Попалась мне тут случайно книжонка. Детская.
На обложке – задница с руками-ногами и с глазами, и с такими же атрибутами куча дерьма.
«Детектив Пукаро» называется.
Главный герой – частный детектив в образе задницы. А его антипод – преступная коварная какашка.
«Сюжет» разбирать, понимаем, нет никакого смысла.
Удивляет обилие рекламы и то, что книжонку суют чуть не в каждом «хлебном магазине».
Японцы написали.
Укропы переиздали, а сейчас, вот, и у нас.
Поисковики трещат от рекламы, стоит набрать название.
Копаем чуть глубже, да тут не то, что серия подобной «детской литературы», а целая заднициада и каканиада!
Отвлекусь на своё детство 60-х и начала 70-х.
Слова «ж**а» и «г***о» в те времена считались плохими и не употреблялись, ну, разве только курящими столичными женщинами, и то редко.
Ехал с отцом после его работы в сад на раме велосипеда, торопились, поскольку даже в июне до темноты оставалось поработать каких-то два-три часа, включая перекус в виде солёного подлещика с хлебом, квасом и зелёным луком.
Съезжая с крутого пригорка к мостку через ручей моя нога в кожаном сандалике попадает в спицы переднего колеса. Оба летим через переднее колесо кубарем, велик, дрындя звонком сверху. Отец подымается, глаза страшные, круглые, произносит: «Ж**а!!»
Для меня мир в этот момент перевернулся, ну, как будто вот он, конец света.
Отец тотчас кинулся осматривать меня, не поломался ли малой-старшой, а я и не вижу и не чувствую, что крепкий сандаль надорван, а с верхней части стопы кожа содрана и кровь сочится. Отец произнёс ЭТО слово!
Сейчас, конечно, не 60-70-е, но помилуйте, зачем об «увлекательных приключениях» задницы и г***а читать нашим детям?
Но, смотрите, из каждого утюга доносится: «Долгожданная новость, встречайте наш крайне неожиданный анонс! Мы запускаем серию комиксов для всей семьи, полную увлекательных игр, ярких персонажей и забавных историй!».
И, далее, бесконечно всё в том же роде: «Благодаря красочным иллюстрациям и обаянию Пукаро комикс не оставит равнодушным никого, так что смело делитесь им с детьми, родителями, бабушками и дедушками, а также младшими братьями, сёстрами, племянниками и племянницами».
Друзья, а как же Маршак, Барто, Михалков, Бианки и Пришвин?
Зачем нам японские мерзости, тем более детям?
Вопросы отнюдь не риторические.
И, наконец, кто банкет заказывает, господа?
Или кто-то думает, мол, ничего личного, голая коммерция?
А по сути, это что же получается, пока наши лучшие мальчишки складывают головы под ненасытными вражескими дронами, тут кто-то жирует на разврате их же настоящих, а потом и будущих детей? Детей нашей страны, или чьей?
В иные времена могли и расстрелять инициаторов и заказчиков этого, с позволения сказать, проекта – по законам военного времени.
Мне помнится публикация в «Комсомольской правде» статьи-расследования Александра Коца и Дмитрия Стешина (ныне известные военкоры на СВО) «Татарстан: огненное крещение». Статья была о массовом сожжении православных церквей в Республике Татарстан радикальными исламистами. Тогда «чудесным образом» (конечно, не по поручению региональных властей) весь тираж этого номера газеты был изъят и уничтожен, осталась только интернет-версия.
Могут ведь, когда земля из-под ног уходит. А тут – дело детей наших касается, да не в каком-то одном регионе, а во всей стране!
Вообще, на что рассчитывают эти «просветители» и «коммерсанты»?! Ведь не все мужчины на войне погибнут, по возвращении спрос будет, не сомневайтесь!
Пока же вопрос, а что прокуратура Российской Федерации? Вы живы, или где?
И что, ваши эксперты, они только на «русский экстремизм» заключения писать умеют?
Обидно, друзья, за державу...
Михаил Юрьевич Щеглов, председатель Общества Русской культуры РТ, ст. лейтенант ВС России, участник СВО
2.
1. О копрофилии в японской культуре