Источник: Фонд Стратегической Культуры
В преддверии встречи в Сочи 14 сентября В. Путина и А. Лукашенко много спорят о том, каким может быть её итог. И надо сказать, что полноценная экономическая интеграция двух братских стран является категорическим императивом прежде всего для Белоруссии, так как стопроцентная экономическая независимость РБ от РФ практически невозможна.
С момента провозглашения независимости Белоруссия выживает за счет внешнего кредитования. Из собственных денег Белоруссия покрывает лишь 25% выплат по взятым кредитам, остальные 75% она вынуждена рефинансировать путём привлечения новых кредитов, отмечает эксперт Белорусского центра экономических исследований BEROC Катерина Борнукова.
В классификации кредитных рисков Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) Белоруссия находится в шестой – одной из наихудших групп стран. Новые кредитные ресурсы, привлекаемые в экономику, направляются на обслуживание внешнего долга, увеличивая его.
«В случае с Беларусью проблема в том, что национальная экономика не генерирует достаточный рост, чтобы иметь возможность погасить долг за счет собственных ресурсов. Поэтому белорусское правительство должно систематически рефинансировать существующие обязательства путем повторного заимствования», – говорится в аналитическом докладе Фонда имени Конрада Аденауэра.
Невозможность своими силами, без внешней финансовой поддержки добиться сохранения тех социальных благ для населения (бесплатная медицина, образование и т. д.), которые принесли Александру Лукашенко заслуженный авторитет в народе, была и остается для Белоруссии основной проблемой.
И здесь развилка.
Первый вариант: альянс с Западом. Мы не будем тратить время на доказательство очевидного факта, что белорусские товары ни Европе, ни иным странам Запада не нужны. Даже поверхностный анализ лозунгов и программных документов белорусской прозападной оппозиции показывает, что разрыв с Россией и альянс с Евросоюзом и США означает превращение трудоспособной части белорусов в трудовых мигрантов, ликвидацию социального государства и уничтожение обрабатывающей промышленности республики.
Расчёты Минска на то, что можно стабильно получать кредиты МВФ, которые якобы помогут стране вырваться из долговой ловушки, – опасное заблуждение, так как Белоруссия тем самым попадает в финансовую зависимость от Запада, которому не нужна ее развитая обрабатывающая промышленность и даже прекрасная пищевая.
«Кредитный рейтинг у Беларуси – "мусорный", а прогноз рейтинга – негативный. Наученные горьким опытом Греции, мы теперь прекрасно знаем, что все это означает», – пишет Deutche Welle, утверждая, что экономики Белорусии и Греции одинаково неконкурентоспособны и Евросоюз не намерен вкладываться в создание белорусского «экономического чуда».
В случае разрыва отношений с РФ и переориентации на ЕС белорусы могут получить разве что право свободно выезжать туда на заработки, что приведет к массовой эмиграции и краху экономики, лакомые куски которой приватизируют западные ТНК. Сегодня такая ситуация сложилась на Украине, в Прибалтике, и Белоруссия не станет исключением.
Второй вариант: ориентация на КНР.
На этот путь руководство РБ попыталось встать в октябре прошлого года, когда министр финансов Белоруссии Максим Ермолович заявил, что Минск не планирует брать у Москвы кредит в размере $600 млн.
25 октября Ермолович сообщил также, что Белоруссия рассчитывает до конца 2019 года получить китайский кредит на 3,5 миллиарда юаней (около $500 млн). На тот момент, по официальным данным, Белоруссия была должна России почти $7,9 млрд. Не стоит забывать и о кредитах, выданных Евразийским фондом развития, где существенная часть капитала принадлежит РФ. Имеется также долг перед Россией за строительство БелАЭС – это еще около $10 млрд.
В декабре китайский кредит в размере $500 млн был получен, и существенная его часть пошла на погашение ранее взятых российских кредитов. Надо учитывать также, что китайские кредиты всегда являются связанными и их дешевизна (2 процента годовых) – мнимая. Условия связанного кредита очень жесткие. Не менее 50% финансируемых Китаем инвестиционных проектов должны обеспечиваться китайскими материалами, комплектоваться китайским оборудованием и осуществляться с использованием исключительно китайской рабочей силы. Если на бумаге Белоруссия получает, к примеру, инвестиционный кредит на $1 млрд под 2% годовых (на самом деле там еще обычно набегает 0,25% комиссии за обязательства и 0,25% комиссии за управление, так что правильнее считать – под 2,5%) на 20 лет, то по истечении этого срока вернуть придется $1,5 млрд.
Непосредственно «на руки» Белоруссия получит только $0,5 млрд, вторая половина миллиарда долларов сразу уйдет на поддержание китайского производителя. То есть Белоруссия из $1 млрд связанного кредита берет только $500 млн, отдавая Китаю сразу $500 млн, а через 20 лет еще $1,5 млрд. Фактическая стоимость кредитов оказывается примерно 10% годовых.
Итак, ни Запад, ни Китай не намерены развивать белорусскую экономику. Самым крупным инвестором Республики Беларусь является Россия.
Третий путь: экономическая интеграция с Россией.
Российско-белорусский интеграционный проект является уникальным среди других интеграционных группировок не только на постсоветском пространстве, но и в мире. В сущности, в мировой практике отсутствуют примеры эффективного и глубокого (вплоть до валютного союза) экономического интегрирования двух столь различных по своему экономическому потенциалу государств. Если в случае с НАФТА речь идет об интеграции страны-лидера либо с относительно близким с точки зрения структуры хозяйства государством (Канада), либо со страной, существенно уступающей по уровню экономического развития (Мексика), то в случае Союзного государства интегрируются государства, близкие по уровню экономического развития, но существенно различающиеся по структуре хозяйства и характеру экономической политики. При этом в случае РФ/РБ страна-лидер интеграционного процесса является для своего партнера фактически монопольным поставщиком жизненно важных ресурсов.
В июле 2020 года посол РФ в РБ Дмитрий Мезенцев отмечал: «Экономическая интеграция не угрожает ни вопросам независимости Беларуси и России, ни вопросам суверенитета двух наших стран. Сегодня речь идет о новом позиционировании, повышении конкурентоспособности, поддержке продвижения экспорта товаров на рынки третьих стран».
Программа экономической интеграции РФ и РБ была парафирована сторонами в начале сентября прошлого года. Она рассчитана на полтора года и предполагает частичное объединение двух экономических систем с января 2021 года. Речь идет как минимум о едином Налоговом кодексе, внешнеторговом режиме и Гражданском кодексе, унифицированном учете собственности и сходных социальных гарантиях, почти объединенном банковском надзоре, но с двумя центральными банками, едином регуляторе рынков нефти, газа и электроэнергии и гармонизированном госрегулировании отраслей. Уровень такой интеграции выше, чем в Европейском союзе. Наконец, экономическая интеграция РФ и РБ увеличит рабочие места в обеих республиках, дав дополнительный толчок экономическому росту.
Вопросы эти будут рассмотрены на ближайшей встрече Александра Лукашенко и Владимира Путина 14 сентября. Как отметил пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков, решение наиболее важных вопросов экономической интеграции, в частности вопроса о создании единого эмиссионного центра Российской Федерации и Республики Беларусь, зависит от воли руководства двух стран.
