В последнее время открылась ещё одна святая страница в летописи Великой Отечественной войны. Связана она с Прибалтикой и Псковской землей и, в частности, с историей старинного Псково-Печерского монастыря. Благодаря стараниям многих исследователей восстановлена весьма полная картина существования так называемой Псковской Православной миссии в годы 1941-1944. Особенно заметными стали книги Сергея Фомина "Кровью убелённые", Михаила Шкаровского "Церковь завёт к защите Родины", а также отдельный выпуск Санкт-Петербургских епархиальных ведомостей. Сегодня же наибольший интерес представляют исследования в этой области, проводимые замечательным псковским учёным историком Константином Обозным.
Явление это было подлинно удивительным. Хотя бы даже потому, что создана была Псковская Православная миссия одновременно стараниями главного идеолога нацизма Альфреда Розенберга с одной стороны и советской разведкой с другой. Пользуясь тем, что за время Советской власти на Псковской земле не осталось ни одного действующего прихода, Гитлер и Розенберг разработали план восстановления здесь православной жизни. С тем, чтобы народ на оккупированных землях не роптал против захватчиков, а, напротив, восхвалял гитлеровскую власть. В то же время Сталин и Берия выработали свой план, по которому на оккупированных территориях православные священники и монахи должны были стать вовлечёнными в борьбу с фашистскими оккупантами. Основная ответственность была возложена на главного организатора разведывательно-диверсионной работы на оккупированных территориях Павла Анатольевича Судоплатова.
Главным действующим лицом и с той, и с другой стороны стал митрополит Виленский и всея Прибалтики Сергий Воскресенский. Когда наши войска покидали Ригу, Судоплатов, по его личным воспоминаниям, спрятал его, чтобы сотрудники органов не увезли митрополита вместе с отступающими. Далее экзарх должен был действовать по плану, разработанному НКВД. Оставшись в Риге, он приветствовал вступление немцев в Прибалтику. Он же стал и организатором Псковской Православной миссии, которая наружно являлась защитницей оккупационной власти, а втуне поддерживала разведывательно-диверсионную работу.
Православные священники, с одной стороны, вынуждены были в своих проповедях призывать народ к смирению и хвалить немцев за то, что они способствуют возрождению Христианства на Псковской земле. С другой стороны, те же священники прятали у себя партизан, людей, разыскиваемых гестаповцами, в том числе и евреев. Есть свидетельства, что во Псково-Печерском монастыре людей прятали под куполами. Никто не мог догадаться, что там можно кого-то скрывать. Все привыкли, что могут быть подпольщики, а что бывают и подкупольщики, не могло прийти в голову! Впрочем, данная тема ещё ждёт своего более детального изучения.
Одновременно с этим православные священники принимали в свои семьи или пристраивали в семьях своих прихожан многочисленных беженцев, сирот, детей, на долю которых выпало страшнейшее испытание. В 1943 году, благодаря стараниям митрополита Сергия, были отпущены и отданы на воспитание в православные семьи и в семьи священников дети из концлагеря Саласпилс.
Начиная с 1942 года православные священники организовали постоянный сбор средств для поддержания советских военнопленных, находящихся в фашистских концлагерях. Невозможно без слёз читать воспоминания о том, как в таких лагерях проводились церковные службы, как проходили пасхальные литургии. При этом нередко еду и вещи, собранные для узников, гитлеровцы конфисковывали и отправляли на фронт. Обычно это происходило в критические для немцев моменты войны - после разгрома под Москвой, под Сталинградом и под Курском. Впоследствии органами госбезопасности это было поставлено в вину членам Псковской Православной миссии, как то, что они сознательно собирали еду и вещи для фашистских солдат!
В вину ставилось и то, что православные священники активно агитировали народ за Гитлера. Но и здесь советские карательные органы были в подавляющем большинстве случаев несправедливы. Да, в присутствии немцев священникам приходилось что-то говорить в их защиту. Но чаще всего они обращались к памяти русских воинов, сражавшихся за Родину, вспоминали священные образы Александра Невского, Дмитрия Донского, Кузьмы Минина, Дмитрия Пожарского, Фёдора Ушакова, Александра Суворова, Михаила Кутузова, вселяли в сердца людей уверенность, что и этих захватчиков рано или поздно сметут с лица земли Русской. В 1942 году должно было бы праздноваться семисотлетие Ледового побоища. А в это время берега Чудского озера были в плену у новых псов-рыцарей. Но русские священники обнадёживали прихожан, говоря, что светлый князь Невский незримо явится и вновь одержит победу. Антигитлеровскую пропаганду члены Псковской Православной миссии особенно развернули после Сталинградской битвы.
