itemscope itemtype="http://schema.org/Article">

Нас было пятеро. Сергей Белов

Из рассказов о борьбе с националистическим подпольем на территории Западной Украины (с 1945 по 1951 гг.)

Организация украинских националистов (бандеровское движение) 
0
373
Время на чтение 5 минут

Нас было пятеро. Виктор Морозов

Нас было пятеро. Евгений Зорин

Не было ни земли, ни неба. Тьма, слякоть, круговерть дождя и ветра - дикий, первозданный сплав стихии. Выскользнув из исхлестанного бурей местечка, в этом сплаве растворился наш батальон.

Всю ночь шумела непогода. Всю ночь ложились под ноги трудные версты бездорожья. Перед рассветом стало стихать. А за час до рассвета заслоны тугим обручем охватили Подгай-село. В селе банда бандеровцев - остатки куреня Бея.

Курень растрепали до нас. Обнаружив, прижали к Быстрице. Ударили всем батальоном. Зло, ожесточенно. Бандиты бросились в реку. Берег вскипел огнем, вода забурлила. Несколько дней на многие километры вниз Быстрица выносила трупы. Уцелевшие иголкой в сене скрылись в Черном лесу. Надолго затаились в лесных норах,

Вторично в округе появились уже при нас. Мы - поколение из последнего призыва. «Солдаты образца 1927 дробь 44 года» - шутят над нами в батальоне. Посмеиваются над нашим говором.

«Эй, солдат, какой области?» - слышишь вдруг в спину. Оборачиваешься: «Кто? Я-то»?

- Я-то Кострома, - усиленно окает «образец» постарше на год.

Обижаться не принято: - мы еще «котелки».

Во взводе автоматчиков нас три «котелка». К каждому в первый же день назначили опекуна и строго наказали нам во всем слушаться своих наставников, им - учить нас солдатскому уму-разуму.

Мой наставник пулеметчик, зовут Петро, фамилия Ярчук. Не смотрится: пилотка блином, обмотки съехали.

Опекунство мы восприняли как пережиток времен Петра I. Между собой величаем опекунов «дядьками». Наедине гадаем, чему нас могут научить «дядьки»? Мы же не петровские новобранцы! За спиной не «сено-солома», а средняя школа. И смелости нам не занимать. В военные годы выросли, немало о подвигах прочитали. Боялись одного - не успеть на войну: семиклассники в 41 были. Успели. Дождалась война. Стоим на пороге боя. Ждем команду переступить.

- Не заждетесь, обнадеживает «дядька». - Здесь борщ с другого конца хлебают.

- Как с другого?

- А наоборот.

Не понял, но расспрашивать не стал. Решил - разыгрывает. Дошло вечером. Внезапная, как выстрел в спину, команда: «В ружье!» - оборвала ужин. Выскочив из-за стола, бегу к оружию. В голове скачут мысли. Мелькнула одна: «А мясо-то осталось в котелке». Стало смешно: «Не наоборот ел», потом тревожно: «В бой идем. А вдруг....» Хватаю оружие, вбегаю в строй. Напряжение на пределе. Рядом бурчит Ярчук.

В такую погоду собаку не выгоняют... Из-за каких бандитишек...

Его бурчание успокаивает, напряжение падает. Разобраться почему, не успеваю: лейтенант ставит задачу:

- Получено сообщение: вечером в Подгай-село пришла банда, предположительно Бея. Задача: перед рассветом оцепить село. Взвод идет по маршруту Ясень - Росточки - Тужилов и закрывает участок на севере села.

Уже знаю - это облава, самый надежный способ навязать банде бой. Банда есть банда. Ее стихия - налеты, ее пути - сто дорог: уходи по любой. А у нас только одна - та, на которой банда. Вот ее единственной и оставляет облава. Или сдавайтесь, или прорывайтесь. Третьего не дано, если не успеет уйти. А у банды нос всегда по ветру. И разведка на высоте. Значит «Батальон в ружье!», значит - в ночь, в непогоду. Без дорог, без привалов.

- Шире шаг! Кострома, подтянись. Отдай пулеметный диск.

- Нажимай, славяне! Кострома, не отставать! Отдай вещмешок.

- Быстрей, хлопцы, быстрей!

И банда не успела. Ей осталась одна дорога. А на дороге заслоны. Одни из заслонов - мы. Пять человек с пулеметом. Сколько бандитов пойдет на нас - неизвестно. А что могут пойти, то вероятность большая. Перед нами сады, за нами овраг - самое место для прорыва. Пойдут не пойдут - не шевелись. Заслон, пока не обнаружен, - засада, обнаружен - мишень. Железное правило засады. Ярчук выразил кратко: «Замри!».

