Пушкин, данный его благородной кистью, стал классическим изображением гения; Пушкин в исполнении О. Кипренского, сопровождал, было когда-то, с детства, бесконечно растиражированная картина не потеряла ни силы, ни достоверности…
…Кипренский был внебрачным сыном, и по документам записали его в семью крепостного.
Но он получил вольную – и в 1788 году был зачислен в Воспитательное училище при Петербургской Академии художеств под фамилией Кипренский.
Одним из его учителей был Левицкий: что не могло не сказаться на мировосприятие молодого художника.
Есть портрет, фиксирующий конкретику момента: вернее – моментов, в который писался, когда изображаемый служил моделью; но есть и более высокое портретное мастерство: когда сумма человеческих состояний как будто свёрнута бутоном в одном лице: и, внимательно вглядываясь, узнаешь столько о представленном вечности человеке.
Кипренский был мастером второго – люди, изображаемые им, словно повествовали о всех бурях и радостях, что выпали на их долю…
Вглядитесь в лицо Пушкина: огненно-африканское смешано, или совмещено с русским, задумчивым, спокойно-печальным; благоуханные гроздья поэзии точно наливаются в воздухе – проявленные, или готовые проявиться вот-вот.
Кипренский награждался медалями во время учёбы: он рано выступил, как созревший виртуоз, нашедший свою дорогу…
Росло ли портретное мастерство?
Ведь была Италия, где Кипренский прожил восемь лет, в Болонье он брал уроки перспективы у Анжело Тозелли, обогащая свои возможности.
Первый по времени русский портретист 19 века, художник был обласкан вниманием…
Тонкие черты лица В. Жуковского, вглядывающегося в перспективу; буйные волосы над ясным челом.
Лихой Денис Давыдов – чего в нём больше: гусарства, или поэзии?
Или – и то, и то, смешиваясь причудливо, и дало столь колоритный персонаж: истории, искусства, истории искусства…
А вот «Портрет молодого человека в шейном платке» - взгляд горит, но и наполнен страданием, глаза – очень живые, они искрятся и лучатся через века, и благородство черт словно подчёркивает необходимость оного качество в недрах бытования людского.
Есть и особое благородство, присущее работам Кипренского: словно только оно и способно возвеличивать человека, делать его достойным высокого имени.
«Читатели газет в Неаполе» - один заинтересован, другой задумчив, третий …возможно болтлив…
Кипренский оставил целую галерею портретов: разнообразных, насыщенных, свидетельствующих полновесно временам грядущим о временах ушедших.
