Всё стягивалось к смерти, к гибели, подмётные письма, дипломы рогоносца, всё заваривалось адски, и снег чернел.
Капли крови на истоптанном снегу, 29 января, Пушкин, несомый на плащах…
Что-то такое – точной картины не восстановить.
…сложно и долго ветвился «Евгений Онегин», втягивая в себя, собирая бесконечные подробности русской жизни; деревня, светский лоск, салоны, отчаяние и скука, скука, напластование всего, мир, возведённый в квадрат…
Писалось всё вперемешку: стихи, роман, пугачёвские войны, лавой огня и крови заливавшие огромные пространства…
Онтология отчаяния была знакома, отсюда и вырывалось:
Дар напрасный, дар случайный,
Жизнь, зачем ты мне дана?
Иль зачем судьбою тайной
Ты на казнь осуждена?
О смерти думал часто, будто чувствовал рядом с собой её дыханье, а вовсе не ангельские крылья:
Долго ль мне гулять на свете
То в коляске, то верхом,
То в кибитке, то в карете,
То в телеге, то пешком?
Жизнью упивался – до последнего мига: всем-всем, вплоть до предсмертной мочёной морошки, когда, казалось, боль уже должна убить…
…где-то разрывал пространство бушующий Годунов, изведённый собственным внутренним устройством, что показано было с шекспировским размахом, захлёстывающим сильнее, нежели страсть Дон Гуана, мечтавшего обо всех женщинах – возможно в едином воплощение.
Лилит бы подошла.
О смерти Пушкин думает постоянно, выхлёстывая без запинки:
И с отвращением читая жизнь мою,
Я трепещу и проклинаю,
И горько жалуюсь, и горько слезы лью,
Но строк печальных не смываю.
Нет, воспоминанья вовсе не богатство: когда они хороши, в них хочется вернуться, если худые – извергнуть, растерзать, но ничего не сделаешь, ничего…
Но здесь – такая жажда исправления, покаяния, возможно, что завораживает внутренняя мука, завораживает – сильнее, чем сострадание к смертельно раненому, знающему, что умрёт…
Всё уходит.
Зыбкие тени мерцают.
Знал чётко, черпая стоицизм знания в древнеримских литерах:
Нет, весь я не умру — душа в заветной лире
Мой прах переживет и тленья убежит —
И славен буду я, доколь в подлунном мире
Жив будет хоть один пиит.
Трагедия сопровождала его.
Избыточность жизни: гусарство и разврат, карты и золото, лафит и шампанское – манила так, что хотелось отменить физическую смерть, какие бы молитвы не слагали отцы пустынники и жёны непорочны…
Жаль не прочитать стихи запредельного, после смерти, Пушкина.
1. Предположение
Всё указывает на то, что масон Дантес был послан в Россию, чтобы спровоцировать Пушкина ревностью к жене и связанными с этим унижениями на дуэль, и убить его, отомстив… За что масоны хотели отомстить Пушкину? За что они отомстили Моцарту? Есть намеки на то, что Пушкин хранил тетрадь с подробным планом восстания его товарищей декабристов. Он увез ее с собой в Михайловское, а скорее всего показал царю, который и спас его, удалив из столицы. Без плана, действия бунтарей были не скоординированы, и в конце провалились. Вот за это мировая масонская сеть, начавшая свои „цветные революции“ по всему миру с „великой французской“, и отомстила Пушкину. Сегодня она на Украине кровью предателей украинцев в который раз пытается взять верх на Россией.