Лингвооккупация-2

Полтора года назад, пройдя по Мясницкой, Никольской и Малой Дмитровке, я аккуратно посчитал и разделил на категории уличные вывески. Подавляющее большинство последних было выполнено на латинице. Как же так?! Столица России визуально напоминает не центр русской цивилизации, а транзитную зону дубайского аэропорта…

В результате я опубликовал в газете «Завтра» статью «Лингвооккупация». Статья, видно, уловила «дух времени». Ибо через несколько месяцев Госдумой был принят специальный Федеральный закон, обязывающий коммерсантов при создании «вывесок или иных средств размещения информации (надписей, указателей, информационных табличек, информационных знаков, конструкций, сооружений, технических приспособлений и других носителей, предназначенных для распространения информации при осуществлении торговли, бытового и иных видов обслуживания потребителей)» использовать исключительно русский язык.

«Ура! Свершилось! Победа!» — подумал я.

Однако после 1 марта 2026 года (даты вступления данного закона в силу) на улицах Москвы и других городов России мало что поменялось. Я прошёл тем же маршрутом и увидел, что обстановка прежняя: первопечатник Иван Фёдоров стоит на постаменте и молча смотрит на подавляющее обилие вокруг себя вывесок иностранных фирм.

Что происходит? На первый взгляд, кажется, что налицо гнусный саботаж, что новый Федеральный закон нагло игнорируется владельцами столичных магазинов и ресторанов. Но нет! Просто упомянутый закон, как выяснилось, не применим к фирменным наименованиям и зарегистрированным товарным знакам.

Товарный знак, по определению, может включать в себя любые символы: иероглифы, криптограммы, руны, пляшущих человечков, знаки зодиака, ну и латинские буквы тоже.

Поэтому там, где должна была бы возникнуть вывеска «Кофейня», и по сей день красуется бренд «Coffeeshop Company». Где должна быть «Парикмахерская», сверкает запатентованная надпись «Hair Studio».

Закон действует? Да, действует. Но действие его избирательно. Примерно так, как действует запрет на мат в российских социальных сетях.

По факту в некоторых местах города надпись «Exit» была заменена на «Выход», а табличка «Open» — на «Открыто». Вот и всё!

В рамках этой лукавой парадигмы главный видеохостинг России — это Rutube, главный национальный мессенджер — это Max, а главный отечественный внедорожник — Lada Niva Travel.

Напомню, что Лада, по Рыбакову, — одно из божеств языческого славянского пантеона, покровительница любви, красоты, семейного очага и плодородия.

Что случилось со всеми нами, что мы от Лады и нивы перешли к Lada и Niva?

Всем понятно, что параллельно с войной дронов идёт война смыслов, война букв, война заголовков. А в это время центр Москвы напоминает дьюти-фри, где всё своё стыдливо прячется, а чужое горделиво выпячивается.

Можно бесконечно долго говорить про несубъектность Зеленского, который всего лишь актёр, нанятый на период войны глобалистским Синдикатом. Но куда сложнее обосновать собственную национальную идентичность в тот момент, когда Lada поехала в Travel.

Нельзя быть одновременно грозной империей на поле боя и ментальной колонией Запада в центре столицы!

Принятый прошлым летом «Закон о вывесках» — это половинчатый, совершенно бесполезный демарш, скорее, не решающий задачу, поставленную Президентом.

Мне скажут, что зарегистрированный товарный знак — это священная корова патентного права, что Бернская конвенция превыше всего. Но, как говорится, было бы желание…

Чтобы первопечатник не грустил, следовало бы обязать коммерсантов, не меняя свои товарные знаки в документах, буклетах и на сайтах, перевести все уличные вывески на кириллицу посредством элементарной транслитерации с сохранением дизайнерских особенностей товарного знака. Так угнездившаяся у памятника Фёдорову на Охотном ряду чёртова британская(!) Bentley превратится в столь же ненужную русскому миру, но адаптированную «Бентли». А французская(!) фирма дорогих шмоток Zilli станет, например, «Зилли».

В советском детстве — моём и вашем — продавалась в бутылках не Pepsi, а «Пепси».

Язык — карта реальности. Если карта у нас чужая, то страну свою мы не узнаём.

Сколько можно переживать на тему «Что скажет евроцентричная княгиня Марья Алексеевна»?

Нам не подходит европейский камзол. И не только потому, что мы в него не влезаем из-за размеров своих. Он не подходит потому, что камзол этот чужой, не нами и не для нас сшитый.

Если мы продолжим огульно ругать и презирать всё русское и восхвалять всё иностранное, если мы разрешим Wildberries, Ozon, Beeline, S7 и дальше сиять латиницей в двух шагах от Кремля, то наша самость сойдёт на нет. И тогда ни о какой отдельной русской цивилизации не может идти речи.

Когда русские компании регистрируют свои бренды на латинице — они выступают против собственной страны, против её культуры. Это скрытый призыв к капитуляции перед Западом, лингвистический коллаборационизм.

Впереди время нестандартных решений, время резких неожиданных ходов, которые не сможет заранее просчитать враг.

Депутаты, примите новый, нормальный Закон о вывесках. Не бойтесь, богиня Лада вас за это не накажет!

Андрей Александрович Фефелов, главный редактор телеканала «День»

Впервые опубликовано в газете «Завтра»