В среду, 9/22 января, в поселке Вырица в 11.00 часов дня почила подвижница благочестия схимонахиня Иоанна (Краевская). В православной среде она была более известна как блаженная матушка Людмила Николаевна.
Она прожила 87 лет жизни. За несколько лет до кончины приняла постриг в честь Апостола любви Св.Иоанна Богослова.
Последние 6 лет жизни блаженная прожила в благословенной Вырице.
Отпевание будет совершено проходить в Казанском храме Вырицы в пятницу, 24 января в 12 часов.
Похороны пройдут на Вырицком сельском кладбище, хотя можно было бы похоронить и на кладбище у храма!
Кстати, знаменательно, что весть о кончине блаженной Людмилы застала меня в Мемориальной Квартире св.Иоанна Кронштдтского, где я и послужил сразу же литию по ней.
Царство Небесное и вечный покой
новопреставленной схимонахине Иоанне, -
блаженной матушке Людмиле!
Пусть Господь упокоит её душу в месте,
где пребывают блаженная Любушка Сусанинская,
блаженная Наталья Вырицкая,
блаженная Мария Самарская,
и сама блаженная мати наша Ксения Петербургская!
Предлагаю Вашему вниманию мои воспоминания о встречах с блаженной Людмилой:
Череда необычных событий, которые происходят со мной в последнее время, продолжилась сегодня встречей с Людмилой Николаевной Краевской.
Многие православные петербуржцы знают ее и называют блаженной Людмилой.
Я с ней познакомился ещё в конце 1980-х, когда только поступил на работу в Музей Достоевского. Людмила Николаевна жила неподалеку у Владимирской площади и часто заходила в музей на духовные вечера, которые я проводил в то время.
Она всегда имела какой-то неземной благообразный вид, на её главе неизменно был белый платочек, она всегда улыбалась, а её глаза светились какой-то непонятной радостью, как будто она пришла с какого-то праздника. Она всегда что-то дарила, в основном продукты.
Откуда у неё, как у фокусника, появлялись в руках подарки, я не мог понять. При этом она, ни о чём не спрашивая, обязательно наставляла, что нужно делать, то поднимая глаза к небу, то опуская их в землю, причем говорила всегда очень конкретные вещи, куда нужно было пойти, кого встретить, кому помочь.
В общем, когда я её видел, меня посещала мысль, что вот такой, наверно, могла быть в жизни и блаженная Ксения. Поэтому я всегда радовался встречам с Людмилой Николаевной.
Хотя за её благостной улыбкой, как оказалось, стояла большая материнская скорбь. Позже я узнал, что её единственный сын Андрей был под следствием в заключении, она о нём постоянно молилась, посещала в тюрьме, несла за него особые подвиги и приносила особые милости.
За эти годы - даже десятилетия - я встречал её много раз, но всегда как-то неожиданно. Она появлялась без предупреждения, чаще с кем-то из своих почитателей, всегда куда-то торопилась, быстро что-то дарила, что-то говорила и уходила. Пространных бесед и наставлений никогда не вела.
Причём, я заметил, что появлялась она в какие-то важные моменты моей жизни. Помню её в музее Достоевского на вечерах, помню её во Владимирском соборе в день, когда я был рукоположен во священника, помню, когда я был назначен настоятелем храма Леушинского подворья.
О последнем случае хотел бы рассказать подробнее.
11 ноября 1999 года митрополит Владимир назначил меня настоятелем храма св.Иоанна Богослова на историческом Леушинском подворье. До этого я по благословению благочинного уже служил два раза Литургию на подворье. Но теперь мне предстояло служить свою первую литургию в качестве назначенного настоятеля. В то же время я оставался настоятелем и храма свв.Апп.Петра и Павла в Сомино, где у меня было уже составлено расписание служб на ноябрь. Поэтому я решил первую Литургию на Леушино послужить 4 декабря на Введение во храм, тем более, что именно в этот день храм был освящен в сослужении отца Иоанна Кронштадтского.