Замерли. В промокшей одежде на раскисшей земле. Слушали тишину: ночь - хоть глаза выколи. А тишина была недобрая: где-то там, впереди, бандеровцы. Может высматривают, где заслон. А может подползают и через минуту будут рядом.

А тишина совсем не тишина. Сколько звуков слышится. И сердце стучит, за версту слышно. Озноб проходит. Жарковато, на лбу пот. Хоть бы скорее рассветало!

Бандитов я не услышал. Только вдруг почувствовал: в садах кто-то есть. Всем телом чувствую: «Идут на нас!» Рука тянется к затвору. Не дотянулась. Вспомнил строгое: «Без команды не стрелять».

Слышно: бандеровцы вышли из садов. Вот теперь стрелять на звук. В самый раз! Поднимаю автомат. Рука пулеметчика сжимает плечо: «Тихо». А бандиты идут. Уже видны. Идут по-волчьи, настороженно. Ближе и ближе. Много их! Вот-вот будут рядом!

Жду, сейчас грянет: «Стой! Руки вверх!» И слышу негромкое, вполголоса «Хто идэ?»

Вижу как замерли передние, на них надвинулись задние, все скучились и оттуда торопливое с облегчением: «Свои. Я Дуб».

- Взвод, пли!

Тишина лопнула громом, темень огнем. Ударили разом, били в упор, на уничтожение.

Стреляю, пока не кончился диск. Сменить не успеваю.

«Давай за мной». - дергает Ярчук.

Отбегаем к оврагу. На бегу вставляю новый диск. Автоматчики еще бьют по садам, потом отползают к нам. Залегаем на новой позиции.

Не могу опомниться: так быстро все произошло. Переживаю все заново. Все еще слышатся то сплошной треск очередей, то жуткие крики. В глазах мелькают падающие бандиты, вспышки ответных выстрелов.

Крепко зажмуриваюсь. Трясу головой. Проходит. И ночь уже на исходе. Вместе с ней уходит тишина. На той стороне села вдруг густо захлопали автоматы. Потом в разных местах еще и еще. По тому, как разом стихает стрельба, догадываюсь - заслоны отбрасывают бандитов.

Незаметно рассвело. Собираемся у пулемета. Курят, молчат. Лица постаревшие.

- Ну, мы пойдем, - второй номер бросает окурок.

- Идите, - кивнул Ярчук. Добавил: «Может перевязать там кого».

- Едва ли. Били-то, - не договорил. Трое встают, поднимаюсь и я.

- А ты останься, - говорят. - Тебе на сегодня хватит.

Делаю вид, что не слышу.

Уходим. Я видел мертвых. То были умершие от болезней. Лежали умытые, причесанные. А эти были убитые. С искаженными смертью лицами, в крови, застывшие в страшных позах. К горлу подступила тошнота, в голове помутнело.

- Говорили, не ходи, - бросают мне.

Возвращаюсь на место. Принимаюсь набивать пустой диск. Не получается - патроны падают.

- Ты не переживай, - смотрит на меня Ярчук. - Стреляли не в людей, во врагов. Бандеровец хуже фашиста - предатель. Хочет пощады - приходи с повинной. Не пришел - бандит. С бандитами ни мира, ни перемирия не бывает. И арифметика тут простая: бандита пожалеешь - своего погубишь.

Только не такой уж простой оказалась «арифметика». Не всегда в жизни дважды два - четыре.

Говорил: врагов не жалеют, а сам пожалел. Когда из темного зева бункера в ответ на «Сдавайтесь!» раздалась очередь, перехватил мою руку с гранатой.

- Постой! Я еще... - договорить не успел. Вторая очередь отбросила его назад.

Похоронили Ярчука в маленьком городке с красивым названием Бережаны. А я прошел со взводом еще не мало верст, пока не дошел до той поляны. Уже был на середине, когда на опушке блеснул лунный зайчик. Ожгла догадка: «Засада! Меня пропускают. Ударят по взводу».

Падая на землю, хлестнул по опушке очередью. В ответ засверкал огонь. Чем-то тяжелым больно толкнуло в грудь.

Теряя сознание, еще слышал, как бил огнем по засаде взвод, как что-то кричал, подбегая ко мне, Витька. Видел еще плясавшие огоньки на опушке. Удар по глазам, и огоньки погасли.

Это было последнее, что я видел. Ночь для меня так и не кончилась.

(Продолжение следует)

Заметили ошибку? Выделите фрагмент и нажмите "Ctrl+Enter".

