За шумной какофонией сиюминутных новостей прошёл почти незамеченным уникальный материал. Речь идёт о блестящей работе Вована и Лексуса, которые под личиной некоего украинского чиновника разговорили Скотта Карпентера — управляющего директора «Джигсо», «дочки» компании «Гугл», отвечающей якобы за кибербезопасность.
Что же такое «Джигсо» на самом деле? Оказывается, это структура, занятая «масштабированием фокус-групп до общенационального уровня с помощью ИИ» и многими другими важными направлениями. Иными словами, это инструмент цифрового управления в руках той силы, которая, перефразируя классика, «вечно хочет блага, но совершает зло». Речь о глобалистском Синдикате, пресловутом Дипстейте.
Родившись в 2010 году как исследовательский клуб «Идеи Гугл» под крылом яркого деятеля транснационалов Джареда Коэна, бывшего советника Кондолизы Райс и Хиллари Клинтон, компания работала на стыке технологий и геополитики, организуя закрытые форумы с хакерами, дипломатами и правозащитниками для обсуждения обхода интернет-цензуры в суверенных государствах. Сочетание технических решений с политическим анализом отличало её от классических ИТ-лабораторий.
Эта контора превратилась в мозговой штаб технолиберальной доктрины. В 2015 году «Идеи Гугл» переименовали в «Джигсо» (с англ. — «головоломка»). Ребрендинг сопровождался стратегическим сдвигом: не просто аналитика, а создание конкретных инструментов. Команда объединила специалистов по машинному обучению, кибербезопасности и политологов. Так появился «Перспектив API» — алгоритм для выявления токсичных для глобалистского проекта комментариев, который позже стали использовать подконтрольные Синдикату так называемые мировые СМИ и Википедия.
Очередное их детище — платформа «Аутлайн», цель которой — «помощь людям в странах с интернет-цензурой», что, по сути, означает создание в недрах суверенных государств цифрового подполья, которое нельзя заблокировать. Поскольку старые VPN-сервисы правительства научились вырезать скальпелем, «Джигсо» пошла другим путём, внедряя свой VPN не как отдельную программу, а как часть обычных приложений, внутрь которых встроен защищённый туннель в глобальную сеть.
Организация Коэна формально занята «защитой цифровых прав», а на деле — это отмычка для взлома цифровых суверенитетов. Но цифровые права, по мнению «Гугла», должны быть не у всех. Государствам отказывают в праве на национальный интернет и навязывают тот самый «открытый» интернет, который «открыли» им цифровые маги из «Гугла».
Вот выжимка из этой показательной беседы:
Вован и Лексус. Будет ли «Гугл» и дальше блокировать российские каналы?
Скотт Карпентер. По моей оценке, действующая политика останется в силе. Всегда остаётся вопрос, что можно сделать дополнительно? «Гугл» всё ещё может предпринять какие-то действия в глобальном масштабе. И это окажет реальное и ощутимое влияние и на Россию.
Вован и Лексус. Я слышал историю о российских судах и ситуации вокруг «Гугл» в России. Они пытаются добиться от «Гугл» выплаты очень больших штрафов.
Скотт Карпентер. Да, я думаю, что они предпочли бы, чтобы мы добровольно покинули страну. Но у нас нет намерения это делать. Так что да, давление на «Ютуб» продолжает усиливаться. Сейчас есть определённые каналы, которые они пытаются закрыть или создать для них проблемы. Но мы поддерживаем присутствие в России «Ютуба» в максимально возможной степени. И мы знаем, что многие россияне, включая многие организации, которые являются экспатриантами, например из стран Прибалтики, выступают против Путина и активно работают на аудитории внутри России. Я многих из них знаю и уважаю. Многие из них полагаются на «Ютуб», используют платформу для своих каналов и для общения с людьми в России.
При этом монетизации «Ютуба» в России нет. Мы не зарабатываем деньги в России. Но с точки зрения общественных услуг и связи с внешним миром «Гугл» принял решение продолжать работу в России до тех пор, пока это возможно.
Вован и Лексус. Я имею в виду, что крайне важно продвигать украинский контент на российскую аудиторию, например через «Ютуб». Вероятно, у вас есть специальный алгоритм для этого.
Скотт Карпентер. Как правило, это касается информационных сообщений и тому подобного, например связанных с COVID-19 во время пандемии или других критических моментов, когда необходима информация. Когда происходят кризисы, мы продвигаем государственный контент, связанный с этими чрезвычайными ситуациями. Поэтому бывают случаи, когда в рамках определённых кампаний «Гугл» выделяет средства на финансирование этих мероприятий, чтобы увеличить объём рекламы. Ведь есть способы продвижения контента через рекламу.
Вован и Лексус. «Ютуб» был очень важен с первых дней войны. Конечно, мы размещали много рекламы на «Ютубе», направленной на российских граждан. Поэтому они в первые дни войны получали достоверную информацию о том, что происходит на самом деле. И за это мы вам очень благодарны.