Во время существования Псковской Православной миссии Павлом Судоплатовым был проведён в жизнь план спецоперации под кодовым названием "Послушники". В Псково-Печерскую обитель были внедрены два агента наших спецслужб. Они выдавали себя за членов тайного сообщества священников-подпольщиков, действующих против Советской власти. Якобы это антисоветское православное подполье столь сильно, что может действовать в Куйбышеве, который стал с конца 1941 года "запасной столицей". С этим "православным подпольем" была налажена связь по рации, двое мнимых послушников получали оттуда сведения и передавали их немцам. На самом деле это была дезинформация, которая сыграла свою роль ещё в 1942 году, но особенно помогла во время сражения на Курской дуге. Успех операции "Послушники" получил высокую оценку самого Сталина. О нём Сталин говорил со своими приближенными накануне принятия судьбоносного решения о возрождении Патриаршества.
Это великое событие в жизни Русской Православной Церкви отразилось и в жизни Псковской Православной миссии.
До сих пор между Псковской Православной миссией и Московской Патриархией существовали двойственные отношения. Безусловно, Патриарший Местоблюститель Сергий Страгородский был осведомлён о том, как и на кого работает экзарх всея Прибалтики Сергий Воскресенский. Между ними давно были дружеские отношения. Но при этом все годы войны и тот, и другой, скажем так, по условиям игры, вынуждены были явно высказываться негативно в адрес друг друга. Сергий Страгородский публично порицал Сергия Воскресенского за сотрудничество с Гитлером, а Сергий Воскресенский, в свою очередь, публично порицал Сергия Страгородского за сотрудничество со Сталиным. При этом, что особенно важно подчеркнуть, Псковская Православная миссия оставалась в лоне Русской Православной Церкви Московского Патриархата, а не Зарубежной! И все годы войны на службах священники Псковской Православной миссии считали себя под благословением Патриаршего Местоблюстителя Сергия Страгородского, возглашали ему здравицы!
Когда в Москве произошло избрание Сергия Страгородского Патриархом Московским и всея Руси, Гитлер потребовал, чтобы все русские священники на оккупированных территориях предали его анафеме и осудили решение Святейшего Синода Русской Православной Церкви. Что же произошло далее? Представители Русской Зарубежной Церкви собрались в Вене и исполнили волю Гитлера. А митрополит Сергий Страгородский собрал всех представителей Псковской Православной миссии, которой тогда руководил о. Кирилл Зайц, обсудил с ними суть вопроса, и далее единогласно было принято решение: никакой анафемы и никакого осуждения! Отныне Псковская Православная миссия считала себя в подчинении у Патриарха Сергия Страгородского. Тем самым она сознательно избрала для себя путь мученичества. Немцы начали проводить репрессии против русских православных священников на территориях Прибалтики и Псковщины. Впрочем, особо они в этом не преуспели, поскольку Советская армия стремительно наступала. В начале 1944 года Псковская земля была освобождена от захватчиков, а Псковская Православная миссия прекратила своё существование.
Мучеником оказался сам экзарх Прибалтики. Весной 1944 года немцы решились на его уничтожение. Совершить покушение поручено было начальнику полиции Остланда обергруппенфюреру СС Эккельну. На дороге из Каунаса в Вильнюс машина, в которой ехал митрополит Сергий, была изрешечена пулями.
Вскоре после освобождения Псковских земель от оккупантов, органы НКВД стали арестовывать всех членов Псковской Православной миссии. Приговоры им были суровые. От десяти лет до двадцати. Многие не вернулись потом из лагерей. Начальник миссии протопресвитер Кирилл Зайц, арестованный в Шауляе, получил двадцатку и через четыре года окончил дни свои в казахстанском лагере. Начальник канцелярии Псковской миссии протоирей Николай Жунда также получил двадцать лет и умер от туберкулёза в лагере Красноярского края. Печерский епископ Пётр Пяхкель получил десятку и тоже сгинул в лагерях. Такова же судьба многих, многих других, которые подобно им, обрели свою смерть за советской колючей проволокой.
