За год до «Майдана» в хитросплетениях украинских информационных сетей появился захватывающий анонс: «В следующем месяце киевляне и гости столицы смогут увидеть скульптуры Иоганна Георга Пинзеля - прославленного скульптора, которого называют украинским Микеланджело XVIII века. В данный момент 27 работ Пинзеля экспонируются в Парижском Лувре - это первая выставка произведений украинского мастера в крупнейшем музее Европы. А после выставки в Киеве, работы украинского скульптора Пинзеля планируют переправить за океан на выставку в США».
Напомним читателю, что фразу, вынесенную в название нашего очерка, утвердительно произнес князь Мышкин, герой романа «Идиот» Ф.М.Достоевского, глядя на картину «Мертвый Христос» немецкого художника Гольбейна. На том полотне изображен Богочеловек Иисус Христос, лежащим как простой смертный на анатомическом одре, словно труп, готовый для вскрытия, переместившийся сто лет спустя из Евангельского сюжета эпохи реформации в групповой портрет «Анатомия доктора Тульпа» Рембрандта, представителя раннего барокко. В этот период исторического времени в искусстве принято было относиться с большим почтением к христианскому Богу, в отличие от предшествующего века, возрождавшего античную культуру.
Имена художников, чьи сакральные сюжеты всплывают в памяти при взгляде на «церковные» скульптуры Пинзеля, безусловно, свидетельствуют о том, что место доставшимся в наследство нашей молодой державе творениям скульптора, в Лувре! Никак не в храме, где они находились изначально... В храме православном нет скульптур. Почему? Ответ прост: посмотрите на скульптуры Пинзеля - нашего Микеланджело, этого самого значительного скульптора эпохи позднего Возрождения - возрождения языческой культуры.
«Скульптура в храме - не что иное как кумир. Соглашаясь на одну живопись в храме, я все бы резное отменил касательно икон. Но у нас умные головы кинулись в мистику, и между тем, как они проповедуют метафизические свои бредни, простой народ боготворит кумир, и вера его есть невежественное суеверие: так валялись Израильтяне пред златым тельцом в Хориве», - писал современник Пинзеля религиозный поэт, один из первых русских публицистов князь Иван Михайлович Долгорукий, внук Натальи Борисовны Долгорукой, впоследствии Нектарии, подвизавшейся в схиме во Флоровской обители на Подоле, похороненной на погосте Великой Лаврской церкви.
В 1862 году в научном сборнике «Труды Киевской Духовной Академии» появилось исследование «Исторические труды Щербатова в отношении к русской церковной истории». Блистательный историограф, современник «украинского Микеланджело» князь Михаил Михайлович Щербатов сетует об упадке веры: «Мы достигли до того, что вера и божественный закон в сердцах наших истребился, тайны божественные в презрение впали». Это печальное явление историограф приписывает реформе Петра: «действие Петра Великого можно применить к действию не искусного садовника, который у слабого дерева обрезывает водяные, пожирающие его соки ветви. Так урезание суеверий и на самые основательные части веры имело воздействие - уменьшились суеверия, но уменьшилась и вера». Щербатов с похвалою отзывается о русском духовенстве и сожалеет об упадке отеческой веры, потому что он признаёт за нею важное значение в жизни государства. Среди самых благочестивых мыслей у публициста М.М.Щербатова невольно по временам вырывается нота, которая звучит вовсе не благочестиво и свойственна более голосу философа 18 века (т.е. вольнодумца), чем любителю доброй старины. Но автор запрещенного в России более чем на полвека и опубликованного в Лондоне труда «О повреждении нравов в России» М.М.Щербатов, безусловно, принадлежал к лучшим и более умеренным людям, в то время как остальное общество «пошло дальше и, очертя голову, пустилось во вся тяжкая западного вольнодумства». Но вольнодумство это было не что иное, как бессознательный крик с чужого голоса. Позиция Щербатова непоколебима: «Нет большего зла, которого бы не отважились сделать не право разумеющие правила веры, лестным усердием подвигаемы, во зло ее будут употреблять».
Русские люди веротерпимы, по мнению М.М.Щербатова, с тех времен, когда славяне ещё не были обращены в христианство: «российские народы во времена их грубости никогда не имели склонности к мучению и насилованию». По мнению историка, очень замечательно, что на Руси всего было только два мученика... Что касается «украинского Микеланджела», мы отметили вначале нашего очерка, а сейчас уточним, что Украина появилась в 1991 году. Но Украиной религиозный публицист князь Иван Михайлович Долгорукий в своих сочинениях, вслед за князем М.М.Щербатовым, с удовольствием и вполне естественно называет земли Левобережья и Киев. Потомок историографа 18 века, наш современник профессор истории в США Алексей Павлович Щербатов (1910-2003 г.г.) на вопрос об Украине отвечал так: «Если я потомок святого князя Михаила Черниговского, то, выходит и я украинец?..»
Возникает вопрос, не назовут ли кощунственно любители «изящного искусства» скульптора Сидура «российским Пинзелем» 20 века?
