«А я сходила щавель продала», – поведала мне соседка бабушка Валя, при этом лицо у неё радостно светилось. Обычно при встрече с ней мы просто киваем друг другу и продолжаем каждый свой путь. А в этот день я подъехал к своему двору в плохом настроении, повседневная суета навевала мне уныние. Боковым зрением я увидел, как соседка шла по дороге, переваливаясь с ноги на ногу, чем-то напоминая утку, ведущую свой выводок к пруду. У меня не было настроения для общения, и я решил переждать в машине, пока она пройдёт мимо, при этом читал новости в мобильнике. Когда я оторвался от экрана гаджета, то увидел в зеркале заднего вида, что бабулька терпеливо дожидается моего выхода из авто…
– Как у вас дела? – задал я ей вопрос после приветствия и узнал, что она у входа в гипермаркет «Магнит» продала щавель из своего огорода. Явно женщина хотела что-то ещё сказать, и я решил поддержать беседу:
– У меня умер отец. Наверняка, вы слышали об этом?
– Скажи мне, как его зовут, я помолюсь о нём, – с радостью в голосе предложила она.
– Анатолий, он немного не дожил до 90 лет.
– А ты знаешь, Володя, я особенная перед Богом?
Я сообразил – речь пойдёт о чём-то сверхъестественном, касающемся Церкви, и настроился выслушивать истории, родившиеся в воспалённом старческим маразмом мозгу.
– Я вижу святых живыми, как тебя.
«Прелесть, так оно и есть», – осенило меня. И, тем не менее, решил не перебивать, а выслушать монолог старушки.
– В церкви я стояла у иконы с изображением святого во весь рост и просила, чтобы у моего сына с невесткой всё было хорошо, и чтобы меня никто не обижал. И тут он сошёл с иконы и стал передо мной, весь в доспехах – это был Георгий Победоносец.
Когда она назвала имя Святого Георгия, я понял – ситуация конкретизируется, и сосредоточил свое внимание.
– Вокруг нас на полу горели свечи, – продолжала бабуля.
Недоверие, закравшееся в глубину моей души, пыталось помочь мне обличить происки лукавого в истории бабушки Вали.
– А вы священнику не рассказывали об этом? – задал я дежурный в таких случаях вопрос.
– Как же, говорила молодому парню, он у них там ещё учится (очевидно, это был юноша в церковном одеянии, прислуживающий в алтаре). Он мне тогда сказал: «Может быть, это и не от Бога, а от дьявола».
Я ему сразу сказала: «Какой дьявол, это же Церковь – святое место?» Лицо у бабульки пребывало в радостном умилении, и уверенность в сказанном меня поразила. Нет, пожалуй, это не «прелесть», она не богослов, не монах и не священнослужитель, да и вообще, невоцерковлённая. Действительно, откуда в церкви взяться нечистой – это же дом Бога? Разве, что мы сами принесём зло в Его обитель в нашем сердце, огрубевшем от мирской суеты. Старушка не читала умные церковные книги, а просто пришла к Богу в Его дом.
Она продолжила: «Я ведь было дело, потерялась – пришла на кладбище, и у меня пропала память. Настала ночь, было страшно, и я обратилась к святому, откуда ни возьмись появились люди и на такси отвезли меня домой, даже денег не взяли…»
В этой истории меня поразило то, что старушка не просила у Бога ничего материального, ни высокой должности, ни большой зарплаты сыну или невестке и никого не осуждала. Деньги её тоже не интересовали, в этом плане у бабы Вали всё в порядке – пенсия тысяч 9-10, да ещё и продала щавель у «Магнита»! Она просила, чтобы у сына и невестки всё было хорошо, и её никто не обижал. А не о таких ли говорят «чистые сердцем»?
Нагорная проповедь Иисуса Христа: «Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят» (Мф. 5:8)
Открою секрет – после общения со старушкой у меня два дня было великолепное настроение.
Касательно нас – православных обитателей интернета – вот примерная характеристика: агрессия, осуждение, оскорбление не понравившихся нам людей, и всякая личная неприязнь. Недавний объект общего внимания Манижа на Евровидении. Многие ухватились за эту тему, в том числе и я попробовал, порассуждал в своей статье «О чём поёт Манижа?». В некоторых статьях различных авторов порой встречается неприкрытое оскорбление в адрес исполнительницы. Постойте, мы же православные – судить будет Бог. Конечно, то, во что её «упаковали», несомненно, провокация русофобов, понятно и то, что она сама никак не смогла бы попасть на Евровидение – ей помогли, её сделали. И если не было бы Манижи, нашлась бы другая, из которой слепили бы то, что им нужно. Надеюсь, не стоит пояснять, кому это нужно?