Но многим Бог дал и вернуться из мест заточения. Протоиерей Николай Шенрок, получив двадцать лет, был освобожден через одиннадцать из того же казахстанского лагеря, в котором скончался Кирилл Зайц. Вернулся из того же лагеря протоиерей Сергий Ефимов. Священник Иаков Начис, получив десять лет лагерей и отбыв их от звонка до звонка, стал служить в единственном действующем православном храме в республике Коми, потом в Мурманской области в церкви, превращённой в храм из лагерного барака.
Многие из священников Псковской Православной миссии при наступлении советских войск эмигрировали и окончили дни свои за границей, кто в Швеции, кто в Германии, кто в Америке. Такова судьба Ревельского митрополита Александра Паулуса, Рижского митрополита Августина Петерсона, протоиереев Георгия Бенигсена, Алексия Ионова, Владимира Толстоухова, Иоанна Лёгкого и десятков других. У кого повернётся язык их осудить?..
Среди членов Псковской Православной миссии был тогда ещё молодой священник о.Николай Гурьянов. Его лично рукополагал митрополит Сергий Воскресенский. В дальнейшем о.Николай служил на острове Залит на Псковском озере и прославился как чудотворный старец.
Съёмки проходили в Белоруссии, в окрестностях Псково-Печерского монастыря и - павильонные - на "Мосфильме". Увы, во время съёмок в Белоруссии туда пришло печальное известие о кончине главного заказчика фильма - нашего дорогого Патриарха Алексия. Причём, что знаменательно, как раз снимался эпизод Пасхи! Светлого Христова Воскресения 1942 года.
Когда фильм был смонтирован, его принимала высокая комиссия во главе с близким другом покойного Патриарха - викарием Московской епархии Арсением, епископом Истринским. Отцы Церкви и деятели культуры вынесли весьма высокую оценку. Сейчас фильм проходит стадию озвучания и окончательной доработки сцен, в которых используются компьютерные технологии. Музыку к нему пишет замечательный композитор Алексей Рыбников. Предполагается, что осенью 2009 года фильм должен выйти на экраны.
Во многих отношениях это будет необычное явление в кинематографе. Впервые главное действующее лицо - сельский священник, причём, вынужденный служить во время гитлеровской оккупации. Впервые художественный фильм снят под эгидой Московской Патриархии и при непосредственном попечении Патриарха.
И, кроме того, это будет необычный фильм о любви. Не той, которую мы привыкли видеть на экране, чаще всего - мятежную. А о любви двух супругов - батюшки и матушки, попа и попадьи. О любви, которую эти люди пронесли через всю свою жизнь до самой смерти.
http://www.portal-slovo.ru/history/41487.php
Явление это было подлинно удивительным. Хотя бы даже потому, что создана была Псковская Православная миссия одновременно стараниями главного идеолога нацизма Альфреда Розенберга с одной стороны и советской разведкой с другой. Пользуясь тем, что за время Советской власти на Псковской земле не осталось ни одного действующего прихода, Гитлер и Розенберг разработали план восстановления здесь православной жизни. С тем, чтобы народ на оккупированных землях не роптал против захватчиков, а, напротив, восхвалял гитлеровскую власть. В то же время Сталин и Берия выработали свой план, по которому на оккупированных территориях православные священники и монахи должны были стать вовлечёнными в борьбу с фашистскими оккупантами. Основная ответственность была возложена на главного организатора разведывательно-диверсионной работы на оккупированных территориях Павла Анатольевича Судоплатова.
Главным действующим лицом и с той, и с другой стороны стал митрополит Виленский и всея Прибалтики Сергий Воскресенский. Когда наши войска покидали Ригу, Судоплатов, по его личным воспоминаниям, спрятал его, чтобы сотрудники органов не увезли митрополита вместе с отступающими. Далее экзарх должен был действовать по плану, разработанному НКВД. Оставшись в Риге, он приветствовал вступление немцев в Прибалтику. Он же стал и организатором Псковской Православной миссии, которая наружно являлась защитницей оккупационной власти, а втуне поддерживала разведывательно-диверсионную работу.