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции»; Комитет «Нация и Свобода»; Международное общественное движение «Арестантское уголовное единство»; Движение «Колумбайн»; Батальон «Азов»; Meta

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html

Иностранные агенты: «Голос Америки»; «Idel.Реалии»; «Кавказ.Реалии»; «Крым.Реалии»; «Телеканал Настоящее Время»; Татаро-башкирская служба Радио Свобода (Azatliq Radiosi); Радио Свободная Европа/Радио Свобода (PCE/PC); «Сибирь.Реалии»; «Фактограф»; «Север.Реалии»; Общество с ограниченной ответственностью «Радио Свободная Европа/Радио Свобода»; Чешское информационное агентство «MEDIUM-ORIENT»; Пономарев Лев Александрович; Савицкая Людмила Алексеевна; Маркелов Сергей Евгеньевич; Камалягин Денис Николаевич; Апахончич Дарья Александровна; Понасенков Евгений Николаевич; Альбац; «Центр по работе с проблемой насилия "Насилию.нет"»; межрегиональная общественная организация реализации социально-просветительских инициатив и образовательных проектов «Открытый Петербург»; Санкт-Петербургский благотворительный фонд «Гуманитарное действие»; Мирон Федоров; (Oxxxymiron); активистка Ирина Сторожева; правозащитник Алена Попова, социолог Искэндэр Ясавеев, журналист Евгения Балтатарова; писатель Дмитрий Глуховский; Социально-ориентированная автономная некоммерческая организация содействия профилактике и охране здоровья граждан «Феникс плюс»; автономная некоммерческая организация социально-правовых услуг «Акцент»; некоммерческая организация «Фонд борьбы с коррупцией»; программно-целевой Благотворительный Фонд «СВЕЧА»; Красноярская региональная общественная организация «Мы против СПИДа»; некоммерческая организация «Фонд защиты прав граждан»; интернет-издание «Медуза»; «Аналитический центр Юрия Левады» (Левада-центр); ООО «Альтаир 2021»; ООО «Вега 2021»; ООО «Главный редактор 2021»; ООО «Ромашки монолит»; M.News World — общественно-политическое медиа;Bellingcat — авторы многих расследований на основе открытых данных, в том числе про участие России в войне на Украине; МЕМО — юридическое лицо главреда издания «Кавказский узел», которое пишет в том числе о Чечне.

Списки организаций и лиц, признанных в России иностранными агентами, см. по ссылкам:
https://minjust.gov.ru/ru/documents/7755/
https://ria.ru/20201221/inoagenty-1590270183.html
https://ria.ru/20201225/fbk-1590985640.html

РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.
Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить

Сообщение для редакции

Фрагмент статьи, содержащий ошибку:
Борис Бадьянов
Черный лес. Волки-оборотни
В поисках банды бандеровцев
05.05.2015
Нас было пятеро. Дмитрий Земных
Из рассказов о борьбе с националистическим подпольем на территории Западной Украины (с 1945 по 1951 гг.)
04.04.2015
Трезубец
Среди бандеровцев. Рассказ
21.03.2015
Нас было пятеро. Леонид Яглинский
Из рассказов о борьбе с националистическим подпольем на территории Западной Украины (с 1945 по 1951 гг.)
09.03.2015
Все статьи Борис Бадьянов
Организация украинских националистов (бандеровское движение)
«То, что делается в Киеве, — это агония»
Николай Азаров о ситуации на Украине
05.09.2022
О необходимости создания Банка криминальных мозгов
С пленными укронацистами должны работать не только следователи, но криминальные психиатры и криминальные эндокринологи
08.08.2022
«Помрачение ума»
Угрожать сербам своей солидарностью с усташами — это не глупость украинских политиков, а их роковая ошибка
18.07.2022
Аким Апачев и Дарья Фрей - «Пливе кача».
(в перев. Плывёт утка по Тысине) — украинская траурная песня
16.06.2022
«Уходят лучшие, уходят тихо…»
Посвящается героям погибшим во время спецоперации на Украине
16.06.2022
Все статьи темы
Последние комментарии
Терновый мой венец
Новый комментарий от Сергей Григорьев
26.11.2022 16:24
Корни астрологии – в Вавилоне
Новый комментарий от Константин В.
26.11.2022 16:22
Одна большая ошибка длиною в 9 лет
Новый комментарий от Константин В.
26.11.2022 16:16
Только так!
Новый комментарий от С. Югов
26.11.2022 14:53
КВН убивает
Новый комментарий от Потомок подданных Императора Николая II
26.11.2022 13:29