Священник Николай Буше - потомок французского солдата, который после войны 1812 года остался в России. Вместе с матушкой Натальей они воспитывают четверых детей и стесняются называть себя многодетной семьёй. Говорят: четверо - это очень мало.
Супруги:
- Отец Николай, 39 лет, настоятель храма Святой Живоначальной Троицы г. Тутаева;
- Матушка Наталья, 38 лет, учитель начальных классов.
В браке 17 лет.
Дети:
- Александра, 16 лет, ученица 9-го класса православной школы им. св. Иоанна Кронштадтского г. Тутаева;
- Михаил, 13 лет, ученик 7-го класса;
- Алексей, 10 лет, ученик 3-го класса;
- Мария, 7 лет.
Отец Николай:
- В книге Товита в Ветхом Завете ангел Рафаил говорит Товии про Сарру: «Она предназначена тебе от века, и ты спасешь ее, и она пойдет за тобою». Мне очень нравится эта фраза; она говорит о том, что жена назначена человеку Богом. Одна назначена, вариантов нет. Я просил Господа послать мне жену; молился Царственным мученикам, когда они были прославлены еще только Зарубежной Церковью. Мы с друзьями ездили в паломничество к мощам Петра и Февронии, и все пятеро впоследствии счастливо женились.
С моей будущей матушкой мы были прихожанами одного храма - Тихвинской иконы Божией Матери в Москве. Клирик храма отец Феодор Сапунов духовно окормлял и меня, и Наташу. Мы пели в народном хоре, который он организовал. Как-то отец Феодор благословил нас поехать вдвоем в детский летний лагерь. Туда приезжали из разных городов, но только мы двое ничего не умели делать, и над нами смеялся весь лагерь. Меня отправили печку топить, а у нее было две дверки - побольше и поменьше. Я стоял над печкой и думал: зачем вторая дверка? И вот мы, такие неприспособленные, держались друг друга и сблизились. И вскоре создали семью.
Во сне ему явился незнакомый священник и спросил: «Почему у тебя на все стороны окна есть, а на храм нет?»
Я тогда был мирянином, работал инженером, но позже поступил в Коломенскую духовную семинарию. Наш духовник со временем перевелся в Тутаев, и когда у нас возникли проблемы со здоровьем - мы с детьми начали болеть аллергией, - предложил нам поехать туда, пожить несколько месяцев. Нашему третьему сыну, Алексею, тогда было два месяца. Мы поехали в Тутаев, провели там полгода - нам очень понравилось. И город уютный, и здоровье наладилось. Поэтому мы решили переехать туда насовсем. Через несколько лет, когда я уже учился на четвертом курсе семинарии, отец Феодор перевелся в другую область, а мне предложили занять место настоятеля храма, который он оставлял. На левом берегу Тутаева семь церквей, в пяти службы идут регулярно, в двух - несколько раз в год; но эту нельзя было оставлять без настоятеля, и вот почему.
На
правом берегу Волги жил генерал Сергей Евгеньевич Донцов.
Однажды во сне ему явился незнакомый священник и спросил:
«Почему у тебя на все стороны окна есть, а на храм нет?» Стена
без окон смотрела на Волгу. Сергей Евгеньевич поехал на
другой берег и нашел этот храм - он стоял заброшенным с советских
времен, и никто не собирался его восстанавливать. На кладбище
возле разрушенного храма на одной из могил генерал Донцов увидел
фотографию священника, который явился ему во сне.
Оказалось, это священномученик Михаил Белороссов, в 2000 году
причисленный к лику святых. Сергей Евгеньевич был потрясен. Он
начал искать средства, чтобы возродить храм. Он же предложил
нашему духовнику перейти сюда из Москвы. Храм, где Господь
явил такое чудо, нельзя было оставлять без священника, поэтому я
с радостью согласился занять место настоятеля. Владыка Вениамин
тогда был архиереем только что созданной Рыбинской епархии, он
меня и рукоположил.
Семья священника сталкивается с теми же проблемами, что и остальные семьи. В христианской жизни бывают и скорби; у всех супругов бывают конфликты. Но отличие верующих супругов от неверующих в том, что они живут как бы под колпаком. Бог покрывает их Своей защитой, помогает переносить скорби мужественно. Если у семьи есть духовник - это еще лучше. Он выступает беспристрастным судьей, помогает взглянуть на проблему со стороны, спокойным взглядом. А если муж и жена живут сами по себе, не имея возможности посоветоваться с мудрым наставником, им, конечно, тяжелее.
Я
нередко замечал, что излишне сытая, благополучная жизнь
развращает людей, делает их капризными и недовольными. После
переезда в Тутаев первое время мы жили в доме без газа, топили
печку. Сухих дров у нас не было, топили сырыми. Зажечь их было
настоящей проблемой, кроме того они не давали углей, поэтому
приходилось постоянно подтапливать, буквально каждые полчаса.
Мы себя чувствовали в этом доме как в открытом космосе: вокруг
ледяная мгла, и только здесь, как в корабле, тепло и жизнь. Какая
тут тоска и уныние?! Унывать было некогда, потому что если
замешкаешься - замерзнешь. Такое вышло у нас приключение. Потом
мы переехали в другой дом, там подобных проблем не было. Вскоре
провели газ, и стало лучше, чем в Москве.
