О двух Конституциях

Сравнение наших дней с эпохой Царя Иоанна Васильевича Грозного, конечно, возможно и продуктивно. Но есть историческая аналогия, к нам значительно более близкая, хотя по сути речь идет о том же. Можно сравнить нынешние вопросы обновления действующей Конституции Российской Федерации с подготовкой Конституции СССР 1936 года.

 

«Вся внутренняя история России есть по преимуществу – если не исключительно – история борьбы Монархии с правящим слоем, во имя подчинения этого слоя общенациональным или – если хотите – общенародным интересам».

И.Л.Солоневич.

 

Будем «догонять Америку»?

Продолжая обличать «феномен “православного сталинизма”», протоиерей Георгий Митрофанов недавно написал на небезызвестном сайте «правмир» (копия – «кредо.ру»), что «любой мало-мальски знающий историю человек понимает, что наиболее страшные репрессии происходили именно тогда, когда партийное руководство возглавил Сталин».

Действительно серьезное изучение нашей истории говорит о том, что именно потому, что И.В.Сталин в середине 30-х годов возглавлял страну, против его стремления сплотить народ перед нависшей угрозой войны, подвести черту под классовым разделением нации всенародными альтернативными выборами  на основании Конституции 1936 года, мягко завершив при этом революционную эпоху «диктатуры пролетариата», а заодно и диктатуры большевицкой партии, и восстали «пламенные революционеры», а ему пришлось отступить. Но Промысл Божий, слава Богу, оказался в конечном итоге не на их стороне.

Даже современные американские ученые-историки (изучая, в частности, наши архивные документы) уже пришли к выводу о том, что так называемый «большой террор»            1937-1938 годов был реакцией на эту сталинскую попытку – хотя «красный террор» 1918 и последующих лет был куда больше, но те, кто его тогда проводил, во многом оставались у власти и оставлять ее, как показали эти события, не собирались.

Исторический урок 1937 года учит нас еще и тому, что записать в Конституцию что-то хорошее и жить так – это не одно и то же.

                         

О кинодокументах

Подлинная история, как известно, изучается по документам.

Для восстановления правдивой картины прошлого через много лет после того, как оно закончилось, не может быть ничего лишнего – лишь бы оно пришло из того времени, из той жизни.

Художественные фильмы режиссера Григория Васильевича Александрова (1903-1983) «Веселые ребята» (1934), «Цирк» (1936) и «Волга-Волга» (1938) не могли не отразить того, что происходило тогда в стране. Особенно если учитывать то, что Сталин, можно сказать, лично руководил всем киноделом – от замысла, сценария до принятия или непринятия фильма к выходу на экраны. С некоторыми режиссерами он подробно обсуждал сценарии будущих фильмов. Так что эти фильмы вполне можно считать документами истории. Более того, они отразили суть происходившего. Ту суть, которую с такой тщательностью старались скрыть от истории подлинные, главные виновники трагедии, которая разыгралась в те годы в стране и которая так важна для понимания вчерашнего, а главное – нашего нынешнего дня.

 

          Сплочение народа

После прихода А.Гитлера к власти перед Сталиным вовсю встал вопрос об угрозе войны. Не о нападении на Германию, не о захвате Европы, не о мiровой революции – о смертельной угрозе для нашей страны.

Летом 1934 года на черноморской даче в разговоре со своими единомышленниками С.М.Кировым и А.А.Ждановым он говорил о том, что граница проходит всего в тридцати километрах от Ленинграда, что нужно строить школы, которые в случае войны можно будет использовать под госпиталя. Мы и сегодня можем видеть в старой Москве построенные в середине 30-х годов типовые школы из красного кирпича с большими окнами. В одной из них, ныне перестроенной, напротив Бутырской тюрьмы, довелось и мне учиться. О том разговоре поведал в своих воспоминаниях его очевидец, будущий зять Иосифа Виссарионовича Ю.А.Жданов. Сталин говорил о том, что нужно изменить преподавание отечественной истории в учебных заведениях – так, чтобы в ней не отрицались положительные («прогрессивные») явления, которые укрепляли державу, в том числе в деятельности наших царей. До этого русскому патриотизму, нашей державной традиции противостояла идея мiровой революции, лозунг «пролетарии всех стран, соединяйтесь!» Учащимся преподавалась «история классовой борьбы», господствовала «школа Покровского», «историка-марксиста», который смотрел на все наши исторические события с «последовательно классовых позиций» и видел в наших князьях и царях, начиная со святых Александра Невского и Димитрия Донского, лишь «феодалов», «эксплуататоров». Сталин отверг такой подход к истории. Он выступал за то, чтобы в истории знать не схемы, а факты. Как знал, что о нем тоже будут судить по фантастической схеме «культа личности», а не по живым фактам. Про схематиков сказал тогда со свойственным ему юмором, что для них история имеет всего три периода: матриархат, патриархат и секретариат. Был объявлен конкурс на новый учебник истории СССР с хорошей первой премией.  Помню, как мы с Еленой Сергеевной Булгаковой разбирали архив Михаила Афанасьевича, и я с удивлением увидел красную папку с надписью «История СССР». Писатель решил тогда участвовать в этом конкурсе и написал довольно большую часть истории своим прекрасным пером, но, как потом оказалось, увы, совершенно безбожную.

