Бог создал мир из ничего.
Учись, художник, у него.
К.Бальмонт
Это было давно. Мы шли через поле, тропинка посреди только что скошенной травы уходила за бугор. Несмотря на ранний час, позади и впереди нас шли люди. Тропа вела к Храму! И не просто к Храму, а к такому, что влечет к себе всех, кто не потерял веру в прекрасное, которое если и не "спасет мир", то вселит в души радость и... надежду.
Храм вырастал из-за холма постепенно, от креста до небольшой возвышенности между старицей и тихой речкой Нерль, на которой поставили его люди более восьми веков назад, вложив в свое творение душу. Белокаменный стройный храм стоит уединенно среди лугов долины Клязьмы. В простоте его архитектуры совершенная гармония, ощущение невесомости и абсолютное понимание красоты, чистоты и возвышенной умиротворенности.
Почему вспомнил о далекой от наших мест церкви Покрова Богородицы на Владимирской земле?
Есть в Таллинне православная церковь Иоанна Предтечи. Небольшой деревянный храм с куполом на высоком барабане стоит привольно среди ныммеских сосен неподалеку от станции Хийу.
С настоятелем этой церкви отцом Павлом (Поповым) договорились встретиться во вторник Страстной недели. В тот апрельский день стояла удивительно теплая солнечная погода. Мы сидели на скамейке перед храмом, и отец Павел негромким голосом рассказывал об истории церкви, в которой служит уже тринадцать лет. Рассказывал о русских людях, оказавшихся после революции и гражданской войны на эстонской земле. Еще не устроив свою жизнь и не обретя собственного дома, они озаботились о душе, задумали и построили этот храм, которому в этом году восемьдесят лет. Средства собирали по подписке, получали пожертвования, устраивали благотворительные концерты. Человек широкой души, владелец всего Нымме барон Николай фон Глен безвозмездно передал в вечное пользование лютеранам, баптистам и православным земельные наделы по 1200 кв. сажен (это около половины гектара) каждому из приходов. Архитектор А.Голубков составил проект церкви и подарил его будущим прихожанам.
Строили из дерева с засыпными стенами из расчета лет на 20-25, не более. Думали - там, в России, перебесятся, и все вернется на круги своя. Не вернулось. 13 августа 1922 года заложили храм, а на следующую осень освятили его во имя Иоанна Крестителя. За восемь десятилетий, что прошли с тех пор, церковь и ее прихожане пережили и нелегкое эмигрантское время предвоенной поры, и немецкую оккупацию, и трудные советские годы, когда одна за другой закрывались православные церкви и когда дважды, в 1962 и 1972 годах храм поджигали. И только беззаветное служение двух его первых настоятелей помогло сохранить в Нымме этот оазис православия. Из 80 лет существования церкви с 1923 по 1960 год священником был отец Христофор, составивший подробную летопись храма; 30 лет, с 1960-го по 1990-й, служил здесь отец Корнилий (В.Якобс), нынешний митрополит Таллиннской и всея Эстонской Православной церкви Московского патриархата.
Автор проекта церкви Иоанна Предтечи архитектор А. Голубков.
В 1962 году какой-то воинствующий атеист разбил окно храма и бросил в алтарь бутылку с зажигательной смесью. Только случай (пожар заметили пассажиры проезжавшей мимо электрички) спас храм от полного уничтожения. Лучшего предлога для закрытия церкви нельзя было придумать, и только силой своей воли и глубокой убежденности в правоте христианских идеалов и необходимости их людям отец Корнилий смог добиться от советских властей не только сохранения прихода, но и восстановления после пожара здания церкви.
И все-таки 80 лет сделали свое дело. Деревянное здание, ослабленное двумя пожарами, обветшало до предела и уже давно требует полной реставрации. К счастью, наш храм включили в программу "Возрождения таллиннских церквей", составлен проект реставрации и выделены необходимые средства.
Удивительно, что в архиве церкви сохранился оригинал первоначального проекта, созданного в 1922 году архитектором А.Голубковым, и отец Павел показал мне рисунки фасадов храма с размашистой подписью - "Insener-Arch. A.Golubkov".
Глядя на стройный силуэт церкви с высокой круглой башней, увенчанной голубым куполом с крестом на золоченом шпиле, на полукружия закомар и портала с фресками на сюжеты жития Иоанна Крестителя, я невольно подумал, что в далеком 1922 году зодчего вдохновил храм Покрова на Нерли, поставленный князем Андреем Боголюбским в 1164 году в память о погибшем в войне с болгарами сыне Изяславе, храм, ставший своего рода символом древнерусской архитектуры.
