После трагических событий в Беслане прошел уже месяц. Однако из-за поднявшейся после них волны национальной и религиозной нетерпимости многие российские мусульмане до сих пор опасаются выходить на улицу. Не выпускают своих близких - боятся нападений, провокаций. Особенно достается женщинам и девушкам, которые, следуя законам ислама, носят хиджаб - мусульманский платок.
Их то и дело принимают за шахидок, оскорбляют, милиция задерживает их "до выяснения". Корреспондентке "НИ" удалось самой убедиться, как чувствует себя сегодня в России женщина с покрытой головой.
Я сама боюсь. Всегда боюсь. Кидаюсь прочь от бесхозной сумки. Выхожу из вагона поезда, если мне не нравится поведение сидящего рядом южанина. Покидаю автобус, не доехав до нужной остановки, если одежда попутчицы вызывает сомнение. Понимаю, что просто нервы шалят, но поступаю всегда именно так. И ничего не поделаешь - инстинкт самосохранения работает лучше и быстрее, чем голова.
Поэтому, оказавшись на площади у Соборной мечети Москвы в окружении смуглых бородатых мужчин и закутанных в хиджабы женщин, я ощутила уже знакомый "транспортный" холодок.
"Да не переживайте, мы уже почти привыкли к такому отношению", - ответили на мои откровения студентки расположенного на территории мечети Московского исламского университета. Девчонки даже и не думали обижаться. "Не вы первая, не вы и последняя, - хохотнули собеседницы. - Историй гораздо обидней этой каждая из нас может рассказать с лихвой".
"Раньше были монашками, теперь - шахидки"
"Вообще, по моим наблюдениям, реакция каждого конкретного человека на мой внешний вид напрямую зависит от его уровня культуры и такта", - рассказывает Галия Идрисова. Девушка учится на 3-м курсе филфака одного из столичных вузов. Но по вечерам так же, как и ее подруги, получает дополнительное образование в Московском исламском университете. "Молодежь почти всегда проявляет свое внимание довольно бурно: обрывают разговор на полуслове и начинают пальцами тыкать в нашу сторону, - продолжает Галия. - Но иногда и взрослые ведут себя неадекватно. Вот совсем недавно 30-летний мужчина как шарахнется от меня в сторону и давай голосить: "Шахидка! Шахидка!"
Такие инциденты хотя и случаются, но, по словам студенток-мусульманок, это все же исключение. По выведенной ими классификации - неприятное, но привычное. Как и то, что каждый день без исключения происходит с девочками в городском транспорте. "Девушка в платочке, словно фонарик. Ее все замечают. И как только заходишь в вагон метро, трамвай или автобус, люди или сразу решают не заходить, или выходят на следующей остановке, причем толпами, - говорит Галия. - А многие из тех, кто все-таки остался, начинают шепотом или мысленно усердно читать молитву. Как в последний раз".
"А на днях кондуктор троллейбуса, когда я поставила рядом с ней свою сумку, спросила, уж не бомба ли там, - вступает в разговор Алсу Ситдикова, заведующая учебной частью университета. - Она ерзала, ерзала, а потом не выдержала и попросила меня: "Может, вы пешком пройдете?"
Однако бывает и хуже.
"Иногда платок с головы на ходу какой-нибудь полоумный прохожий сорвет, - говорит Юлия Замалетдинова, психолог-педагог, - оскорбит и дальше пойдет".
Каждый новый всплеск агрессивной реакции со стороны простых людей и милиционеров по отношению к мусульманкам происходит аккурат после совершения очередного теракта.
"Еще несколько лет назад вслед нашим длинным юбкам и косынкам дети кричали: "Монашки идут!", - замечает Юля. - Теперь - не иначе как шахидки".
Учебник для молодых мусульманок
Особенно тяжко девушкам пришлось после трагических событий в Беслане.
"В первые дни я по улице не могла пройти спокойно, - рассказывает Алсу. - Невозможно было и шагу сделать, чтобы кто-то не подошел и сказал: "Зачем вы детей взрываете?" Страшно было. Многие из моих знакомых старались не выходить лишний раз из дома или запаслись средствами самозащиты. Ну и, конечно, милиция без устали проверяла".