Предстояло преодолеть разделение народа на «белых» и «красных», на «бывших» и «нынешних», соединиться в единую силу, которая сможет одолеть лютого врага, открыто объявившего поход на Восток.  (Польша, кстати, уже тогда находилась к востоку от Третьего рейха, и Сталин тут ни при чем).

То есть это было началом решительного размежевания с троцкистами, большевиками-интернационалистами и перехода на патриотические позиции, – а  вовсе не с началом Великой Отечественной войны Сталин всё это «понял», как утверждают некоторые историки. Уже тогда осознавалась историческая связь со всеми защитниками Отечества прошлых веков, о чем ярко свидетельствовал кинофильм «Александр Невский» С.М.Эйзенштейна, который вышел на экраны в один год с «Волгой-Волгой», – а следовательно, связь со всей дореволюционной нашей историей.

Именно летнее решение 1934 года об отношении к нашему дореволюционному прошлому, тот пройденный рубеж сказался, возможно, уже через несколько месяцев на судьбе Кирова, убийство которого, как обмолвился позже в своей семье третий участник той встречи, А.А.Жданов, исходило от НКВД, возглавлявшегося Г.Г.Ягодой.

Этот поворот относился ко всему строю жизни страны, включая, разумеется, и отношение к вере и Церкви, о чем, например, свидетельствует то, что уже на следующий год были разрешены рождественские елки, до тех пор запрещенные как один из атрибутов праздника Рождества Христова. Правда, они были переименованы в «новогодние». А это уже, можно сказать, символ того двоевластия, в том числе в идеологии, которое в разной степени всегда оставалось (и остается) в стране и с которым Сталину всегда приходилось считаться – именно как прагматику, хотя он и выступал, с осторожностью, по сути, и против Маркса, и против Энгельса, и даже против Ленина, уже в 1917 году (против «права наций на самоопределение», а в 1922 году – против разделения единой страны на «союзные республики» с правом отделения). Сталин никогда не был всевластным самодержцем, никогда не делал всё так, как хотел, без оглядки на оппозицию. Когда партийная верхушка совместно с НКВД восстала в 1937 году против сталинской Конституции, это был, как заметили историки, рецидив гражданской войны новый, скрытый ее этап.

 

                      Пока главные архивы закрыты…

Есть существенная разница между мнениями историков, публицистов, наших современников, даже самых проницательных, о времени, в котором мы не жили, с одной стороны, – и документами той самой эпохи, которые просто не могут ошибаться, если они не подделаны нарочно.

В наших нынешних мнениях неизбежно присутствует наше мiровоззрение, и даже вовсе не наше, хотя и нам принадлежащее, но то наше представление о прошедшей исторической эпохе, тот ее образ, который был сформирован у нас со школьной скамьи, и достаточно жестко, и однозначно. Тот прежде всего политический, а не исторический даже стереотип, который был непререкаемо навязан нам в советскую эпоху, в годы тотальной идеологической однозначности – либо, как ни странно, в эпоху полной словесной вседозволенности, и вовсе не так уж далеко от прежнего ушедший: больше внешне с ним спорящий. Что же касается документа, то с ним не поспоришь – вот он, на ладони.

Правда, далеко не все документы сталинской эпохи, раскрывающие суть происходившего тогда, дошли до нас. Бывший народный комиссар земледелия, затем министр сельского хозяйства СССР Иван Александрович Бенедиктов (1902-1983) вспоминал:

«Компетентные люди говорили мне, что Хрущёв дал указание уничтожить ряд важных документов, относящихся к репрессиям 30-х и 40-х гг. В первую очередь он, конечно же, стремился скрыть свою причастность к беззакониям в Москве и на Украине, где, выслуживаясь перед Центром, погубил немало безвинных людей. Одновременно уничтожались и документы другого рода, документы, неопровержимо доказывавшие обоснованность репрессивных акций, предпринятых в конце 30-х годов против некоторых видных партийных и военных деятелей. Тактика понятная: выгородив себя, свалить всю вину за беззакония на Сталина и «сталинистов», со стороны которых Хрущёв усматривал основную угрозу своей власти».[1]

Сейчас же апологеты Хрущёва ухватятся за слова о том, что он, бедненький, вынужден был «выслуживаться перед Центром», значит перед Сталиным, потому и творил свои кровавые дела. Но участник тех событий Бенедиктов далее вспоминает:

«По вопросам, касавшимся судеб обвиненных во вредительстве людей, Сталин в тогдашнем Политбюро слыл либералом. Как правило, он становился на сторону обвиняемых и добивался их оправдания, хотя, конечно, были и исключения. Обо всем этом очень хорошо написал в своих мемуарах бывший первый секретарь Сталинградского обкома партии Чуянов. Да и сам я несколько раз был свидетелем стычек Сталина с Кагановичем и Андреевым, считавшимися в этом вопросе «ястребами». Смысл сталинских реплик сводился к тому, что даже с врагами народа надо бороться на почве законности, не сходя с нее…

Троцкий с его выдающимися организаторскими способностями и талантом конспиратора умудрялся поддерживать, находясь в эмиграции, регулярные связи с недовольными внутри страны…

Сталин, несомненно, знал о произволе и беззакониях, допущенных в ходе репрессий, переживал это и принимал конкретные меры к выправлению допущенных перегибов, освобождению из заключения честных людей…

Насчет же «борьбы за власть», устранения «конкурентов», это, извините, досужие вымыслы…

Деспотизм и властолюбие никакого отношения к репрессиям не имели, по крайней мере, со стороны Сталина – о его окружении же разговор особый…

Я десятки раз встречался и беседовал со Сталиным, видел, как он решает вопросы, как относится к людям, как раздумывает,  колеблется,  ищет выходы из сложнейших ситуаций. Могу сказать совершенно определенно: не мог он, живший высшими интересами партии и страны, сознательно вредить им, устраняя как потенциальных конкурентов талантливых людей.  Люди, с ученым видом знатоков изрекающие подобные глупости, просто не знают подлинной обстановки, того, как делались дела в руководстве страны».[2]

Документы того времени не только уничтожались, но и подделывались. Тем важнее нам документы, в подлинности которых сомнений быть не может. 