Собственно, храм располагался тогда на четвёртом этаже, представлявшем собой межэтажное перекрытие советского времени. В психдиспансере в разное время здесь были цех трудотерапии со швейными станками, актовый зал со сценой. Эта сцена в верхней части алтарной апсиды и стала нашим первым алтарем.
Начинали служить мы поздно, поскольку в храм можно было попасть только через психдиспансер, когда туда приходили его сотрудники. В тот день, придя на службу, я увидел, что меня уже кто-то опередил. Прямо у порога лежал придверный коврик, которого не было ещё накануне. На столике стояла сумка с банкой варенья и просфорами в целлофановом пакете.
Я спросил дежурного врача Александра Васильевича, откуда это появилось? Он пояснил: «Кто-то из ваших принёс, какая-то старушка приходила, мы ей открыли».
Потом я узнал, что это была блаженная Людмила Николаевна. Просфорки очень даже пригодились на службе, варенье на трапезе, а коврик для чистки обуви. Тогда я для себя так понял дары Людмилы: придверный коврик означал приглашение в храм, просфоры — просьба о молитве, варенье — пожелание домашней «сладкой» жизни на подворье.
Всё это было в 1999 году. С того времени просфоры потребили, варенье закончилось, коврик давно истоптался...
Не скажу, что все эти годы я вообще не видел Людмилу Николаевну. Я её встречал, но как-то поспешно, на ходу. Изредка она бывала и на подворье, и в святой квартире о.Иоанна в Кронштадте.
Но последние несколько лет я её действительно видел всего один раз мельком. Каково же было моё удивление, когда она сегодня с утра пораньше, конечно, по питерским меркам, то есть ближе к полудню, вдруг неожиданно явилась в Квартире св.Иоанна Кронштадтского, как всегда в белом тонком платочке несмотря на зиму и со своей блаженной улыбочкой, и обычным конвоем, на этот раз в лице пюхтицкой монахини и некоего раба Божия. Она тоже была удивлена неожиданной встречей.
По этой ли причине, или по другой, но она меня назвала так, как давно уже никто не называет: «Гена, это ты?»
В первый момент я даже не понял, что это ко мне. Так меня называла моя мама. «Как хорошо, что я тебя встретила. Не думала встретить, но встретила. Значит, я должна была тебя встретить», - сказала она.
Хотя прошло уже почти 30 лет, как я её знаю, как ни странно, за это время она почти никак не изменилась, оставаясь всё той же и всё такой же, как и была.
Я неожиданно для себя спросил: «Людмила, а сколько тебе лет будет?»
- «В это году уже 80»
- «А мне в следующем 60. Скоро догоню...»
В разговоре Людмила Николаевна часто неожиданно переходила от одной темы к другой...
Вот и тут она ещё толком не поприветствовавшись, сказала: «А вчера мы были в Мариенбурге у отца Александра Сухарского. Вот где тебе нужно побывать...»
Я прежде никогда не слышал этого имени и переспросил его фамилию: «Сухатский?...»
- «Сухарский...»
- «Кто же он такой? Где служит?»
- «Так он уж когда умер-то...»
- «Когда же он умер?»
- «Так я и не помню. Всё запомнишь ли?! Да это и неважно совсем...»
- «Так кто же он такой, скажите?» - я не мог понять, о ком идет речь.
«Так вот поезжай и узнаешь, - уходила она от ответа, - Его гнали, и тебя гонят. Его тоже сняли с храма в Мариенбурге. Сколько сделал, а всё равно сняли. Большие скорби потерпел. А Господь его утешал и поддерживал. Он был духовное чадо отца Петра Белавского. Вот и похоронены они рядом у алтаря Покровского храма в Мариенбурге...»
Она посмотрела мне в глаза, в её глазах я увидел сострадание.
«А знаешь, какое чудо ему Господь показал в Святой земле? Матушка, расскажи ему про косточку», - обратилась Людмила к пюхтицкой монахине.