Из того, что знают московские мусульманки о взаимоотношениях со стражами порядка, можно составить целый учебник - в помощь начинающим исламисткам. И опыта, и практики предостаточно - на самой спокойной неделе девочек останавливают по 3-5 раз.
"Главное, вести себя уверенно, - делится знаниями Алсу. - Чуть стушуешься или задумаешься, глядя на милиционера, "остановит - не остановит", проверки документов не избежать. У меня даже присказка появилась: мусульманка может позволить себе забыть дома все, что угодно, но не паспорт".
"А еще я заметила, - дополняет Галия, - можно книжку на русском языке читать. Лучше, если что-нибудь из классиков. Действует на окружающих успокаивающе".
В суд из-за платка
Большинство девушек, с которыми я общалась в университете, этнические татарки. Они родились в Москве, и надевать хиджаб девушек никто не заставлял. Их родители, воспитанные в антирелигиозном СССР, вполне светские люди. И принадлежность к исламу в таких семьях отмечалась только по праздникам.
Соблюдать все правила религии девушки решили сами 3-4 года назад. Твердо и бесповоротно. Заранее зная, какими трудностями это для них обернется.
"В школе просили снять платок, но мы не сдавались, - рассказывают девочки. - На часы уроков у нас приходилось по три намаза. Совершать их мы пристроились под угловой лестницей. А сейчас в институте молимся на лестнице, где практически никто не ходит. Да и тому рады".
Галия говорит, что людям очень трудно бывает объяснить, что хиджаб - это не прихоть или религиозное чудачество. "Понимаете, мусульманка без платка - это все равно, что служащий в костюме с "дипломатом", но без штанов. Все наши исламские тонкости, совершенно не знакомые нашим сокурсникам и даже ученым профессорам, мы всегда стараемся объяснить. Чтобы люди поняли и относились к этому с уважением".
Но получается не всегда. "На вручении диплома ректор, отдав документ об образовании, всем выпускникам жал руки, - вспоминает Юля. - Когда очередь дошла до меня, я предупредила ректора, что руки ему дать не могу. Он воспринял это как личное оскорбление. А при поступлении в аспирантуру мне это припомнили".
Еще большие трудности возникают у облаченных в платки м
Их то и дело принимают за шахидок, оскорбляют, милиция задерживает их "до выяснения". Корреспондентке "НИ" удалось самой убедиться, как чувствует себя сегодня в России женщина с покрытой головой.
Я сама боюсь. Всегда боюсь. Кидаюсь прочь от бесхозной сумки. Выхожу из вагона поезда, если мне не нравится поведение сидящего рядом южанина. Покидаю автобус, не доехав до нужной остановки, если одежда попутчицы вызывает сомнение. Понимаю, что просто нервы шалят, но поступаю всегда именно так. И ничего не поделаешь - инстинкт самосохранения работает лучше и быстрее, чем голова.
Поэтому, оказавшись на площади у Соборной мечети Москвы в окружении смуглых бородатых мужчин и закутанных в хиджабы женщин, я ощутила уже знакомый "транспортный" холодок.
"Да не переживайте, мы уже почти привыкли к такому отношению", - ответили на мои откровения студентки расположенного на территории мечети Московского исламского университета. Девчонки даже и не думали обижаться. "Не вы первая, не вы и последняя, - хохотнули собеседницы. - Историй гораздо обидней этой каждая из нас может рассказать с лихвой".
"Раньше были монашками, теперь - шахидки"
"Вообще, по моим наблюдениям, реакция каждого конкретного человека на мой внешний вид напрямую зависит от его уровня культуры и такта", - рассказывает Галия Идрисова. Девушка учится на 3-м курсе филфака одного из столичных вузов. Но по вечерам так же, как и ее подруги, получает дополнительное образование в Московском исламском университете. "Молодежь почти всегда проявляет свое внимание довольно бурно: обрывают разговор на полуслове и начинают пальцами тыкать в нашу сторону, - продолжает Галия. - Но иногда и взрослые ведут себя неадекватно. Вот совсем недавно 30-летний мужчина как шарахнется от меня в сторону и давай голосить: "Шахидка! Шахидка!"