Пожелтевшая старая газета,  кинофильм, снятый в давние годы, – это безпристрастные исторические свидетели. Их невозможно подделать. Они никак не могут вобрать в себя мнение последующих лет, ни одной их мысли, ни одной детали – ничего из того, что появилось хоть на минуту после изготовления тиража газеты, выхода фильма на экраны. Самое большее, что можно с ними сделать, если не уничтожить, – что-то вырезать из них. Из «Волги-Волги» в 1961 году было вырезано два фрагмента, в наше время восстановленных. Но дух фильма вырезать невозможно.

Это были кинокартины высокого художественного уровня, они стали кинематографической классикой, отнюдь не забылись за прошедшие десятилетия, их с удовольствием смотрят и сегодня, будут смотреть и завтра.

Помнится, еще в отрочестве, когда в темном кинозале мы смотрели  фильмы 30-х годов, притягивала их историческая тайна: там всё другое!.. Другие плакаты, автомобили, другие прически, другая одежда… По-другому звучит звук, буквы чуть дрожат… По-другому выглядит даже то, что видим мы и сегодня, – а тогда здесь же жили, ходили, пели, улыбались совсем другие люди, и некоторые из них и сегодня живы, но тогда они были совсем молодыми!..

В одном из эпизодов фильма «Цирк» мы видим и сегодня Красную площадь, снятую с только что построенной гостиницы «Москва», – не только с идущими по этой площади не спеша, как ни в чем не бывало, трамваями, но даже и с двуглавыми орлами на кремлевских башнях. Никуда не денешься, документ: звезды появились лишь в следующем, 1937 году (да так и остались до сих пор, словно были на них всегда).

Как странно было: в «Волге-Волге» дни недели назывались первым, вторым и так далее днями «шестидневки» (скоро, в 1940 году, на место этого безбожного календаря вновь вернется дореволюционный, с семидневной неделей). Зато главная героиня фильма именовалась русским словом «письмоносец», а не «почтальон»…

Те фильмы являются документами истории еще и потому, что они говорят нам об их зрителях – о том, на что смотрели люди того времени, чему сопереживали, каким героям подражали, чему у них учились,  над чем смеялись… Они повлияли на их мiровоззрение, вошли в их судьбу.

Короче говоря, фильмы вобрали в себя время: мысли, чувства, обычаи, моды, атмосферу жизни, дух своего времени, – даже если создавались с сугубо пропагандистской целью. Но и цель эта есть тоже важнейшая часть того времени.

Особенно всё это относится к кинофильму «Волга-Волга», который снимался в 1937 году, – в то время, о котором идут жаркие споры и на которое посмотреть непредвзято, постараться разобраться во всей сложности того, что тогда происходило в стране, нам сегодня очень важно. Слишком многое в нем до сих пор зашифровано – и злободневно для дня сегодняшнего.

 

 «Он любил кино неописуемо»

В сталинские годы кино создавалось под строгим государственным контролем. Кино играло огромную общественную роль. Наш народ очень любил кино. Телевидения еще не было, кинофильмы смотрели все, даже там, куда еще не дошло электричество: запускали движки, и они тарахтели, нисколько не отвлекая от экрана не замечавших их зрителей. Понравившиеся ленты люди смотрели десятки раз. Наш прекрасный, доверчивый народ воспринимал это новшество очень непосредственно, верил экрану, как живой жизни, даже больше. То, что говорилось с экрана, никто бы так убедительно не донес до простого человека, как обаятельный, близкий ему всем своим обликом народный артист (недаром это было высшее актерское звание в СССР), который в восприятии простого зрителя сливался с его героем.

Так относился к кино и сам Сталин.

Дмитрий Трофимович Шепилов (1905-1995), который работал вместе с ним над учебником политэкономии, был главным редактором главной газеты страны «Правда», членом-корреспондентом АН СССР, министром иностранных дел СССР, вспоминал:

«Подлинной страстью Сталина было кино. Он любил кино неописуемо. Понравившуюся ему картину он мог смотреть безчисленное количество раз. И он постоянно приглашал на просмотр своих любимых фильмов не только других членов Политбюро, но и приезжающих советских дипломатов, и лидеров коммунистических партий других стран, и иностранных общественных и политических деятелей, которые попадали к нему на прием и которым он хотел выразить свое благорасположение».

Сталин отдыхал в кино после напряженной работы. По воспоминаниям современников, он был непосредственным кинозрителем, любил музыкальные, веселые фильмы. После просмотра «Веселых ребят», которые, как и «Чапаев», лишь благодаря его одобрению были выпущены на экраны (другие руководители страны были против «этой фильмы», как тогда говорили), Иосиф Виссарионович сказал: «Как будто месяц пробыл в отпуске».

