Я назову его Игорь. Информационная политика на Донбассе вынужденно жесткая. Любая информация о военнослужащих и членах их семей идет на карандаш противнику. Это понимают в штабах – и категорически запрещают военным называть свои фамилии в интервью. Подразделение тоже лучше не озвучивать. Некоторые предпочитают не называть даже позывные. Так что Игорь. Просто Игорь.
Он недавно вышел из госпиталя, став жертвой обстрела украинского беспилотника. О том, что Украина применяет беспилотники с целью убийства, все как-то резко заговорили после того, как такой БПЛА убил четырехлетнего Владика Дмитриева в ДНР.
Но вот, знакомьтесь, Игорь из стрелковой роты. Его тяжело ранил похожий аппарат. И я попросила его рассказать о том, как они работают.
– Они висят в воздухе, если сильно высоко – точечка маленькая, его не слышно. Если метров сто – его слышишь, жужжит. Если на него смотришь, он легко летает, двигается – значит, он пустой. Это всё с опытом приходит. Только смотришь, он чуть в сторону ведет – значит, он груженый. Сейчас – минуты две максимум – будет сброс взрывчатого вещества, – объясняет он мне.
Стрелковую роту украинские беспилотники почему-то назначили любимой. Теперь над Игорем и его товарищами метрах в ста почти постоянно висит пара аппаратов. Я прошу Игоря рассказать, как его ранило.
– Они в последнее время работают в паре: один отвлекает, смотрит, чтоб по нему работали, а другой сзади заходит. Шум однотонный. По цвету-размеру одинаковые они подбирают, чтобы шум однотонный. Потом первый заходит, и ты не слышишь, что второй сбрасывает. Это раньше работал один. Полтора месяца назад «груз» был сброшен на Игоря. Из него так и не достали все осколки.
Он мне показывает небольшой шрам на руке: там остался один, до сих пор очень болит.
– Взрывчатые вещества могут быть напичканы белым фосфором, это чтобы загорелся, например, блиндаж. Или мелкими иголками. А иголочки такие – как волосина, если она в тело впивается – ты уже не достанешь. Они вообще такие тоненькие, не знаю, из чего они. Это на нас ещё на старых позициях сбрасывали. Фосфорные снаряды, разумеется, запрещены. Но кого когда это останавливало?
– Сначала на одну позицию зашел. Потом я смотрю – он подлетает к нашим. Начали стрелять, отпугивать его. Он начинает вилять, со стрелкового оружия очень тяжело в него попасть. Он играется с тобой, отвлекает на себя внимание, чтобы зашел второй. В это время заходит второй и сбрасывает снаряд. Было обманное движение: его чуть в сторону понесло – я подумал, сейчас будет сброс. Я не успел спрятаться, получилось, сбоку он снаряд сбросил от меня.
Сейчас много говорят о турецких беспилотниках «Байрактарах». Но чаще применяются самые обычные, китайские квадрокоптеры ценой тысяч 40 рублей от силы. Такие можно было бы покупать для войск ЛДНР, если бы было достаточно энтузиастов. Как утверждает волонтер Координационного центра помощи Новороссии, Владика Дмитриева убила самоделка. Игоря ранил китайский аппарат. Не нужно много денег, чтобы убивать.
– Те, что помощнее, и скидывают помощнее снаряд. Но есть вот квадрокоптеры эти, а есть как бы самолет, бумеранг. Как стелсы, да. Те да, те помощнее беспилотники. Последние могут взрывчатое вещество сбрасывать.
– На вас вот сбросили – там что было, бомба или самодельный какой-то снаряд?
– Нашли кусочки этого, но по осколкам совсем непонятное что-то. Не знаю, может, шифер попал, может ещё что. Что-то непонятное. Они ж могут не только ВОГи, могут и гранаты сбрасывать. Всё зависит от типа БПЛА, чтоб он этот снаряд поднял и этот сброс произвел.
Под Донецком недавно мальчика убило, скорее всего – беспилотником таким. Активно применять беспилотники-убийцы ВСУ начали с 2020 года. По крайней мере, на позиции подразделения, где служит Игорь, такие «гости» стали регулярно прилетать меньше года назад. –
Сначала было – скидывали – хлопок – возгорание. Потом приезжали эксперты, собрали пробы – оказался белый фосфор. Потом часто такие снаряды сбрасывали. Тут главное – максимально быстро потушить. Оператор просто на сухое место смотрит, где сбрасывает. Возгорание пошло – и всё, его тяжело потушить. Чем больше количество белого фосфора в снаряде, тем сильнее огонь.
Фосфорным снарядом сложно, например, взорвать блиндаж – но очень легко устроить пожар. ВОГ, наоборот, не устроит пожара, но легко убьет одного или нескольких человек. А в январе завод «Маяк», который входит в состав госконцерна «Укроборонпром», анонсировал очередную разработку неуправляемого боеприпаса для сброса с беспилотников. На этот раз на основе стандартного кумулятивного заряда КЗ-6.
Украинский портал «Депо» с очаровательной непосредственностью пишет: «Непосредственно кумулятивный заряд КЗ-6 предназначен для пробивки отверстий в стальных (металлических) плитах, броневых укрытиях, железобетонных и бетонных плитах, стенах. Взрывом заряда КЗ-6 на воздухе или под водой пробивается броня толщиной до 21,5 см, железобетонная плита толщиной до 55 см, почва на глубину до 80 см. То есть он вполне подходит для сброса его на головы (в том числе в самом прямом смысле этого выражения) врагу в окопах, блиндажах или опорных пунктах. А направленное действие ударной волны позволяет пробивать деревянные или железобетонные настилы блиндажей, не распыляя энергию по сторонам». Наши противники хорошо умеют убивать. Неплохо бы помочь военным ЛДНР ответить им тем же.