- Конечно, - продолжал отец Павел, - выполнить в полном объеме задуманное архитектором в трудные 20-е годы прошлого века не было возможности. Не говоря уж о фресках и витражах, даже купол вынуждены были покрасить вместо небесно-голубой тускло-зеленой автомобильной, а само здание не белой, а дешевой половой краской. Сравнивая проект Голубкова с тем, что мы видим сегодня, хотелось бы в ходе реставрации не только восстановить радостный цвет здания, но и заполнить закомары фресками, а окна северного и южного фасадов витражами. Однако средства выделены только на общестроительные работы. Мне бы хотелось обратиться к прихожанам всех православных храмов Эстонии, и не только к прихожанам, а ко всем людям русской культуры с просьбой о пожертвовании по мере возможности на украшение нашей церкви, как исстари повелось в православном мире, как собирали в ХIХ веке на восстановление таллиннской Никольской церкви и на строительство собора Александра Невского.
Несмотря на скромные размеры и простоту церкви, к нам приезжают со всех районов Таллинна, включая Ласнамяэ, приезжают из Кейла и Палдиски, где нет православных храмов. Привлекает простор, ведь наша церковь, в отличие от всех храмов города, стоит свободно среди деревьев, а православный храм всегда просится на простор, на взгорье или широкую площадь, чтобы видно было издалека, чтобы создавал он настрой на встречу с прекрасным. И в Вербное воскресенье было столько народа, что лишь небольшую часть вместили стены церкви.
Есть храмы, где человека охватывает трепет от уходящих ввысь сводов, откуда льется чудесный и таинственный свет, от многоярусных иконостасов с темными ликами икон в резьбе и позолоте. Но есть храмы, в которых входящего охватывает умиротворяющий покой и ощущение душевной радости и чистоты, особой близости к Богу. Именно таков таллиннский храм Иоанна Предтечи. В небольшом пространстве уютной церкви душу охватывает невольное отдохновение. И хотя в церкви нет особых реликвий, протоиерей Павел показал мне небольшую икону в скромном окладе святого Александра и великомученицы Параскевы (Пятницы).
- Ее появление в церкви, - сказал священник, - весьма примечательно. В двадцатые годы прошлого столетия одна жительница Нымме, проходя по лесу, нашла под одним из деревьев этот образ и принесла его в храм. Раньше такие иконы считали "явлеными". Вошла в историю церкви и икона "Всех скорбящих радость". Она висела в алтаре, около того самого окна, через которое в 1962 г. бросили бутылку с зажигательной смесью. Все, что было в алтаре, сгорело, но икона осталась невредимой. И еще об одной реликвии необходимо упомянуть. На западной стене, рядом с входной дверью висит черная гранитная плита с надписью: "Pohja-Laane armee/ vendadele/ kes on hukkunud/ isamaa Eesti 1919-1920" (Братьям Северо-Западной армии, погибшим за Эстонию). Эту памятную плиту сохранили члены небольшой местной общины казаков и несколько лет назад вернули в церковь.
Как ни странно, но никто не знает автора проекта храма А.Голубкова. Его нет в списках архитекторов, работавших в Эстонии в двадцатые годы прошлого века. Но он был! Нет сомнения, что вместе со всеми переживал трагедию великой страны, горькую участь воинов Северо-Западной армии Юденича, сражавшихся за свободу Эстонии... Нет сомнения и в том, что, создавая проект церкви в честь первого человека, отдавшего свою жизнь за идеи христианства, видел архитектор будущий храм стройным и легким, украшенным фресками и витражами, в надежде, что принесет он исстрадавшимся людям радость и успокоение.
- Каждый храм - памятник своему времени, подразумевает разговор с потомками, у которых есть возможность извлечь из послания предков посильный урок. И приступая к реставрации, - сказал в заключение отец Павел,- мы должны, обязаны восстановить облик церкви таким, каким видел его автор.
А мне вспомнились последние строчки ходивших перед войной по рукам стихов, в которых прощались со взорванным в 1930 году храмом Христа Спасителя в Москве:
Венчанных славою героев
Россия отдала векам.
Христу Спасителю построив
В сердцах нерукотворный храм.
PS. Номер расчетного счета прихода Иоанна-Предтеченской церкви: 221020284300 Hansapank.
