Филер - (франц. fileur) в Энциклопедическом словаре - сыщик, 'шпик'; в России кон. 19 - нач. 20 вв. название агента Охранного отделения, который вел слежку ('наружное наблюдение') за подозреваемыми в революционной или оппозиционной деятельности.
Так уж повелось в России, что общество недолюбливает тех, кто призван охранять его покой. Больше, пожалуй, всех доставалось как раз тем, кого обыватели меньше всего видели, о ком практически ничего не знают. С подачи пришедших к власти в октябре 1917-го профессиональных революционеров: бывших политкаторжан и подпольщиков, в полиции царской России не было никого хуже, чем филёр, шпик, сыщик, ищейка, хвост или соглядатай, как называли сотрудников наружного наблюдения.
«Летучий отряд» особого назначения
С позиций сегодняшнего дня, эта оценка может считаться вполне заслуженной наградой. Давайте, наконец, вспомним добрым словом тех, кто своей незаметной службой многие годы хранил мир и покой Родины.
Служба наружного наблюдения или, как тогда их называли, филёров получила своё официальное признание в начале ХХ века, с приходом на пост заведующего Особым отделом Департамента полиции (ДП) имперского МВД, талантливого администратора и деятельного управленца Сергея Зубатова.
Суть нововведения состояла в том, что если раньше вести наружное наблюдение поручалась городовым или просто случайным полицейским чинам, то теперь этим занимались специально подготовленные и обученные сотрудники.
Созданный им на прежнем месте службы в Москве, где он был начальником охранного отделения, «летучий отряд», состоящий из высокопрофессиональных филёров, и положил начало новому подразделению. Его деятельность вскоре была признана настолько успешной и результативной, что штатную численно увеличили с 30 до 50 единиц, а на их содержание выделялось 31 800 рублей в год - немалые по тем временам деньги.
Руководил подразделением почти до самого переворота 1917 года признанный «филёр номер один» России Евстратий Медников, который отвечал всем предъявляемым требованиям и лучше всего характеризовал собой типаж филёра. В полицию он пришел в 1881 году отставным армейским унтер-офицером и начальство сразу разглядело в нём талант незаметно вести наблюдение за объектом. Вскоре его назначили в московское отделение по охране общественной безопасности и порядка, которое через 9 лет Медников и возглавил.
По свидетельству хорошо знавшего его, жандармского генерала Александра Спиридовича: «Он понял филёрство, как подряд на работу, прошёл его горбом и скоро сделался нарядчиком, инструктором и контролёром. Он создал ... свою школу..., свой для филёров, которые в большинстве своём были из солдат... он знал и понимал их хорошо, умел разговаривать, ладить и управляться с ними».
Требуются близорукие с актерским даром
Со временем выработался и своего рода и критерий для данной профессии. Так, при отборе кандидатов на службу (в которых, кстати, не было недостатка), главное внимание уделялось умственным способностям. Предпочтение отдавалось мужчинам не старше 30 лет, отслужившим в армии или родом из казаков, либо в недавнем прошлом мелких торговцев и приказчиков. Котировались и тюремные надзиратели. А вот острота зрения, вопреки сложившимся стереотипам, не играла существенного значения, поскольку считалось, что близорукие являются хорошими наблюдателями.
Как пишут исследователи вопроса Борис Григорьев и Борис Колоколов, с созданием такого спецподразделения: «Департамент полиции фактически в первый раз взял в свои руки все нити политического сыска в стране и стал фактически и деловито руководить им». Московский опыт показал, что профессионально организованное наблюдение за потенциальными революционерами и активными оппозиционерами, даёт самый существенный результат в выявлении и раскрытии политических и антигосударственных преступлений.
В 1902 службу реорганизовали, передав по частям в губернские охранные отделения, а оставшийся костяк в количестве 20 сотрудников во главе с Медниковым сделался как бы резервом ДП, «став своеобразным контролирующим и методическим органом всего наблюдательного дела Российской империи». В случае необходимости его люди были готовы в любое время выехать в любую точку.
