На днях на сайте газеты «День литературы» появилась одна очень примечательная публикация: редакция выложила отрывки из новых книг Александра Малиновского «Свирель запела на мосту» и «Голоса на обочине». Ну, проза и проза, дела, казалось бы, литературные. Но - что характерно - это не совсем проза, то есть не совсем «фикшн» (вымысел), а точнее говоря - совсем не «фикшн». Разговоры с людьми, обрывки человеческих судеб, в основном военное и предвоенное лихолетье.
Этим нас тоже сегодня особенно не удивишь, помимо вавилонов прочитанных и непрочитанных мемуаров, ещё и в каждой избушке - свои, как говорится, родовые погремушки времён Гражданской и Великой Отечественной.
Но Малиновскому удалось. Не то, чтобы удивить (зрелый и признанный мастер этим не будет заниматься), а именно - сказать что-то новое... Потому что от тех «избушек», про которые говорит писатель - не осталось даже «погремушек»...
И в самом деле, кто сегодня из наших соотечественников, до конца недоизнасилованных контрибутивным небратским «голодомором», помнит про Голодожор? Про трагедию русского Поволжьяв 1921-22 годах?
А вспомнить стоит. Вот отрывок воспоминаний одного из немногих выживших, приведённый Малиновским:
«А мор продолжал косить народишко. Ели корни и камыш. Разные мослы, которые много лет валялись в пыли, начали сушить и тереть. Получалась костная мука. Ели речной ил, глину...
Так было и у нас, и в других местах. Дети и взрослые ежедневно ползли в помещение сельсовета с милостью дать хлеба. Кто высохший, как скелет, кто до безобразия опухший.
С наступлением холодов ни травы, ни кореньев не стало. Поели почти всех собак и кошек. Ели всё, что казалось съедобным.
Тут уж начали вымирать целыми семьями. Обезумевшие родители бросали замерзать своих детей на морозе в поле.
Пока земля не замёрзла, как-то ещё хоронили. И то не везде. Уцелевшие, одичавшие собаки растаскивали трупы. В нашей деревне умирало человек по шесть в день. Маленькие дети от голода грызли себе ручонки. Их связывали.
Начали есть древесные опилки, размалывали ветки молодняка. Спасало не надолго. Болели и мёрли.
...Тут зачали воровать трупы с могилок. Перестали приносить умерших детей на кладбище, оставляли для еды.
Я раньше читал тогда, что людей едят. Но это там где-то, за семи морями, а тут у нас...»
Дальше - не легче. От слова совсем.
И возникает законный вопрос: а кто же это всё устроил на землях одной из богатейших земледельческих губерний России? Можно сказать, конечно, про засуху 1920 года, про Гражданскую войну... Но и засуха, и Гражданская война были на всей 1/6 мировой суши, так почему же где-то жрали сало, запивая горилкой, и скакали друг за другом на тачанках, а где-то - уже прочно осев под новой властью - ели друг друга?
У такой вот локальной разрухи должны же быть свои персональные имя и фамилия? И они есть - руководил Самарским губкомом «выдающийся российский (с чего бы?) и украиньский революционер», уроженец городу Чернигова, товарищ Антонов-Овсеенко. И руководил гарно. Лихо отчитываясь перед центром, увеличивая нормы продразвёрстки. Благодаря чему в одном только Пугачёвском уезде от голода погибло по официальной статистике 88 000 человек. Согласно опять таки официальной статистике потери от голода по всей двух с половиной миллионной губернии составили от 15 до 30 % - то есть до трети населения, а количество голодающих приблизилось к 94 %.
Таким вот именно образом справжний украиньский революционер приближал русским людям светлое будущее. С привкусом человечинки.
Но он ли один? Начинаешь знакомиться с биографиями основных погромщиков - и аж дух захватывает от небратства! Один из устроителей чудовищного террора на территории России, теоретик и практик расказачивания, раздворянивания, разкрестьянивания, разкупечивания и разцерковлевания Лев Давидович Троцкий (Бронштейн) - украинец! Уроженец села Яновка, Елисаветградского уезда, Херсонской губернии. Его помошник и подручный, палач русского народа Герш Аронович Зиновьев - тоже украинец, уроженец (18830923) Елисаветграда. Прославленный террорист и революционный душегуб (по одной из версий - убийца Есенина) Я́ков (Симха-Янкев Гершевич) Блюмкин - опять украинец, уроженец Одессы!
Стоит ли говорить,что «прославленный» председатель Петроградской ЧК Моисе́й Соломо́нович Ури́цкий - так же украинец, уроженец Черкасс, Киевской губернии!
Далее, если вы до сих пор и сомневались, то знайте: основатель ГУЛАГа вовсе не кровавый тиран Сталин (уроженец Тифлиса Джугашвили), а оборотистый украинец Нафталий Френкель, уроженец Одессы, начавший свою торгово-революционную карьеру в Мариуполе!
Да и у всех остальных погромщиков и упырей русской истории 20-30-х годов ХХ века, даже и уродившихся в Москве или Нижнем Новгороде (как, например, цареубийца Свердлов) - совершенно очевидные украинские корни!
Если же кто-то усомнится в «украинстве» вышеозначенных персонажей и попробует отказать им в несомненной щирости и однозначной свидомости, то мы спросим: а чем они хуже нынешних президента и премьер-министра украинцев Порошенко или Гройсмана? Человек, который задаст такие нехорошие вопросы, на всю жизнь получит от нас одно очень неудобоносимое клеймо! И больше ему никто и никогда руки не подаст и по телевизору не покажет!
Так вот теперь и задумаемся - какой погром учинили украинцы на территории России в 20-30-х годах ХХ века! Ведь даже голод и людоедство, учинённые Антоновым-Овсеенко в Поволжье, его подельники, украинцы Троцкий с Зиновьевым использовали, чтобы разгромить Русскую Церковь под видом «изъятия церковных ценностей на помощь голодающим». Помощь голодающим с чудовищным опозданием, но всё-таки пришла, правда, американская и по линии «Красного креста». А вот большинство храмов, лишённых церковной утвари, оказались закрыты.
Но вернёмся к историческим счётам... Если всё это посчитать и предъявить соседям-небратьям, то даже возмещая ущерб остатками советской промышленности и инфраструктуры - выплаты займут весь XXI век, а уж если смотреть реалистично - с неизбежным возвратом в мазанки и на хутора - то горилкой и салом и до начала Третьего тысячелетия не откупятся...
