У нас, на передовой, история с актером не вызвала абсолютно никаких эмоций или тревог. Тут нет разницы между нарядом Деда мороза и костюмом журналиста. На передовой просто стреляют во все, что шевелится. Так тут принято. Так было принято всегда - если ты находишься на одной стороне, то автоматически становишься мишенью для другой.
Пореченков около часа был мишенью, но никто из комнатных критиков этого не заметил и не оценил. Тем более, что позиции ополчения и город Донецк в целом, силы АТО предпочитают обрабатывать безглазыми снарядами и минами. Иногда - ракетами. Аэропорт обрабатывают вообще без остановки. Мы представляем, как там было с Пореченковым.
Приехали в аэропорт - вроде тихо. А потом - один пристрелочный, и понеслось! Схватил первый попавшийся броник и каску, и надел на себя. Грязный, пыльный, в крови - надел любой и залег под цоколь. Или сел в дверном проеме. Затаился, беседуешь с Богом. Ждешь когда кончится. Бронежилет греет, кстати, как хороший ватник. А еще «удобнее собирать, не разлетишься далеко» - так цинично шутят в этих краях. На самом деле, большинство смертей тут происходит от множественных поражений осколками и потери крови - людей редко рвет на куски. А от осколков «броник» вполне себе защищает и примеров практических - множество. Вот только для журналистов тут скидок не существует. И никто здесь не будет читать в оптику надписи Press и, согласно международному праву, перенацеливать артсистему. Влупили по заданным координатам и все.
Вот если бы Пореченков стрелял из пушки или миномета, это было бы честно. По нему-то стреляли, и ничего! И никто слезы по этому поводу на Украине не льет. Им как-то российских журналистов совсем не жалко. Мы это поняли еще в июне и всегда надевали поверх наших ярко-бирюзовых броников футболки или рубашки. А чехлы с касок, такого же дикого цвета, даже не вынимали из сумок. Нужно быть полностью сумасшедшим, чтобы таким кислотным одуваном разгуливать по позициям. Пристрелят с той стороны просто ради интереса: «А что там сияет? А кто это?» Лучше не заниматься самопрезентацией в окопах, это не Интернет.
На самом деле ведь хору гневных критиков глубоко наплевать, отразится ли невинная стрельба артиста по мишеням на безопасности журналистов. Стрельба - лишь повод для взаимного переливания желчи, корежит их не это. Инакомыслие для таких - как лишайный зуд, по которому чем дольше скребешь, тем сильнее чешется. Пореченков приехал и честно и открыто сказал: «Мы за вас». Без малодушной эквилибристики на двух стульях. Осознавая последствия. Без лукавства, которым пропитано заламывание рук «либеральной общественности». Нет, ну правда, мы с трудом представляем сюжет на «Дожде» о том, что спецкору Lifenews Семену Пегову теперь придется очень тяжело. Его подставил коварный актер, надев журналистскую кевларовую шапку. В «Новой газете» вряд ли будут сильно переживать за Стешина или Коца. Редакция «Эха Москвы» не будет больше трястись за коллегу Евгения Поддубного.
А Пореченков, напомним, артист, а не журналист. И никаких конвенций он не нарушал. В отличие, к примеру, от украинского журналиста «Громадьского ТВ» Романа Скрипина. В Интернете есть ролик, как репортер на базе «Правого сектора» в зоне АТО проходит стрелковую подготовку: автомат Калашникова, пистолет Стечкина, бронежилет с разгрузкой - вот это все. Он не подставляет журналистов? Где обличающие сюжеты? Или для единомышленников «не считается»?