Такие инциденты хотя и случаются, но, по словам студенток-мусульманок, это все же исключение. По выведенной ими классификации - неприятное, но привычное. Как и то, что каждый день без исключения происходит с девочками в городском транспорте. "Девушка в платочке, словно фонарик. Ее все замечают. И как только заходишь в вагон метро, трамвай или автобус, люди или сразу решают не заходить, или выходят на следующей остановке, причем толпами, - говорит Галия. - А многие из тех, кто все-таки остался, начинают шепотом или мысленно усердно читать молитву. Как в последний раз".
"А на днях кондуктор троллейбуса, когда я поставила рядом с ней свою сумку, спросила, уж не бомба ли там, - вступает в разговор Алсу Ситдикова, заведующая учебной частью университета. - Она ерзала, ерзала, а потом не выдержала и попросила меня: "Может, вы пешком пройдете?"
Однако бывает и хуже.
"Иногда платок с головы на ходу какой-нибудь полоумный прохожий сорвет, - говорит Юлия Замалетдинова, психолог-педагог, - оскорбит и дальше пойдет".
Каждый новый всплеск агрессивной реакции со стороны простых людей и милиционеров по отношению к мусульманкам происходит аккурат после совершения очередного теракта.
"Еще несколько лет назад вслед нашим длинным юбкам и косынкам дети кричали: "Монашки идут!", - замечает Юля. - Теперь - не иначе как шахидки".
Учебник для молодых мусульманок
Особенно тяжко девушкам пришлось после трагических событий в Беслане.
"В первые дни я по улице не могла пройти спокойно, - рассказывает Алсу. - Невозможно было и шагу сделать, чтобы кто-то не подошел и сказал: "Зачем вы детей взрываете?" Страшно было. Многие из моих знакомых старались не выходить лишний раз из дома или запаслись средствами самозащиты. Ну и, конечно, милиция без устали проверяла".
Из того, что знают московские мусульманки о взаимоотношениях со стражами порядка, можно составить целый учебник - в помощь начинающим исламисткам. И опыта, и практики предостаточно - на самой спокойной неделе девочек останавливают по 3-5 раз.
"Главное, вести себя уверенно, - делится знаниями Алсу. - Чуть стушуешься или задумаешься, глядя на милиционера, "остановит - не остановит", проверки документов не избежать. У меня даже присказка появилась: мусульманка может позволить себе забыть дома все, что угодно, но не паспорт".
"А еще я заметила, - дополняет Галия, - можно книжку на русском языке читать. Лучше, если что-нибудь из классиков. Действует на окружающих успокаивающе".
В суд из-за платка
Большинство девушек, с которыми я общалась в университете, этнические татарки. Они родились в Москве, и надевать хиджаб девушек никто не заставлял. Их родители, воспитанные в антирелигиозном СССР, вполне светские люди. И принадлежность к исламу в таких семьях отмечалась только по праздникам.
Соблюдать все правила религии девушки решили сами 3-4 года назад. Твердо и бесповоротно. Заранее зная, какими трудностями это для них обернется.
"В школе просили снять платок, но мы не сдавались, - рассказывают девочки. - На часы уроков у нас приходилось по три намаза. Совершать их мы пристроились под угловой лестницей. А сейчас в институте молимся на лестнице, где практически никто не ходит. Да и тому рады".
Галия говорит, что людям очень трудно бывает объяснить, что хиджаб - это не прихоть или религиозное чудачество. "Понимаете, мусульманка без платка - это все равно, что служащий в костюме с "дипломатом", но без штанов. Все наши исламские тонкости, совершенно не знакомые нашим сокурсникам и даже ученым профессорам, мы всегда стараемся объяснить. Чтобы люди поняли и относились к этому с уважением".
Но получается не всегда. "На вручении диплома ректор, отдав документ об образовании, всем выпускникам жал руки, - вспоминает Юля. - Когда очередь дошла до меня, я предупредила ректора, что руки ему дать не могу. Он воспринял это как личное оскорбление. А при поступлении в аспирантуру мне это припомнили".
Еще большие трудности возникают у облаченных в платки м