В «Веселых ребятах» мы видим тему, которая будет потом развита еще острее в «Волге-Волге», – о талантах нашего простого народа:

«– Мы думали, что вы – музыкант. А вы – пастух!

– Сегодня – пастух, а завтра – музыкант». 

Уже в 20-е годы для Сталина была важна тема примирения, единения «белых» и «красных» на патриотической основе в его любимом мхатовском спектакле «Дни Турбиных» по пьесе М.А.Булгакова, на который он, как известно, много раз ходил сам, а однажды сводил родного сына Василия и приемного Артёма.

«Сталин спросил мальчиков: “О чем, по-вашему, этот спектакль?” Они быстро ответили: “Там белые, враги”. Сталина ответ не удовлетворил, он объяснил: “Там не все белые, не все враги. Вообще люди разные, среди них мало совсем белых и совсем красных. Одни полностью белые, другие – на десятую часть или четверть. У красных тоже так. Всё поведение людей зависит от их руководителей”»[3].

 

«За столом никто у нас не лишний…»

Идея кинофильма «Цирк» – остро политическая, антирасистская, антинацистская, идея равенства всех людей мiра, независимо от цвета кожи и национальности. В знаменитой «Песне о Родине» И.О.Дунаевского и В.И.Лебедева-Кумача, написанной к этому фильму, с ее припевом «Широка страна моя родная…», были слова:

                        

Нет у нас ни черных, ни цветных…

 

Идея эта особенно доходчиво доносилась через ребенка-негритенка, мать которого была вынуждена бежать из США, где расисты преследовали ее за то, что она, белокожая, родила «черного» сына. А здесь, у нас, и ей, и этому мальчику все рады.

Мне довелось встречать самого маленького участника этого фильма, когда он уже был взрослым. Джим Паттерсон после Рижского Нахимовского училища  учился в Высшем военно-морском училище подводного плавания, стал старшим лейтенантом Советской армии, членом Союза писателей СССР, выпустил несколько сборников стихов.

Фильм в те предвоенные годы призывал к единению всех народов – не только земли, но и советских народов, которым в случае войны предстояло вместе сражаться против общего врага. И потому колыбельную чернокожему мальчику поет то русская женщина, то украинец («Сон приходит на пориг…»), то грузин:

 

Сто путей, сто дорог

Для тебя открыты…

 

При этом фильм с совершенно неожиданной стороны подходил к важнейшей сталинской идее, заложенной в новой Конституции, – о равенстве еще и социальном всех граждан страны, о том, что в СССР больше не будет «людей второго сорта». Моего отца, например, в 1929 году не брали учиться в институт из-за «непролетарского происхождения».

В той же песне «Широка страна моя родная…» были и такие слова – об этой Конституции:

 

За столом никто у нас не лишний,

По заслугам каждый награжден.

Золотыми буквами мы пишем

Всенародный Сталинский Закон.

 

Этих слов величие и славу

Никакие годы не сотрут:

Человек всегда имеет право

На ученье, отдых и на труд.

 

Идеи фильма доносили до зрителя яркие образы, жизненные ситуации, которым невозможно было не сопереживать, музыка, песня, смех…

Как ни странно, в детстве, с восторгом воспринимая песни Дунаевского, фильмы Александрова, которые выискивал по всей Москве, и полюбив то время, я воспринял не ложь, а именно правду о нем – его пафос, его оптимизм, стремление к добру, которыми люди тогда действительно жили.

Наши старые советские кинофильмы, над которыми так любят иронизировать либералы – мол, они были лживыми, лакировочными, создавались только для того, чтобы закрыть от народа правду происходившего на самом деле (то есть репрессии, что же еще тогда было?) Однако народ до сих пор почему-то любит их смотреть. Почему это? Потому что народ такой – неглубокий, наивный, в искусстве не разбирается?

Потому что фильмы эти были добрыми, теплыми, чистыми, близкими народу своими идеями, своими героями, которых играли обаятельные, красивые, не похожие друга на друга актеры. Красивые не рекламной красотой, а прежде всего своей человечностью. Там всегда были положительные герои, хорошие люди, на которых приятно было смотреть и которых хотелось слушать, которым хотелось подражать. Но были и отрицательные – причем, не такие обаятельные, как в позднесоветское время… Там было самое главное: различие добра и зла. 

А в нынешние безцензурные десятилетия с их «неограниченными творческими возможностями» «свободомыслящая творческая интеллигенция» получила возможность говорить «всю правду» о жизни, чего она давно жаждала, без всяких идеологических кандалов, которые она так ненавидела, – пожалуйста, хоть с любой матерщиной и похабщиной, с любой русофобией и любым презрением к «быдлу», с любой антисоветчиной – всё пойдет, это же «правда» – и что же? И вот главного-то и нет – понятия о добре и зле нет! И нет великих актеров, режиссеров, писателей. Искусства – нет. И кому всё это, для чего?

Надо отдать должное советской власти. Демагогия – демагогией, но в то время простой народ действительно получил возможность иметь высшее образование. Это, да и многое другое не осталось только на бумаге. И народ воспринимал во многом ту власть как свою. Что было еще одной причиной, почему он героически сражался за Родину, за Сталина.

