235 лет назад, 27 июля 1784 года, в Москве родился Денис Васильевич Давыдов. Военная карьера была уготована ему с самого рождения. Отец - бригадир В.Д.Давыдов, служивший под началом самого А.В.Суворова. Детство Дениса проходило в обстановке военного лагеря и... в Бородине - имении отца и деда, говорится в материале Президентской библиотеке, поступившем в редакцию Русской народной линии.
На портале Президентской библиотеки размещена коллекция «Отечественная война 1812 года», рассказывающая о выдающихся полководцах тех лет, видное место среди которых, безусловно, принадлежит и Денису Давыдову. Отдельная подборка посвящена партизанскому движению, зачинателем которого опять же был наш герой.
Очерк о Давыдове из книги В.А.Потто «Кавказская война в отдельных очерках, эпизодах, легендах и биографиях» позволяет проследить путь офицера от рождения до самой смерти: «Детство, проведённое под солдатской палаткой, поэзия кочевого военного быта, наконец, встреча с великим Суворовым, впоследствии описанная самим Давыдовым, имели неотразимое влияние на весь умственный склад ребёнка, одарённого пламенным воображением. В душе его вспыхнула искра любви к военным подвигам и угасла только вместе с жизнью».
Давыдов начал службу в 1801 году в кавалергардах в Петербурге. Беззаботная столичная жизнь иного могла затянуть в «тину посредственности», но Давыдову довольно было случайного замечания от одного из родственников: «Что за солдат, который не надеется быть фельдмаршалом, а ты не знаешь даже того, что нужно знать штаб-офицеру». Давыдов с жаром принялся за книги и скоро стал одним из образованнейших офицеров своего времени. К тому же времени относится и начало поэтических опытов. Первое стихотворение Давыдов написал в 1803 году.
Через год за сатирические произведения, затрагивавшие императора Александра I и придворную знать, острослова из столичной гвардии перевели в Белорусский гусарский полк в Киевской губернии. Этот перевод можно считать первой злой насмешкой судьбы над офицером. Мечтающий воевать на передовой Денис Давыдов не смог принять участие в знаменитом Аустерлицком сражении.
Спустя два года ему удаётся вернуться в гвардию к гусарам, воевавшим под Аустерлицем. Но... Новая война - и Белорусский полк, который Давыдов только что покинул, отправляется в боевой поход в Пруссию, а гвардия остаётся на месте! В гусарском полку «мы жили ладно: у нас было более дружбы, чем службы, более рассказов, чем дела», вспоминал будущий партизан.
Наконец, в 1806 году его старания увенчались успехом - он покинул «праздную службу» и был назначен адъютантом к князю Багратиону.
Первые бои произвели на Давыдова неизгладимое впечатление, он воспевал «благородного царя крови» на лезвии своей сабли. Его восторженные слова приводятся в очерке В. А. Потто.
Будучи адъютантом Багратиона, Давыдов успел поучаствовать в войнах с Францией (1806-1807), Швецией (1808-1809) и Турцией (1809-1812).
Военную кампанию 1812 года он встретил подполковником Ахтырского гусарского полка. А за несколько дней до знаменитого Бородинского сражения, находясь на своей малой родине, Денис Васильевич принял одно из самых важных решений в своей жизни.
В книге В. В. Жерве «Партизан-поэт Денис Васильевич Давыдов» (1913), доступной в электронных читальных залах Президентской библиотеки, об этом сказано так: «21 августа 1812 года в виду деревни Бородино, где вырос Давыдов и где уже торопливо разбирали его родительский дом на фортификационные укрепления, за пять дней до великого сражения, Денис Васильевич и предложил Багратиону идею собственного партизанского отряда».
Отчасти, наверное, это было эмоциональное решение. «Там на пригорке, - писал Давыдов впоследствии, - где некогда я резвился и мечтал, где я с алчностью читывал известия о завоевании Италии Суворовым, о перекатах грома русского оружия на границах Франции, - там закладывали редут Раевского. Красивый лесок перед пригорком обращался в засеку и кипел егерями, как некогда стаей гончих собак, с которыми я носился по мхам и болотам. Всё изменилось!»
В тот же день вечером Багратион прислал за Давыдовым и объявил, что М. И. Кутузов согласился послать «для пробы» в тыл французской армии партизан, но, сомневаясь в успехе, назначил в команду Давыдова только 50 гусар и 80 казаков.
Кутузов был не одинок в своём недоверии - многие сомневались в успехе дерзкого плана недавнего адъютанта, остряка и поэта, то есть человека, мало к чему способного, как он сам характеризовал себя в тот момент...
Однако действия Дениса Давыдова в тылу врага увенчались большим успехом. Его отряд постоянно прирастал людьми, а французы вскоре начали бояться партизан как огня.
В книге М. Рожковой «Денис Давыдов. Партизан 1812 года» (1942), доступной в электронных читальных залах Президентской библиотеки, об этом сказано так: «Какой вред наносили французской армии партизанские отряды и крестьянская война, видно из того, что генералы Наполеона не раз обращались к Кутузову с предложением прекратить народную войну и партизанское движение и вести военные действия „по правилам". Кутузов отвечал отказом. „Народ, - писал он, - разумеет войну сию нашествием и, следовательно, считает всякое средство к избавлению себя от врагов не только не предосудительным, но похвальным и священным..."»
«Денис Давыдов, - писал Л. Н. Толстой, - своим русским чутьём первый понял значение той страшной дубины, которая, не спрашивая правил военного искусства, уничтожала французов, и ему принадлежит слава первого шага для узаконения этого приёма войны».
О поэтическом даре партизана можно судить по изданию «Стихотворения и статьи / Денис Давыдов» (1942).
«Умолкнул бой. Ночная тень / Москвы окрестность покрывает; / Вдали Кутузова курень / Один, как звёздочка, сверкает. / Громада войск во тьме кипит, / И над пылающей Москвою / Багрово зарево лежит / Необозримой полосою...» - читаем в его стихотворении «Партизан».
А помимо стихов были и песни: «Я люблю кровавый бой, / Я рождён для службы царской! / Сабля, водка, конь гусарской, / С вами век мне золотой!»
Кстати, поэтический талант Дениса Давыдова очень ценил А. С. Пушкин. Отвечая на вопрос, как ему удалось в юности не поддаться влиянию Жуковского или Батюшкова и даже в самых первых своих опытах не подражать ни тому ни другому, Пушкин отвечал, что этим он обязан Денису Давыдову, который «ещё в лицее дал ему почувствовать возможность быть оригинальным». В издании «Русский архив» на портале Президентской библиотеки также можно ознакомиться с письмом Пушкина Давыдову.