Об их профессионализме и жертвенности в исполнении служебного долга ходили легенды. «...медниковский филёр мог... в лютый мороз целыми часами дожидаться выхода объекта слежки, чтобы провести его потом до дома, установить, где живёт, с кем дружбу водит, когда встаёт поутру и когда гасит свет на ночь. Он мог без багажа и часто без денег вскочить в поезд за объектом и уехать за тысячу верст от Москвы; он попадал даже за границу, не зная «ихних» языков, но объекта не бросал и всегда возвращался обратно с результатом... сотрудник филёрской службы умел изображать из себя и торговца спичками или лотошника; мог прикинуться дурачком и вступить в разговор с объектом, якобы проваливая себя и своё начальство; он, не колеблясь, продолжал наблюдение за боевиком, зная, что при провале рискует получить на окраине города либо пулю, либо нож, что и частенько имело место».
Непоказушная жертвенность
Медниковские филёры, конечно, не были «рыцарями без страха и упрёка», подобными романтизированным в советское время чекистам с горячим сердцем, чистыми руками и холодной головой. Они имели присущие всем людям человеческие слабости и недостатки, но, следуя лучшим традициям русского служивого человека, готовы были к самопожертвованию. И делали это как-то даже слишком прозаично, буднично.
Например, в их прямые обязанности не входило непосредственное задержание вооруженных боевиков или террористов - смертников, но иных подразделений по их нейтрализации в составе МВД тогда ещё не было. И частенько, незаметным и незаменимым ванькам приходилось, рискуя собой вязать нашпигованных тротилом отморозков, готовых на всё ради «светлого будущего».
Начальник саратовского охранного отделения, в будущем переведённый на аналогичную должность в Москву, жандармский генерал Александр Мартынов, приводит в своих воспоминаниях много подобных случаев. Например, когда возникла необходимость взять с поличным одного такого «бомбиста», он предложил филёрам выбрать добровольцев. В ответ, не колеблясь все как один сотрудники отделения выразили желание пойти на задание, предоставив ему право выбрать из них наиболее достойных. Мартынов отобрал четверых физически крепких сотрудников. В их задачу входило, не вызывая у объекта подозрения, задержать его в городе, применив лишь свои профессиональные навыки.
Вот как описывают эту операцию Григорьев и Колоколов: «...Объект шел по улице медленно, соблюдая осторожность и избегая толчков со стороны прохожих. Два филёра пошли к нему навстречу, изображая... поссорившихся торговцев. Наблюдаемый, увидев их, остановился и приготовился перейти на другую сторону. И в этот момент четыре дюжие руки зажали его в тиски, а подоспевшие еще четыре сняли с него бомбу». Все участники операции были поощрены денежной премией.
Находчивость и опрометчивость
Служебное рвение филеров доходило до жертвенности и в иной области - сердечной. Известен случай с саратовским сотрудником Егоровым, которому было поучено разработать подозревавшуюся в революционной деятельности дворянку Е.А.Дьяконову. Уличить её в этом ему долгое время не удавалось, но способ был найден. Он познакомил с незамужней горничной этой дамы своего молодого знакомого, которые вскоре поженились. И через определённое время компромат на сторонницу революционных потрясений был собран.
Обладали филёры и находчивостью, выручавший их не раз в сложных ситуациях. Из рассказа одного из них опытнейшего московского сотрудника Попова, он с напарником, на пике событий революции 1905 года, выследил и задержал молодого революционера - еврея. Тот воспользовавшись тем, что всё происходило среди бела дня, начал апеллировать к прохожим, крича, что его - невинного человека, схватили ищейки.
На крики сбежались люди и стали требовать отпустить задержанного, которого усаживали в пролётку. Дело могло закончиться плохо, но Попов быстро сориентировавшись, обратился к взволнованным людям, объяснив им, что данный молодой человек не в своём уме, сбежал из дома, а они по просьбе его горячо любимых родителей водворяют несчастного в родные стены. Извозчик филер не стал ждать команды и им удалось выполнить задачу без потерь.