Та с готовностью рассказала совершенно необычайную историю. Отец Александр был в паломнической поездке по Святой Земле с группой паломников. Они посетили пещеру, в которой хранятся мощи мучеников, пострадавших при персидском царе Хозрое в 628 году. Пещера отделена решеткой, а мощи почивают открыто. Во время молитвы в пещере неизвестно откуда появился кот, который взял зубами одну косточку и вынес её из пещеры под решеткой, положил рядом с отцом Александром и убежал. Пораженный экскурсовод громко сказал: «В вашей группе есть святой. Господь благословил вам частицу мощей...»
Отец Александр решил не искать святого, а разделил косточку на две части. Одну оставил себе, а вторую разделил на частицы и раздал всем свидетелям это чуда.
После этого рассказа я ещё больше заинтересовался личностью иеромонаха Александра. Мне рассказали, что он был ревностным служителем Церкви, в духе своего наставника протоиерея Петра Белавского, что постриг он принял вместе со своей матушкой, жил на квартире в Мариенбурге, где сохраняется его моленная комната. В ней-то они собственно и были вчера. Умер он совсем недавно - в 2008 году.
«Тебе надо побывать у него, помолиться в квартире, там большая благодать», - заключила Людмила Николаевна.
Расставаясь, она сказала: «Смеяться будешь, пришла к тебе пустой, ничего не принесла...»
Я напомнил ей о том, как она почти 18 лет назад принесла на Леушинское подворье коврик, варенье и просфоры.
Я вспомнил, что я столько лет знаю её, но у меня нет ни одной её фотографии и я спросил сфотографироваться с нею. Людмила Николаевна тут же отвергла: «Нет. Мне нельзя. Не надо».
Она ушла как-то незаметно, не попрощавшись. Спустя час после их ухода я заметил на столе в служебной комнате пакет с обедом: хлеб, гарнир, рыба. «Это ваша Людмила принесла, пока вы были наверху...» После я посмотрел в интернете как о мучениках, так и об о.Александре.
О мучениках на сайте Русской духовной миссия в Иерусалиме сказано: Во 2-ю Неделю по Пятидесятнице в Соборе Палестинских святых «прославляются и мученики, пострадавшие от персов в 614 году. Монах Лавры Саввы Освященного Антиох Стратиг пишет, что тогда в монастыре Георгия близ Иерусалима было найдено 7 убитых, в правительственном здании в Святом Граде – 28, в цистернах – 275, перед Сионскими воротами – 2.250, на алтаре в Новой церкви – 290, в храме Св. Софии – 369, в монастыре Св. Воскресения – 212, на рынке – 38, в резервуаре Мамилла – 4.518, у Овчих ворот – 2.107, у Силоамского источника – 2.318, на Елеоне – 1.207, на ступенях храма Воскресения – 83, перед Голгофой – 80. Всего было найдено 66,555 убитых, включая преподобных отцов, избиенных в палестинских монастырях».
Об отце же Александре я ничего не нашёл ничего, кроме фотографии его надгробного креста и небольшой справки: Александр, иеромонах. В миру по фамилии Сухарский. Родился 31 декабря 1939. Клирик Санкт-Петербургской епархии. Духовное чадо митрофорного протоиерея Петра Белавского. Скончался 4 мая 2008. Погребён у алтаря Покровского храма в посёлке Мариенбург (Егерьской Слободе) в городе Гатчина под Санкт-Петербургом. Также удалось узнать, что о.Александр составил замечательную книгу о своем духовном отце протоиерее Петре Белавском «И свет во тьме светится, и тьма его не объят» (Сост. Сухарский, СПб., 2000), к которой он написал предисловие и послесловие.
Протоиерей Геннадий Беловолов, директор мемориальной квартиры-музея Иоанна Кронштадтского в Кронштадте, настоятель храма свв. апп. Петра и Павла в с. Сомино
Впервые опубликовано в социальной сети о.Геннадия
Блаженная Людмила Николаевна на могилке старца Серафима Вырицкого в 1993 году, задолго до его канонизации
/Митрополит Тихон 8 марта.jpg)