Детей мы не воспитываем никаким специальным образом. В воспитании главное - любить детей. Но любовь проявляется и в строгости тоже: строгость способствует формированию нейронных связей в головном мозге. Конечно, мы не идеальные родители. Я стараюсь так выстроить отношения с детьми, чтобы уделять им больше внимания. В ситуациях, когда дети провинились, стараюсь сдерживать свои эмоции, спокойней относиться к проблеме. Детям нужно всё объяснять, у них ведь постоянно возникают вопросы, - и родители должны находить время, чтобы на эти вопросы дать вразумительные ответы. Я часто перечитываю труды митрополита Антония Сурожского: у него огромный опыт осмысления жизни, этот опыт мне помогает в решении моих ежедневных задач.
Храм Святой Живоначальной Троицы г. Тутаева
В маленьком городе с детьми проще. И здесь проще воспитать гражданина и земного Отечества, и Отечества Небесного
На мой взгляд, в маленьком городе с детьми проще. За них не нужно постоянно переживать, они гуляют на свежем воздухе, купаются в Волге, наблюдают за живой природой: здесь по улицам ходят кошки, собаки, козы, коровы. В маленьком городе для детей меньше соблазнов. Они общаются в основном с детьми из нашего прихода; это получается само собой, поскольку верующие и неверующие люди живут будто в разных мирах. Мы нашим детям ограничиваем социальные сети, компьютерные игры - у них просто нет общих тем с детьми, которые постоянно сидят в своих телефонах. Здесь проще воспитать гражданина не только земного Отечества, но и Отечества Небесного. У наших детей жизнь более насыщенная, чем была у нас, когда мы учились в школе. Они говорят, что всем довольны.
Мы не считаем себя многодетной семьей. У нас все знакомые - многодетные родители: у кого семь детей, у кого пять. Это всё в пределах нормы. А у нас четверо - это разве много?
Матушка Наталья:
- В юности я совсем не думала, сколько у меня будет детей. Об этом думала моя мама. Мы вместе ходили в храм, и для мамы было нормой, что в православных семьях рождается столько детей, сколько Бог пошлет. Поэтому она очень переживала за меня: «Как ты будешь? Я не знаю...»
Главное умение, необходимое для брака, - это умение уступать
Я вышла замуж в 21 год. Матушка моего духовника отца Феодора как-то сказала мне: «Ой, вы с Колей - одно лицо!» Я тогда еще не знала, что это за Коля, но матушка нас познакомила. Я посмотрела и думаю: совсем не одно лицо. Однако с этим Колей отец Феодор благословил пообщаться, присмотреться друг к другу. Мы гуляли по центру Москвы, ходили в консерваторию, филармонию. Постепенно мы очень сблизились, и в какой-то момент я поняла, что это мой человек.
Главное
умение, которое мне предстояло постичь за годы брака, -
умение уступать. У меня упрямый характер. И смирить себя под волю
другого человека поначалу было непросто. Но когда на первый план
выходит забота о другом человеке, всё получается. Я была совсем
не против нашего переезда из Москвы, потому что речь шла о
здоровье моего мужа и моих детей. Когда родился наш третий
ребенок, все стали болеть аллергией: она начиналась сразу, как
только сходил снег. Мы консультировались у разных врачей, и все
они, независимо друг от друга, советовали нам уехать из
Москвы. Мы сначала искали какие-то варианты в Подмосковье,
поближе к работе мужа, но уехали в итоге в Ярославскую область.
Мне здесь очень спокойно и комфортно. Удобно, что дети выходят
погулять и за ними можно не смотреть. Здесь тихо, нет такого
шумового фона, как в большом городе, - уже только это
настраивает на мирный лад. Атмосфера, в которой живет семья,
накладывает свой отпечаток и на климат внутри семьи.
В юности я придерживалась идей гуманизма, которые призывают не воспитывать детей, предоставить им почти полную свободу. Но отец Феодор объяснил мне, что детям это не полезно. И уже когда я стала матерью, я убедилась, что мой духовник был прав. Дети боятся самих себя, свобода вызывает у них тревогу; они нуждаются в ограничителях своих действий - детей это успокаивает и создает ощущение безопасности. Кроме того, дети должны четко осознавать иерархию для правильного понимания своего места в мире, для адекватного восприятия себя. В наше время создан культ, когда ребенок находится на пьедестале, а всё вертится вокруг него и всё для него. Это неправильно. Дети должны всегда помнить, что сначала взрослые, а потом они.
Дети должны четко осознавать иерархию для правильного понимания своего места в мире
Мы стараемся научить детей просить друг у друга прощения. Если они этому научатся, им гораздо проще будет жить. В конфликтах, которые неизбежно случаются у детей, мы с папой не занимаем ничью сторону. Кто прав, кто виноват - это второстепенно. За конфликт должны отвечать оба, поэтому оба должны просить прощения. Кроме того, часто бывает невозможно вычислить истинного виновника, потому что дети - хитрые люди. Нужно приучать их к прямодушию.
В конечном счете и отношения с мужем, и отношения с детьми устраиваются в Господе. Когда наш духовник отец Феодор учил греческий язык, он перевел на русский заповеди семейной жизни. В десятом пункте сказано: «Брак есть "Таинство велие", которое начинается с церкви и обновляется на Божественной Литургии и в Таинствах Церкви». Я вижу в этом ключ к единению супругов. Чем ближе мы к Господу, тем ближе друг к другу.