Имевшие место тогда репрессии не должны перекрывать для нас объективную картину той жизни. Они не могут быть решающей характеристикой той эпохи, как это стало, к сожалению, расхожим штампом в последнее время. Сами репрессии происходили по разным причинам в разные годы и были разнонаправленными. Об этом подробно писал, например, В.В.Кожинов в книге «Правда сталинских репрессий»[4].

 

 «Волга – русская река…»

Само название фильма наводило на размышления.

 

Волга, Волга, мать родная,

              Волга – русская река!..

 

Вот откуда было его название – из этой великой дореволюционной русской песни! Вот о чем он…

Какая глубина кадра! Какие удивительные массовки! Прямо с этого начинается фильм – самый первый кадр: широкая река, на первом плане – паром, а вдалеке – второй берег, и на том берегу – множество людей. Русский народ – главный герой фильма.

Сначала думал, что его создатели просто уловили тогда, «куда ветер дует» (но и это важно – куда он дул: в русскую сторону). А потом выяснилось, что идею фильму дал сам Сталин в 1936 году.

 Его сюжетную линию, как вспоминала Любовь Петровна Орлова (1902-1975), исполнительница главной роли, Александрову подсказал случай из жизни. «Сказали, что где-то под Москвой есть одаренная девушка, трактористка и певунья, звезда местной самодеятельности. Г.В. нашел ее. Девушка и впрямь оказалась талантливой и хотела попробовать свои силы в кино, но вот директор МТС не отпустил ее в Москву. Сказал, пусть лучше работает на тракторе, это важнее. Г.В. расстроился, но задумался на тему бюрократов и самодуров. Тот директор стал прообразом Бывалова»[5]

 «Волга-Волга» полностью и точно отразила мiровоззрение Сталина как руководителя страны. Недаром фильм ему так нравился и недаром он подарил его копию в 1942 году президенту США Ф.Рузвельту. Это был, можно сказать, его политический манифест.

Река Волга – символ неизсякаемой мощи русского народа, неостановимого векового течения народной жизни.

Идея фильма проста. Бюрократическая каста, чуждая русскому народу, которая однако имеет над ним власть и только об этой власти и печется, не верит в творческие силы народа, а то и боится их.

Фильм ставил своей задачей вдохнуть в наш народ веру в себя, в свои таланты, в свои несметные созидательные возможности – и высмеять бюрократическую (читай – партийную) «проклятую касту» (как Сталин говорил), сдерживающую народные силы.

Приближалась война, а в ней предстояло всецело опираться на народ, на его силу и стремление жертвенно защищать свою Родину.

В 1936 году, когда началась работа над сценарием фильма, за границей вышла книга Л.Д.Троцкого с многозначительным названием

«Преданная революция». Ее автор был прав: действительно, в стране происходил поворот с революционного на традиционный русский путь.

Согласно сталинской Конституции, у нас не должно было быть «лишенцев» – категорий граждан, лишенных избирательных и иных гражданских прав. Народ сам должен был выдвигать своих кандидатов и выбирать из трех, вносимых в бюллетени, одного.

1 марта 1936 года Сталин сказал в интервью американскому газетчику Уилсону Говарду:

«Избирательные списки на выборах будет выставлять не только коммунистическая партия, но и всевозможные безпартийные общественные организации… Я предвижу весьма оживленную избирательную борьбу. У нас немало учреждений, которые работают плохо… Построил ли ты или не построил хорошую школу? Улучшил ли ты жилищные условия? Не бюрократ ли ты? Помог ли ты сделать наш труд более эффективным, нашу жизнь более культурной? Таковы будут критерии, с которыми миллионы избирателей будут подходить к кандидатам, отбрасывая негодных, вычеркивая их из списков,  выдвигая лучших и выставляя их кандидатуры… Всеобщие, равные, прямые и тайные выборы в СССР будут хлыстом в руках населения против плохо работающих органов власти. Наша новая советская конституция будет, по-моему, самой демократической конституцией из всех существующих в мiре»[6].

25 ноября того же года на Чрезвычайном VIII Всесоюзном съезде Советов в докладе «О проекте Конституции Союза ССР» Сталин сказал:

 «Наконец, еще одна поправка, имеющая более или менее существенный характер. Я говорю о поправке к 135-й статье проекта Конституции. Она предлагает лишить избирательных прав служителей культа, бывших белогвардейцев, всех бывших людей и лиц, не занимающихся общеполезным трудом, или же, во всяком случае, ограничить избирательные права лиц этой категории, дав им только право избирать, но не быть избранными. Я думаю, что эта поправка также должна быть отвергнута. Советская власть лишила избирательных прав нетрудовые и эксплуататорские элементы не на веки вечные, а временно, до известного периода. Было время, когда эти элементы вели открытую войну против народа и противодействовали советским законам. Советский закон о лишении их избирательного права был ответом Советской власти на это противодействие. С тех пор прошло немало времени. За истекший период мы добились того, что эксплуататорские классы уничтожены, а Советская власть превратилась в непобедимую силу. Не пришло ли время пересмотреть этот закон? Я думаю, что пришло время. Говорят, что это опасно, так как могут пролезть в верховные органы страны враждебные Советской власти элементы, кое-кто из бывших белогвардейцев, кулаков, попов и т.д. Но чего тут собственно бояться? Волков бояться – в лес не ходить. Во-первых, не все бывшие кулаки, белогвардейцы или попы враждебны Советской власти. Во-вторых, если народ кой-где и изберет враждебных людей, то это будет означать, что наша агитационная работа поставлена из рук вон плохо и мы вполне заслужили такой позор, если же наша агитационная работа будет идти по-большевистски, то народ не пропустит враждебных людей в свои верховные органы. Значит надо работать, а не хныкать, надо работать, а не дожидаться того, что всё будет предоставлено в готовом виде в порядке административных распоряжений».