Весомо, даже при беглом изучении, выглядит послужной список того же Попова, отдавшего службе 25 лет. Начинал он в 1888 году с участия в задержании важного государственного преступника Золотова; через 2 года участвовал в ликвидации революционного кружка Егупова. На его счету так же наблюдение и выявление тайной типографии в Смоленске; участие в нейтрализации очередной вооруженной революционной группы в Твери; наблюдение за группой подрывников Распутина, Егорова, Бахарева с их последующим раскрытием и ликвидацией; «личное выяснение» кружка братьев Мальцевых в Мытищах и ликвидация их типографии; участие в разработке Московского рабочего союза.
Были так же командировки в Киев, Вильно, Минск, Екатеринослав, Козлов, Томск, Варшаву, Одессу Ростов - на - Дону, где с его участием выявлено и ликвидировано несколько подпольных типографий, выслежены и задержаны члены Бунда и партии эсеров, разгромлено несколько боевых организаций и кружков. На счету ветерана «наружки» участите в мероприятиях по предотвращению покушения на нескольких генерал губернаторов, обеспечении безопасности проезда через Москву членов императорской фамилии. На Попова и членов его семьи было совершено несколько покушений и жив он остался лишь благодаря предпринятым мерам предосторожности.
Не обходилось в службе филёров и без курьёзных случаев, описанных в воспоминаниях Мартынова. Так, одному, внедрённому в эсеровскую структуру агенту приказано было руководителем организации выдать боевику браунинг с целью ликвидации полицейского пристава. Отказаться - означало провалить ценного агента, выполнить распоряжение - погубить коллегу. Был выбран третий вариант. Агент показал филёрам боевика и те, изображая грабителей, напали на него на пустынной улице, «изметелив», как следует, отобрав не только оружие и деньги, но заодно прихватив и бобровую шубу.
Теракт был сорван, оружие изъято, боевик надолго выведен из строя, а эсеровская касса лишилась кругленькой суммы. Трофеи поделили по-честному: деньги - между участниками операции, новую шубу разыграли по жребию, а редкий по тем временам ствол остался у Мартынова. По этой причине сообщать об удачно проведённой операции наверх не стали.
Издержки профессии
Не обошлось в короткой истории службы и без казусов. В 1906 году она была неожиданно для многих ликвидирована, попав под горячую руку одного из наиболее, как сейчас сказали бы креативных министров Империи, Петра Дурново. Но к счастью, для самих филёров и государства, ненадолго. Одновременно с отменой скоропалительного распоряжения, было даже принято решение о курсах повышения квалификации сотрудников «наружки».
Главной же проблемой филёров были отнюдь не кадровые и даже не финансовые вопросы, она носила скорее этический характер. Общество, не желая вдаваясь в подробности, чего ему стоит спокойное и относительно безбедное существование, категорически отвергало принципы работы на которых строилось служба филёров.
Хотя во всех странах были точно такие же структуры с аналогичными задачами, но, пожалуй, лишь в России такое ремесло считалось зазорным. Руководство было этим сильно озабочено и не скупясь на награды, старалось прививать подчинённым чувство собственного достоинства и профессиональной гордости, «внушать, что служба их не только не позорна, а наоборот почётна и полезна для государства». Но это мало способствовало утешению сотрудников, чутко реагирующих на устоявшееся общественное мнение. Не способствовало умиротворению и постоянное нахождение в зоне риска.
Не удивительно, что выход многие сотрудники «наружки» искали в спиртном. Но даже выйдя на заслуженную пенсию, не все находили покой. Сам Евстратий Медников, расставшись со службой в чине надворного советника, что давало право на получение потомственного дворянства, прожил не долго, перенеся прежде тяжёлое душевное заболевание.
Несмотря на издержки профессии сомневаться в её эффективности нет оснований. Именно с их помощью императорской полиции удалось нанести сокрушительный удар по всему революционному движению, которое пошло на спад с 1910-х гг., благодаря как раз этим добросовестным служакам.
Роман Илющенко, подполковник запаса, ветеран МВД
.jpeg)