Учись, художник, у него.
К.Бальмонт
Это было давно. Мы шли через поле, тропинка посреди только что скошенной травы уходила за бугор. Несмотря на ранний час, позади и впереди нас шли люди. Тропа вела к Храму! И не просто к Храму, а к такому, что влечет к себе всех, кто не потерял веру в прекрасное, которое если и не "спасет мир", то вселит в души радость и... надежду.
Храм вырастал из-за холма постепенно, от креста до небольшой возвышенности между старицей и тихой речкой Нерль, на которой поставили его люди более восьми веков назад, вложив в свое творение душу. Белокаменный стройный храм стоит уединенно среди лугов долины Клязьмы. В простоте его архитектуры совершенная гармония, ощущение невесомости и абсолютное понимание красоты, чистоты и возвышенной умиротворенности.
Почему вспомнил о далекой от наших мест церкви Покрова Богородицы на Владимирской земле?
Есть в Таллинне православная церковь Иоанна Предтечи. Небольшой деревянный храм с куполом на высоком барабане стоит привольно среди ныммеских сосен неподалеку от станции Хийу.
С настоятелем этой церкви отцом Павлом (Поповым) договорились встретиться во вторник Страстной недели. В тот апрельский день стояла удивительно теплая солнечная погода. Мы сидели на скамейке перед храмом, и отец Павел негромким голосом рассказывал об истории церкви, в которой служит уже тринадцать лет. Рассказывал о русских людях, оказавшихся после революции и гражданской войны на эстонской земле. Еще не устроив свою жизнь и не обретя собственного дома, они озаботились о душе, задумали и построили этот храм, которому в этом году восемьдесят лет. Средства собирали по подписке, получали пожертвования, устраивали благотворительные концерты. Человек широкой души, владелец всего Нымме барон Николай фон Глен безвозмездно передал в вечное пользование лютеранам, баптистам и православным земельные наделы по 1200 кв. сажен (это около половины гектара) каждому из приходов. Архитектор А.Голубков составил проект церкви и подарил его будущим прихожанам.
Строили из дерева с засыпными стенами из расчета лет на 20-25, не более. Думали - там, в России, перебесятся, и все вернется на круги своя. Не вернулось. 13 августа 1922 года заложили храм, а на следующую осень освятили его во имя Иоанна Крестителя. За восемь десятилетий, что прошли с тех пор, церковь и ее прихожане пережили и нелегкое эмигрантское время предвоенной поры, и немецкую оккупацию, и трудные советские годы, когда одна за другой закрывались православные церкви и когда дважды, в 1962 и 1972 годах храм поджигали. И только беззаветное служение двух его первых настоятелей помогло сохранить в Нымме этот оазис православия. Из 80 лет существования церкви с 1923 по 1960 год священником был отец Христофор, составивший подробную летопись храма; 30 лет, с 1960-го по 1990-й, служил здесь отец Корнилий (В.Якобс), нынешний митрополит Таллиннской и всея Эстонской Православной церкви Московского патриархата.
Автор проекта церкви Иоанна Предтечи архитектор А. Голубков.
В 1962 году какой-то воинствующий атеист разбил окно храма и бросил в алтарь бутылку с зажигательной смесью. Только случай (пожар заметили пассажиры проезжавшей мимо электрички) спас храм от полного уничтожения. Лучшего предлога для закрытия церкви нельзя было придумать, и только силой своей воли и глубокой убежденности в правоте христианских идеалов и необходимости их людям отец Корнилий смог добиться от советских властей не только сохранения прихода, но и восстановления после пожара здания церкви.
И все-таки 80 лет сделали свое дело. Деревянное здание, ослабленное двумя пожарами, обветшало до предела и уже давно требует полной реставрации. К счастью, наш храм включили в программу "Возрождения таллиннских церквей", составлен проект реставрации и выделены необходимые средства.
Удивительно, что в архиве церкви сохранился оригинал первоначального проекта, созданного в 1922 году архитектором А.Голубковым, и отец Павел показал мне рисунки фасадов храма с размашистой подписью - "Insener-Arch. A.Golubkov".
Глядя на стройный силуэт церкви с высокой круглой башней, увенчанной голубым куполом с крестом на золоченом шпиле, на полукружия закомар и портала с фресками на сюжеты жития Иоанна Крестителя, я невольно подумал, что в далеком 1922 году зодчего вдохновил храм Покрова на Нерли, поставленный князем Андреем Боголюбским в 1164 году в память о погибшем в войне с болгарами сыне Изяславе, храм, ставший своего рода символом древнерусской архитектуры.