Суть реформы Сталина на основе Конституции 1936 года была в опоре на народ, в том, чтобы перекинуть мост к нему через голову «новых бояр» («Первую пятилетку они мне провалили»; «Кадры решают всё»). Он искал демократические пути к своему идеалу государства – народной империи.

Понятно, что власть, прежде всего первые секретари обкомов ВКП(б), забезпокоилась: их могли просто-напросто «прокатить» на выборах. Противники этой «контрреволюции сверху» говорили даже: «Эдак в Верховном Совете будут одни попы!»

 

        «Демоны революции»

Образ местного руководителя Ивана Ивановича Бывалова (и «бывалый», мол, и уходящий, становящийся бывшим) – это образ того начальника-большевика, которому нет дела до народа, до страны, главное – сделать карьеру, подняться «наверх».

Бывалову категорически не нравится русское искусство, народное творчество, он согласен на что угодно другое, пусть хоть Вагнер и Шуберт, в которых он, что называется, ни уха ни рыла.

Когда героиня фильма Стрелка, сделав из колосьев пшеницы «усы», отплясывает лезгинку, мы видим прозрачный намек на борьбу с этим типом руководителей главного грузина страны.

Орлова вспоминала:

«”Волга-Волга” стала любимой картиной Сталина. Он смотрел ее много раз, знал практически наизусть. Смотрели мы ее и вдвоем два или три раза. Особенно веселила Сталина сцена, в которой я танцевала лезгинку с зажатыми под носом колосьями, заменявшими мне усы.

– Похоже, но не совсем, – говорил Сталин.

Однажды Он даже показал мне, как надо танцевать лезгинку. Встал, раскинул руки и с неожиданной легкостью, словно было ему двадцать лет, сделал круг танца.

– Без кинжала на поясе не танцуется, – сказал он, когда я закончила аплодировать. – И сапоги нужны другие…

Должна сказать, что танец, исполненный Сталиным без кинжала и в обычных сапогах, произвел на меня сильное впечатление. Как актриса, я в первую очередь оценила легкость и грациозность движений, мастерство танцора. Захотелось станцевать вместе с Ним по-настоящему, под музыку, в зале…»[7]

Казалось бы, невероятно, – если исходить из обычного плоского восприятия той эпохи, – но в фильме даже говорится о демонизме власти большевиков-троцкистов.

Дуня (Стрелка), защищая народные таланты, говорит Бывалову:

«– А Мишка-резчик? Он всего «Демона» наизусть говорит! Подержите велосипед.

              Я тот, – говорит, – кого никто не любит,

              И всё, – говорит, – живущее клянет.

              Я тот, – говорит, – который всё погубит…»

Бывалов эти слова из лермонтовского «Демона» справедливо принимает на свой счет и возмущается:

«– Вы меня не агитируйте! Возьмите ваш велосипед. Я на улице заниматься самокритикой не позволю!

– Да это же демон так говорит! – возражает Стрелка.

– Какие здесь могут быть демоны?..»

В комическом исполнении великих артистов мы не замечали всей серьезности этого диалога о «демонах революции», готовых, действительно, ради своей власти всё погубить. Да мы и не ждали такого содержания от этого «сталинского» фильма.

 

https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/b/b1/%D0%92%D0%BE%D0%BB%D0%B3%D0%B0-%D0%92%D0%BE%D0%BB%D0%B3%D0%B0-%D0%BA%D0%B0%D0%B4%D1%80-2.jpg

 

Кто был прототипом Бывалова?

Образ Бывалова был создан Народным артистом СССР, Героем социалистического труда, лауреатом Сталинской премии первой степени (как и Орлова) Игорем Владимировичем Ильинским (1901-1987).

Этот образ никого не напоминает нам из реальных деятелей того времени – даже внешне? Вспомним Никиту Сергеевича Хрущёва, который в 1935-1938 годах был первым секретарем Московского городского и областного комитетов ВКП(б). Нет ли между ними даже и некоторого внешнего сходства? А произношение героем Ильинского «Шульберт» не напоминает ли нам знакомое с детства звучание слова «коммунизьм» в устах Первого секретаря ЦК КПСС? Отношение к талантам – расправу с Б.Л.Пастернаком в 1957 году за опубликование романа «Доктор Живаго» на Западе, «встречу руководителей партии и правительства с деятелями литературы и искусства» 1963 года, на которой Бывалов… простите, Хрущёв учил наших ведущих писателей, поэтов, композиторов, художников, как им творить.

Бывалов мечтает об одном: «В Москву!» – на руководящую должность, конечно. Именно тогда до Москвы дорвался и совершенно необразованный троцкист Хрущёв – выдвиженец Л.М.Кагановича.

Говорят: Сталин, мол, не разглядел Хрущёва.

Это Сталин-то не разглядел? Который разглядел, а некоторых сразу поставил управлять наркоматами, когда им было немногим за тридцать, целую плеяду руководителей: Косыгин, Вознесенский, Пронин, Бенедиктов, Байбаков, Громыко, Устинов, авиаконструктор Яковлев… Не болтуны и крикуны нужны были стране, а специалисты своего дела с высшим образованием, проявившие себя на производстве. Те задачи, которые стояли перед страной, выполнить можно было только руками руководителей-созидателей, талантливых, деятельных, горящих любовью к Родине, к нашему народу.