Скотт Карпентер. Мы знаем, кто хорошие парни. И мы стараемся делать всё возможное, чтобы оказывать поддержку.
Вован и Лексус. Но что нам нужно делать сейчас? Мы ведь должны запретить российскую пропаганду. Это большая угроза.
Скотт Карпентер. Да, но это очень сложно. Потому что внутри государств нет консенсуса. Если бы ЕС заявил, что этот контент стал угрозой национальной безопасности Евросоюза и потребовал бы от нас каких-то действий, то, я думаю, они были бы немедленно предприняты. Но если, например, российское правительство потребовало бы удалить некий пропагандистский контент, мы сказали бы: «Нет, мы этого делать не будем».
Вован и Лексус. Ещё один вопрос: что делать с российскими певцами, представленными на «Ютубе»? Ведь они имеют большое влияние на Украине. Некоторые из них уже в чёрном списке, уже под санкциями, но они всё ещё представлены на «Ютубе».
Скотт Карпентер. Если ты направишь мне список фамилий, то я сообщу, смогу ли я привлечь дополнительное внимание к тем лицам, кто ещё не запрещён на «Ютубе».
Вован и Лексус. Хорошо, я передам тебе список российских каналов на «Ютубе», чтобы вы обратили на них больше внимания.
Скотт Карпентер. И, пожалуйста, когда ты это сделаешь, просто укажи вверху письма или где-нибудь, что все эти каналы остаются доступными в нарушение такой-то директивы. Мне не нужно предоставлять сами эти документы. Мне это нужно, чтобы сказать, что в соответствии с таким-то законом, с такой-то директивой или постановлением Евросоюза эти каналы должны быть запрещены, а они на данный момент остаются доступными. Это чтобы я мог дальше направить эту бумагу. Хорошо?
Вован и Лексус. А кто работает над этим вопросом на «Ютубе»?
Скотт Карпентер. Это огромная команда. Мы получаем тысячи и тысячи, десятки тысяч, сотни тысяч запросов в день от государств всего мира с требованием удалить контент.
И обычно мы не предпринимаем никаких действий, потому что у нас есть своя независимая оценка. А запросы из таких мест, как Россия, мы просто игнорируем, потому что эта страна находится под санкциями многих других стран. Но нужно понимать, что как глобальная компания с глобальным охватом мы должны делать всё возможное, чтобы соблюдать правила отдельных юрисдикций. Но по вопросам контента мы, как правило, действуем, основываясь на нашей собственной политике. На «Ютубе» есть огромная команда, которая занимается этими вопросами. Есть вещи, которые мы сами удаляем по другим причинам, хотя они не обозначены как незаконные во многих странах.
Вован и Лексус. Хорошо, хорошо. Надеюсь, когда-нибудь снова увидимся лично.
Скотт Карпентер. Я знаю, что сейчас в мире очень и очень сложные времена. Особенно с началом войны с Ираном и с тем, что люди отвлечены на новый кризис вместо того, чтобы сосредоточиться на критически важной битве, в которой вы участвуете. Так что держись.
Комментарий редакции:
Итак, перед нами функционер мирового правительства, занимающий высокую позицию в системе глобального управления через цифру. Интересно признание Карпентера в том, что «Гугл» из России ни за что не уйдёт. И дело не в заработке, ибо монетизация «Ютуба» здесь отключена. Дело во влиянии, которое можно оказывать на общество. То есть «Гугл» и «Ютуб» — это не про деньги, это про власть.
Также в диалоге всплывает механика продвижения нужного политического контента через рекламу. Пока обыватель смотрит ролик про выпечку и котиков, алгоритм в режиме автопилота в рекламные промежутки гонит ему в мозг антиправительственную нарезку.
Обратите внимание на риторику: Карпентер ждёт директив всегда именно из Евросоюза. Притом, что «Гугл» формально американская компания. Не потому ли, что глобалистский Синдикат перевёл центр управления из США в Европу?
Забавляет то, как осуществляется ручное управление чёрными списками. Корпоративный модератор без особых разбирательств, по одному лишь запросу «дружественного чиновника из Украины» удалит из инфополя неугодных российских артистов. Достаточно сделать пометку в письме «данный контент нарушает такую-то директиву ЕС». Добро пожаловать в цифровой феодализм!
В финале Карпентер делает ещё одно программное заявление: Украина сейчас важнее Ирана. Для него кризис на Ближнем Востоке — это помеха, отвлекающая внимание от «критически важной битвы», ведущейся против России.
Что ж, нам остаётся лишь радоваться, что «Гугл» уже не сможет открыто и в полном объёме собирать с помощью специально обученного ИИ стратегические данные о России, а также влиять на сознание миллионов наших граждан, которые ещё вчера сутками «зависали» на откровенно вражеских цифровых платформах.
Андрей Александрович Фефелов, главный редактор телеканала «День»
Впервые опубликовано в газете «Завтра»
