для жителей осетинских и грузинских сел зоны конфликта.
- Однако одна из сторон конфликта, а именно грузинская, упорно утверждает, что ССПМ не справляются со своими обязанностями. Правда, на конкретный вопрос "Красной звезды" по этому поводу председатель комиссии по безопасности и обороне парламента Грузии Гиви Таргамадзе дал самый расплывчатый ответ. Создается впечатление, что грузинская сторона не имеет понятия о сути выполняемых миротворцами задач и не имеет представления о положениях документов, регулирующих миротворческую миссию ССПМ.
- Миротворческая операция - это многосторонний процесс, от полнокровного участия в котором всех сторон, заинтересованных в установлении окончательного мира, зависит очень многое, если не все. За то время, в течение которого я командую ССПМ, в зоне конфликта не было ни одной правительственной или парламентской делегации от грузинской стороны. Из грузинского парламента к нам не поступило ни одного запроса. Впрочем, попытки грузинской стороны оценивать всё происходящее в зоне конфликта только с собственных позиций нас не удивляют.
- Недавняя плановая ротация российского контингента ССПМ проходила под пристальным вниманием средств массовой информации. Опять же одна из сторон конфликта вновь говорила о неких нарушениях, якобы имевших место при ротации...
- Существующими договоренностями определено, что плановая ротация грузинского и североосетинского батальона осуществляется раз в шесть месяцев. Грузинская сторона регулярно нарушает данное положение. При этом используются самые различные предлоги. Не так давно на мое имя пришел документ от государственного министра Грузии по урегулированию конфликтов Георгия Хаиндрава, в котором грузинская сторона в очередной раз просит сделать для нее исключение и разрешить ротацию личного состава своего батальона один раз в три месяца - это прямое нарушение принятых договоренностей. В нынешнем году грузинская сторона уже произвела несколько замен личного состава, причем о последней ротации Объединенный штаб был уведомлен всего за восемь часов до ее начала. В отличие от грузинской стороны российский контингент заменяется один раз в год, в строгом соответствии с нормативными документами.
- В состав ССПМ входят подразделения и военные наблюдатели от трех сторон, участвующих в урегулировании конфликта. Взаимопонимание у людей в погонах существует? Одинаково ли они понимают суть происходящего в зоне конфликта? Военные наблюдатели миссии ОБСЕ объективны по отношению к сторонам конфликта?
- При выполнении поставленных перед нами задач взаимодействие организовано в соответствии с руководящими документами. Возможно, что в нем присутствуют некоторые огрехи, но связаны они в основном с позицией руководства министерства обороны Грузии, которое пытается вторгаться в нашу деятельность через свой контингент. Это не только пресловутый визовый вопрос, но и чисто технические моменты нашей работы. К примеру, отдаются распоряжения грузинским миротворцам об отказе от участия в сопровождении военных и гуманитарных грузов, выделение наблюдателей, осуществляющих мониторинг (основная задача военных наблюдателей при ОШ ССПМ) зоны конфликта, и т. д.
Организовано тесное взаимодействие с военными наблюдателями от миссии ОБСЕ. Их деятельность в зоне конфликта регулируется соответствующими договоренностями и международными соглашениями. К сожалению, эти документы были подписаны в начале 1990-х годов. Пролонгацию они не получили, и поэтому последнее время мы чувствуем некоторые несостыковки по ряду вопросов. Уже давно назрела необходимость подписания нового документа о порядке организации взаимодействия Южной Осетии с миссией ОБСЕ в Грузии.
- С какими нарушениями чаще всего приходится сталкиваться миротворцам?
- Все основные нарушения связаны в основном с несогласованностью действий сторон конфликта и непродуманностью заявлений некоторых должностных лиц, представляющих властные структуры. Стоило последовать заявлению со стороны министерства обороны Грузии о праздновании Нового года в Цхинвали, как тут же следует реакция с осетинской стороны, которая начинает оборудовать окопы и траншеи.
Хотя правоохранительных функций у миротворцев нет, мы плотно взаимодействуем с правоохранительными органами сторон. От эффективности подобного сотрудничества зависит в том числе и качество выполнения миротворческих функций. Приведу простой пример: к нам поступило заявление от жителей одного из грузинских сёл, что якобы осетинская сторона угнала на свою территорию стадо коров, похитив при этом мальчика-пастушка. Буквально в течение получаса нашими усилиями были обнаружены и коровы, и спящий пастушок, которых никто не похищал. Ситуация разрешилась благополучно, тем не менее население было взбудоражено и ситуация могла иметь самые негативные последствия. С грузинской стороны нас часто обвиняют в потворстве криминалитету, в покровительстве контрабандистам. При этом, правда, ни одного конкретного факта, ни одного очевидного свидетельства привести никто не может. Вместе с тем подобные обвинения существенно осложняют и без того непростую ситуацию, складывающуюся в зоне конфликта.
- На ваш взгляд, что является самым трудным для миротворцев, выполняющих свою миссию в зоне грузино-осетинского конфликта? Может, это бытовые трудности, высокая степень морально-психологической напряженности или что-то другое?
- Вероятно, самым трудным является то мощное информационное воздействие, которое грузинскими властями оказывается на население зоны конфликта и прежде всего на жителей грузинских сел. В последние два года это ощущается особенно сильно. Попытки дискредитации российских миротворцев со стороны грузинских средств массовой информации, формирование ими в глазах местного населения образа миротворца, как главного врага грузинского народа, наносят только вред процессу мирного урегулирования конфликта.
- Тем не менее, как мне удалось убедиться, россияне продолжают добросовестно выполнять свои обязанности и совершенствовать боевую выучку...
- Действительно, российские миротворцы занимаются полнокровной боевой подготовкой, предусмотренной планом и соответствующими решениями командующего и командира батальона. Занятия проводятся как на постах, так и в базовом лагере. Проблем с обеспечением боевой подготовки у нас нет.
Хотел бы пожелать всему личному составу ССПМ и местным жителям зоны конфликта мирного неба над головой, спокойной, благополучной жизни, без выстрелов, без кровопролития!
http://www.redstar.ru/2006/07/13_07/3_01.html
_1.jpg)