Так почему же Сталин столько лет терпел на высших должностях Хрущёва, человека совершенно другого типа? Значит, ошибся?

Нет, значит, не всё было в его власти.

 

 «Ваше слово, товарищ маузер!»

В 1937 году у власти в стране оставались бывшие революционеры, которые за эти два десятилетия вросли в свои привилегии, привыкли к своему особому положению, которому так помогала революционная риторика и «революционное право». И когда их власть в тот год оказалась под вопросом, они прибегли к тому языку, на котором и привыкли смолоду разговаривать – к языку насилия. Если «бывшие», которых не добили в 1918 году, могут получить право быть избранными во власть, значит, нужно их «ликвидировать».

И полилась кровь.

Вот – истинная причина расстрелов духовенства и верующего народа, всего «контрреволюционного элемента» в 1937 году. Ясно, что верующий народ не выбрал бы во власть большевиков-безбожников. А только назвавших себя верующими у нас, как показала перепись 1937 года, была почти половина. (Для такого зондажа, вероятно, и проводилась).

Вот почему у наших новомучеников две основные даты гибели: 1918 и 1937.

Мораль у революционеров была проста: ради своей цели, ради «идеи» можно пойти на всё.

Мы знаем, как диавол умеет обманывать человека, тем более неверующего, не молящегося. «Вы применяете насилие ради свободы, вы убиваете ради жизни, вы несете кровь и горе ради счастья народа, вы лжете ради правды», – внушал им лукавый, и они шли даже не на преступления, по их понятиям («Что переступать? Нигилизм! Одну революцию признаём!») – шли  на прямое беззаконие, посчитав себя самыми «прогрессивными» и «демократичными» в истории человечества.

Но кончилось это, разумеется, не так, как они думали – вернее, не так, как им внушил лукавый. Жизнь устроена по правде Христовой, а не какой-либо другой, какой бы она «передовой» ни представлялась. Взявшие меч, мечом погибнут (Мф. 26, 52). И они, развязавшие антисталинские репрессии, сами во многом стали жертвами репрессий.

Точно так же и в революционную смуту 1990-х годов к власти пришли наследники революционеров – «демократы», под яростно-антикоммунистическими лозунгами. Но суть была той же, революционной: «Было ваше – стало наше. Кому повезло, тот и прав. Кто успел – тот взял, и сколько сам захотел. Не успел, не схватил – это ваши проблемы». Воровство, спекуляция, грабеж – эти слова отменяются, есть одно слово: «успех», как раньше было: «экспроприация». Вот и вся «революционная мораль». Принцип социальной справедливости отбрасывается, отменяется как «советский» (хотя это заповедь апостольская: Если кто не хочет трудиться, тот и не ешь; 2 Фес. 3, 10), и даже «хуже»: как «сталинский» (вот, может, главная, подлинная причина яростной ненависти к Сталину – с самого начала, ведь и Хрущёв, придя к власти – именно, может, по этой причине и пришел, с этим «лозунгом» – первым делом восстановил «конверты» и прочие привилегии для партийного начальства).

В сталинское время было формальное неравенство, строились лучшие, «сталинские» дома для новой, советской элиты, но по реальным заслугам и согласно ответственности: для тех, кто вносил реальный вклад в укрепление державы.

И как теперь вернуть справедливый порядок в общество? Они опять не захотят отдавать ничего из того, к чему привыкли, во что поверили как в нечто «законное» и «справедливое» – «успешное»?

Видимо, есть только один безкровный путь: создание в стране высоконравственной духовной атмосферы, возвращение подлинных, христианских ценностей, которыми бы руководствовалась вся страна, начиная с первых лиц, стоящих у руля государства. Возвращение принципов социальной справедливости, добра и правды, целомудрия и безкорыстия,  веры и чести как важнейших основ жизни общества. И одним из важнейших путей в направлении к этой цели было бы восстановление исторической правды о подлинных целях и принципах сталинской политики.

 

          «Все, взявшие меч, мечом погибнут»

С одной стороны, в 1937 году готовился заговор со смещением и уничтожением Сталина. Его, как «предателя революции», здешние троцкисты вполне могли объявить врагом народа, пособником кулаков, попов, бывших белогвардейцев, короче контрреволюционером. Кем он, по сути, и был. Мешал только его огромный авторитет в народе. Народ-то его разглядел.

С другой стороны, они начали борьбу с этим самым народом.

В ходе всей этой борьбы Сталину пришлось отчасти отступить, отчасти использовать эту борьбу против настоящих врагов народа – в том числе и их же руками.

Он не «сливал» народ. Он вынужденно отступил. Как отступил под Москвой М.И.Кутузов, чтобы выиграть войну.

Задача, которую он ставил, не смогла осуществиться «парламентским путем». Уж слишком «непарламентским» путем власть в стране захватили и удерживали «пламенные революционеры». Под их давлением альтернативные выборы пришлось отменить. Нужна была жертва. Эту жертву принесли новомученики, против которых направили острие своих репрессий безбожники. И репрессии стали поворачиваться против них самих – ибо Бог поругаем не бывает. Не без Промысла Божия карательная машина большевиков стала работать и против самих террористов. По слову Спасителя: Все, взявшие меч, мечом погибнут (Мф. 26, 52). Сбылось предсказание св. прав. Алексия Мечёва, который говорил: «Придет время, Господь пошлет людей, и большевики будут падать, как мачтовый лес».

