Кадр из фильма «Аэлита» (1924). Скриншот
Фантастический фильм «Аэлита» (1924) сейчас можно смотреть только, если вы очень любите 1920-е годы и восторгаетесь русским авангардом – вся марсианская тема была оформлена в духе конструктивизма, который до сих пор восторгает дизайнеров всего мира. Сюжет, игра – всё это малоинтересно, к тому же, авторы киноверсии оставили от первоисточника лишь общую канву, по сути, уничтожив романтическую, печальную и при том захватывающую историю, где любовь граничит с исступлением.
Книгу Алексея Толстого можно читать по сию пору – без всяких скидок на эпоху. К слову, мы имеем второй вариант «Аэлиты», переработанный в 1930-х – с учётом детско-юношеской аудитории. Вариант начала 1920-х был иным, но сегодня поговорим о киноленте. Создал это неудобоваримое чудо Яков Протазанов, ставший знаменитым ещё до революции, потом эмигрировал, работал в Европе, но всё-таки вернулся. Его встретили благосклонно.
Кадр из фильма «Аэлита» (1924). Скриншот. В роли Гора - будущий режиссёр Юрий Завадский, с которым воевала Фаина Раневская...
Фильм по нашумевшему роману Алексея Толстого (переделанная в 1930-х «Аэлита» стала уже повестью) …так вот фильм должен был стать кино-событием года. Сценарист Фёдор Оцеп (к слову, тоже феерическая личность) смешал то, что не надо бы смешивать – полудетективную историю о каких-то авантюристах и следователе-сыщике Кравцове (Игорь Ильинский) с марсианской сагой инженера Лося и его любовью к запредельно-прекрасной и - жестокой Аэлите.
Кадр из фильма «Аэлита» (1924). Скриншот. В роли Ихи - Александра Перегонец, в годы войны ставшая подпольщицей в Симферополе и убитая фашистами.
Мало того, что это полностью «убило» чёткую и выверенную фабулу Алексея Толстого, эти два мотива начисто перечёркивают друг друга. Если бы похождения сыщика Кравцова и покорение Марса было …двумя разными фильмами, можно было бы говорить о шедеврах советского немого кино. Тем не менее, инопланетный антураж изумляет и сейчас, а в 1920-х он произвёл на зрителей колоссальное впечатление. И это, несмотря на то, что метраж был чрезмерным для того времени - 113 минут.
Эскизы Александры Экстер при участии Надежды Ламановой.
Обычный фильм не шёл более полутора часов, а чаще был немного более часа. Для сравнения - протазановский «Закройщик из Торжка» (1925) - 61 минута. Его же «Процесс о трёх миллионах» (1926) - 63 минуты. Что же поразило? Декорации и костюмы. Тогда в моде была «эстетика машин», которые признавались гораздо более красивыми, чем природа и человек. Марсианка Аэлита и её сограждане выглядят, как существа из отделённого будущего. Головные уборы Аэлиты снабжены какими-то антеннами.
Для сравнения - вечернее платье. Vogue - December 1930. Robert E. Locher. Источник - http://www.postersmania.com/ Ювелирные изделия Raymond Templier. Источник - https://www.pinterest.ru/
Футуристическая красота в те годы волновала не только советских дизайнеров - на Западе этого было, едва ли не больше, а изделия парижского ювелира Raymond Templier-а напоминали детали станков, машин или декадно-шаговых искателей АТС. Всё должно было подчиняться бешеному ритму эпохи. Костюмы создала художница-авангардистка Александра Экстер при участии ведущего модельера - Надежды Ламановой (кстати, она до революции обшивала императрицу). Одно только это уже говорит об амбициозности проекта.
Декорации Виктора Симова. Кадр из фильма «Аэлита» (1924). Скриншот.
Марсианский город и апартаменты Аэлиты были созданы театральным художником Виктором Симовым. Стройные ряды «небоскрёбов», дуги мостов и агрессивные иглы шпилей в сочетании с волшебными нарядами создали устрашающий и завлекающий эффект. Однако эта исключительная «модность» и суперактуальность не только вознесли, но и «похоронили» фильм. Его вспомнили где-то конце в 1960-х, признали шедевром и стали показывать по телевизору.
Западная эстетика 1920-х годов. Марсианские, футуристические, внеземные штуки. Источник - https://www.pinterest.ru/
Забавный момент – Аэлита из чарующей девы и воплощённой мечты о неземной любви, превратилась тут в жестокую и алчную правительницу. Актриса Юлия Солнцева - будущая жена самого Александра Довженко! - не столько очаровывает, сколько пугает. В ней заключено что-то холодно-демоническое. Да и полёт на Марс тут ненастоящий, равно как бунт марсианских пролетариев. Потом выясняется, что инженеру Лосю это приснилось. Этот приём впоследствии подхватит Леонид Гайдай в своей комедии «Иван Васильевич меняет профессию» (1973), но это совсем уже другая история…
