Вроде бы Бог в душе есть, и если батюшка приехал, то очень хорошо, он помолиться, чего-то там пошаманит и всё наладится. Но понимания необходимости жизни со Христом и твёрдого внутреннего молитвенного самоконтроля нет. То есть духовные традиции воинства православного не известны и в принципе не всем нужны, потому что напрягаться никто не хочет.
О Боге начинают вспоминать, когда возможность смерти пробивает эту внутреннюю каменную оболочку. Пробивает до жути. Тогда страх заставляет цепляться за любую возможность выжить и за Бога в том числе. Поэтому чем ближе к передку, тем больше желающих помолиться, поисповедоваться и причаститься Святых Христовых Тайн, хотя понимания серьёзного о Таинствах нет у большинства. Чем дальше от передка, тем, соответственно, запросы духовные всё больше ограничиваются и выливаются всё больше внешние формы.
Есть ли возможность изменить ситуацию? Да, с Божией помощью возможно. Хотя, конечно, посмотришь на все эту красоту и думаешь, что пока Господь молотом не разобьёт вот этот камень греха, лежащего на нашем обществе, ничто не изменится. А молотом это больно, но к этому хочется сказать, что и от нас зависит изменение ситуации. Изменения здравые в обществе дадут плоды и в силовых структурах.
В Библии чётко сказано, если противник будет больше числом, то первое, что должно сделать, это выйти священникам впереди войска и благословить его. Поэтому организация духовного окормления воинства – это жизненная необходимость и первостатейная задача, если, конечно, мы хотим победить. Не махновщина, а системная работа и организация. И здесь тоже главная задача не просто заниматься внешними формами, они бесспорно нужны, но учить воинов жить со Христом, выживать духовно в совершенно нечеловеческих условиях войны. Тогда будет результат, ну а пока наверно молот.
На передке, кстати, тоже замечено, что, если не побуждать воинов к исповеди и причастию, то непонимание для чего это нужно и общая невоцерковлённость сказываются. Здесь реальность смерти всё-таки позволяет достучаться до воина и побудить его к жизни религиозной, хотя бы на краткое время пребывания священника в подразделении. С одной стороны, обращение священника, с другой – желание выжить, продавливают оболочку греховного благодушия. Соответственно, если нет одного из факторов, человек даже на передке остаётся в своём безумии.
Протоиерей Димитрий Василенков, сотрудник Синодального отдела по взаимодействию с Вооружёнными силами и правоохранительными учреждениями, председатель Отдела Санкт-Петербургской епархии по взаимодействию с казачеством, кавалер ордена Мужества
Впервые опубликовано на странице автора в «ВКонтакте»