Надо ли говорить, насколько это поучительные события нашей истории. Только нужно знать о них так, как они происходили на самом деле. Это не просто. За правду истории идет сражение – не менее острое, чем происходит постоянно в самой жизни, на глазах уходящей в историю.

 

Волга – пояс Богородицы ХХ века

В фильме «Волга-Волга» один из куплетов песни о Волге торжественно поют военные моряки, проплывая по ней на своем корабле:

 

                         Пусть враги, как голодные волки

                         У границ оставляют следы.

                         Не видать ими красавицы Волги

                         И не пить им из Волги воды!

 

А ведь, действительно, всего через четыре года после выхода фильма на экраны мы остановили наших лютых врагов на Волге – в Сталинграде! Здесь, на Волге, где была Казанская икона Божией Матери, решилась судьба Отечества. И путь к этой победе на великой русской реке, которая совершилась под Покровом Царицы Небесной, секрет этой победы – несметная сила великого народа, уходящая корнями в его историю, его вера, его воля, воедино собравшаяся, слившаяся с волей, с разумом, верой Богом данного ему вождя (добровольная и точная формулировка наших высших церковных иерархов того времени), – были ясно указаны в замечательно добром и светлом фильме с песенным названием «Волга-Волга».

Показывайте, дорогие родители, и этот, и другие фильмы того времени своим детям. Любого возраста, не бойтесь: там всё совершенно чисто! Пусть они учат наших детей быть добрыми и честными, любить свою Родину, почитать ее народ, знать и ценить ее высокую и прекрасную историю.

 

[1] Бенедиктов И.А. О Сталине и Хрущёве.//Иван Бенедиктов, Алексей Рыбин. Рядом со Сталиным. М.: Алгоритм. 2010. С. 151-152.

[2] Там же, с. 157-158, 162, 168, 172, 173 .

[3] Цит. по: С. и Е. Рыбас. Сталин. Судьба и стратегия. М., 2007. Т.1, с.514.

 

[4] Кожинов В.В. Правда сталинских репрессий. М.: Алгоритм. 2006. 444 стр.

[5] Орлова Л.П. О Сталине с любовью. Светлый путь. М.: «Яуза-пресс». 2017. С. 67.

 

[6]  Цит. по: Ю.Жуков. Иной Сталин. М., 2010. Сс. 207-208.  

[7] Орлова Л.П. Там же. Сс. 147-148.

Загрузка...

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.
Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий

2. Далеко не всё сказано

Спасибо большое, отец Николай! Очень интересная информация. Конечно, к этому вопросу надо подходить, не забывая заповедь о неосуждении и радоваться тому хорошему, что сделал за свою жизнь тот или иной человек. Однако, далеко не всё сказано. Отец Николай, как бы Вы прокомментировали "ленинградское дело", в котором было репрессировано чуть ли не 2000 человек, расстрелян упоминавшийся здесь Вознесенский и другие?

Здравый / 19.02.2020

1. ЗАКОНЫ БОЖИИ - ОСНОВА КОНСТИТУЦИИ...

Историю можно толковать как угодно... "А что скажет история? - История? История, как всегда, солжет!" *. А вот абсолютные, неизменные Законы Божии отменить не может никто - изучать историю /как государства, так и личности/ и надо на основе многобразия, многосвязности, динамичности этих Законов... * Но это трудно... * Иначе это бесконечные шоу, когда правыми /точнее, без оценок по объективным критериям/ оказываются взаимоисключающие противоположные утвержднения... "Словами своими мы заболтаем их". * Ну, и что это за конституция, если она основана на человеческих "законах" дьявола? * Жизнь...

Сант / 18.02.2020
Николай Булгаков:
Как простить?
Слово в канун Прощеного воскресенья
29.02.2020
О теории «культа личности»
Протоиерей Николай Булгаков считает неосновательным мнение, что Сталин якобы не имеет отношения к Победе в Великой Отечественной войне
15.05.2019
«Душа слышит свет...»
Н.В.Гоголь про нас. Часть 2
01.04.2019
Все статьи автора
"Сталин"
Прощание с эпохой
Сталин давно почил, но его дела вызывают до сих пор панический страх у засевших в России коллаборационистов
09.04.2020
Без Сталина национализация может быть во вред
Есть опасения, что жульё попытается взять под контроль национализированные предприятия
06.04.2020
«Прелюдия холодной войны»
Загадка смерти американского президента Франклина Рузвельта
26.03.2020
Европейский Содом получает по заслугам
Западный мир, подчинивший себе планету, получает очередной вразумляющий урок
25.03.2020
Все статьи темы
Последние комментарии
Остановить развал России
Новый комментарий от Советский недобиток
2020-04-09 20:11
Россия действует так, как будто страдает аутизмом
Новый комментарий от Русский Иван
2020-04-09 20:05
Когда же поумнеют «красные патриоты»?
Новый комментарий от Русский Иван
2020-04-09 19:59
Репетиция отступничества?
Новый комментарий от Алина
2020-04-09 19:48
Первородный грех
Новый комментарий от vera
2020-04-09 19:22
Сим победишь!
Новый комментарий от Коротков А. В.
2020-04-09 17:58