1 канал – главный конвейер «адской кухни» по производству подобной продукции. А вот если, скажем, нам в торговой сети подсовывают некачественный товар, мы в первую очередь ругаем производителя, а не кричим на банку, в которой вместо тресковой печени масса непонятного происхождения. Многим не нравится, что делает на сцене эта девушка, но она не сама по себе, у неё есть «скульптор», который её вылепил. В этой истории даже чиновники высокого уровня возмущены тем, что Манижа представляла Россию на Евровидении. Но это – дешёвый популизм, проще облить грязью изделие, нежели производителя, ведь с первым им совсем не под силу тягаться – сильная «крыша» у лидера ТВ, выражаясь на лексиконе 90-х.
Конечно, телевидение само по себе не приветствуется в религиозных кругах и, тем не менее, должна быть какая-то толерантность к православному населению, к православной женщине, которая и есть символ, выражаясь языком русофобов, «рашен вумен». Если взглянуть на ситуацию объективно – государственный телеканал – это зеркало общества, стало быть, это мы не такие, как они, и нас намного меньше. Наблюдая со стороны, понимаешь, чтобы стать ведущим телеканала на кнопочке 1, нужно зарекомендовать себя с «лучшей» стороны. Наглядный пример – Ксения Собчак, сколько ей пришлось вылить грязи в адрес православных, чтобы получить зелёный свет на ТВ. Она же первая начала пиарить Сангин – Манижу. А в принципе, Ксения тоже выполняет работу, спущенную ей свыше. Не так давно с подмостков «первого» группа «Бони-М» радостно исполняла песню «Распутин», которая порочит имя святой Царицы, но ведущие явно не понимали сути происходящего. Много лет подряд нам твердили с экрана ТВ, что найдены «останки» царской семьи. Позвольте, но царственные страстотерпцы причислены к лику святых, стало быть, останки – это не про них – у святых — мощи, и если бы их нашли, то исследования не потребовались бы – мощи сами о себе говорят! Русская женщина тоже, можно сказать, образ святой – она неприхотлива, смиренна, послушна… А вот, что пишут классики:
Есть женщины в русских селеньях
С спокойною важностью лиц,
С красивою силой в движеньях,
С походкой, со взглядом цариц, —
Их разве слепой не заметит,
А зрячий о них говорит:
«Пройдет — словно солнце осветит!
Посмотрит — рублем подарит!»
Н. Некрасов
А зрячий говорит: «Да, не перевелись ещё женщины в наших селеньях», и я в этом убедился, пообщавшись с соседкой бабушкой Валей. А что же Манижа? Провокация, камень в наш огород, и все, кто хоть как-то причастен к этому, не есть Русские. Россия – дом Богородицы, и до тех пор, пока её покровительство будет пребывать на всех нас, русская женщина останется образцом женственности и целомудрия для всего мира, а феминизм лишает её всех этих достоинств. Давайте опять заглянем на сцену Евровидения к Маниже. Она уверенным шагом вышла из национального русского платья в своём комбинезоне, подчёркивающем феминизм, будто освободившись от семейных оков и женских обязанностей, стала «полноценным» членом общества. «Мы будем жить теперь по-новому, все пережитки прошлого остались позади» – примерно такой контекст вложен в эту сценку. Но это мы уже проходили на уроках истории февральской революции…
Православная вера у русской женщины, можно сказать, в генах, и этому свидетельство – баба Валя. Семьдесят лет безбожия и всякий там феминизм, коммунизм и прочая нечисть не испортили русскую женщину. Русский – это не национальность – это духовное состояние человека. Русскими становятся пришедшие к Богу, а без Него остаются россиянами. Великая княгиня Елизавета Фёдоровна (при рождении Елизавета Александра Луиза Алиса Гессен-Дармштадская). Вторая дочь великого герцога Гессен-Дармштадского Людвига IV и принцессы Алисы, внучка английской королевы Виктории, была супругой московского генерал-губернатора великого князя Сергея Александровича. После 7 лет пребывания в России, она из лютеранства переходит в Православие. И как-то она сказала: «Я настолько чувствую себя русской, что не каждому русскому дано такое». В 1918 году она приняла мученскую кончину от рук безбожной власти. В истории русского Православия это не единичный случай. Русскую женщину не нужно изображать, ею нужно быть.
Владимир Анатольевич Малёванный, продюсер, режиссер, писатель, Краснодарский край