- Конечно, - продолжал отец Павел, - выполнить в полном объеме задуманное архитектором в трудные 20-е годы прошлого века не было возможности. Не говоря уж о фресках и витражах, даже купол вынуждены были покрасить вместо небесно-голубой тускло-зеленой автомобильной, а само здание не белой, а дешевой половой краской. Сравнивая проект Голубкова с тем, что мы видим сегодня, хотелось бы в ходе реставрации не только восстановить радостный цвет здания, но и заполнить закомары фресками, а окна северного и южного фасадов витражами. Однако средства выделены только на общестроительные работы. Мне бы хотелось обратиться к прихожанам всех православных храмов Эстонии, и не только к прихожанам, а ко всем людям русской культуры с просьбой о пожертвовании по мере возможности на украшение нашей церкви, как исстари повелось в православном мире, как собирали в ХIХ веке на восстановление таллиннской Никольской церкви и на строительство собора Александра Невского.
Несмотря на скромные размеры и простоту церкви, к нам приезжают со всех районов Таллинна, включая Ласнамяэ, приезжают из Кейла и Палдиски, где нет православных храмов. Привлекает простор, ведь наша церковь, в отличие от всех храмов города, стоит свободно среди деревьев, а православный храм всегда просится на простор, на взгорье или широкую площадь, чтобы видно было издалека, чтобы создавал он настрой на встречу с прекрасным. И в Вербное воскресенье было столько народа, что лишь небольшую часть вместили стены церкви.
Есть храмы, где человека охватывает трепет от уходящих ввысь сводов, откуда льется чудесный и таинственный свет, от многоярусных иконостасов с темными ликами икон в резьбе и позолоте. Но есть храмы, в которых входящего охватывает умиротворяющий покой и ощущение душевной радости и чистоты, особой близости к Богу. Именно таков таллиннский храм Иоанна Предтечи. В небольшом пространстве уютной церкви душу охватывает невольное отдохновение. И хотя в церкви нет особых реликвий, протоиерей Павел показал мне небольшую икону в скромном окладе святого Александра и великомученицы Параскевы (Пятницы).
- Ее появление в церкви, - сказал священник, - весьма примечательно. В двадцатые годы прошлого столетия одна жительница Нымме, проходя по лесу, нашла под одним из деревьев этот образ и принесла его в храм. Раньше такие иконы считали "явлеными". Вошла в историю церкви и икона "Всех скорбящих радость". Она висела в алтаре, около того самого окна, через которое в 1962 г. бросили бутылку с зажигательной смесью. Все, что было в алтаре, сгорело, но икона осталась невредимой. И еще об одной реликвии необходимо упомянуть. На западной стене, рядом с входной дверью висит черная гранитная плита с надписью: "Pohja-Laane armee/ vendadele/ kes on hukkunud/ isamaa Eesti 1919-1920" (Братьям Северо-Западной армии, погибшим за Эстонию). Эту памятную плиту сохранили члены небольшой местной общины казаков и несколько лет назад вернули в церковь.
Как ни странно, но никто не знает автора проекта храма А.Голубкова. Его нет в списках архитекторов, работавших в Эстонии в двадцатые годы прошлого века. Но он был! Нет сомнения, что вместе со всеми переживал трагедию великой страны, горькую участь воинов Северо-Западной армии Юденича, сражавшихся за свободу Эстонии... Нет сомнения и в том, что, создавая проект церкви в честь первого человека, отдавшего свою жизнь за идеи христианства, видел архитектор будущий храм стройным и легким, украшенным фресками и витражами, в надежде, что принесет он исстрадавшимся людям радость и успокоение.
- Каждый храм - памятник своему времени, подразумевает разговор с потомками, у которых есть возможность извлечь из послания предков посильный урок. И приступая к реставрации, - сказал в заключение отец Павел,- мы должны, обязаны восстановить облик церкви таким, каким видел его автор.
А мне вспомнились последние строчки ходивших перед войной по рукам стихов, в которых прощались со взорванным в 1930 году храмом Христа Спасителя в Москве:
Венчанных славою героев
Россия отдала векам.
Христу Спасителю построив
В сердцах нерукотворный храм.
PS. Номер расчетного счета прихода Иоанна-Предтеченской церкви: 221020284300 Hansapank.
.jpeg)