Православные священники, с одной стороны, вынуждены были в своих проповедях призывать народ к смирению и хвалить немцев за то, что они способствуют возрождению Христианства на Псковской земле. С другой стороны, те же священники прятали у себя партизан, людей, разыскиваемых гестаповцами, в том числе и евреев. Есть свидетельства, что во Псково-Печерском монастыре людей прятали под куполами. Никто не мог догадаться, что там можно кого-то скрывать. Все привыкли, что могут быть подпольщики, а что бывают и подкупольщики, не могло прийти в голову! Впрочем, данная тема ещё ждёт своего более детального изучения.
Одновременно с этим православные священники принимали в свои семьи или пристраивали в семьях своих прихожан многочисленных беженцев, сирот, детей, на долю которых выпало страшнейшее испытание. В 1943 году, благодаря стараниям митрополита Сергия, были отпущены и отданы на воспитание в православные семьи и в семьи священников дети из концлагеря Саласпилс.
Начиная с 1942 года православные священники организовали постоянный сбор средств для поддержания советских военнопленных, находящихся в фашистских концлагерях. Невозможно без слёз читать воспоминания о том, как в таких лагерях проводились церковные службы, как проходили пасхальные литургии. При этом нередко еду и вещи, собранные для узников, гитлеровцы конфисковывали и отправляли на фронт. Обычно это происходило в критические для немцев моменты войны - после разгрома под Москвой, под Сталинградом и под Курском. Впоследствии органами госбезопасности это было поставлено в вину членам Псковской Православной миссии, как то, что они сознательно собирали еду и вещи для фашистских солдат!
В вину ставилось и то, что православные священники активно агитировали народ за Гитлера. Но и здесь советские карательные органы были в подавляющем большинстве случаев несправедливы. Да, в присутствии немцев священникам приходилось что-то говорить в их защиту. Но чаще всего они обращались к памяти русских воинов, сражавшихся за Родину, вспоминали священные образы Александра Невского, Дмитрия Донского, Кузьмы Минина, Дмитрия Пожарского, Фёдора Ушакова, Александра Суворова, Михаила Кутузова, вселяли в сердца людей уверенность, что и этих захватчиков рано или поздно сметут с лица земли Русской. В 1942 году должно было бы праздноваться семисотлетие Ледового побоища. А в это время берега Чудского озера были в плену у новых псов-рыцарей. Но русские священники обнадёживали прихожан, говоря, что светлый князь Невский незримо явится и вновь одержит победу. Антигитлеровскую пропаганду члены Псковской Православной миссии особенно развернули после Сталинградской битвы.
Во время существования Псковской Православной миссии Павлом Судоплатовым был проведён в жизнь план спецоперации под кодовым названием "Послушники". В Псково-Печерскую обитель были внедрены два агента наших спецслужб. Они выдавали себя за членов тайного сообщества священников-подпольщиков, действующих против Советской власти. Якобы это антисоветское православное подполье столь сильно, что может действовать в Куйбышеве, который стал с конца 1941 года "запасной столицей". С этим "православным подпольем" была налажена связь по рации, двое мнимых послушников получали оттуда сведения и передавали их немцам. На самом деле это была дезинформация, которая сыграла свою роль ещё в 1942 году, но особенно помогла во время сражения на Курской дуге. Успех операции "Послушники" получил высокую оценку самого Сталина. О нём Сталин говорил со своими приближенными накануне принятия судьбоносного решения о возрождении Патриаршества.
Это великое событие в жизни Русской Православной Церкви отразилось и в жизни Псковской Православной миссии.
До сих пор между Псковской Православной миссией и Московской Патриархией существовали двойственные отношения. Безусловно, Патриарший Местоблюститель Сергий Страгородский был осведомлён о том, как и на кого работает экзарх всея Прибалтики Сергий Воскресенский. Между ними давно были дружеские отношения. Но при этом все годы войны и тот, и другой, скажем так, по условиям игры, вынуждены были явно высказываться негативно в адрес друг друга. Сергий Страгородский публично порицал Сергия Воскресенского за сотрудничество с Гитлером, а Сергий Воскресенский, в свою очередь, публично порицал Сергия Страгородского за сотрудничество со Сталиным. При этом, что особенно важно подчеркнуть, Псковская Православная миссия оставалась в лоне Русской Православной Церкви Московского Патриархата, а не Зарубежной! И все годы войны на службах священники Псковской Православной миссии считали себя под благословением Патриаршего Местоблюстителя Сергия Страгородского, возглашали ему здравицы!
Когда в Москве произошло избрание Сергия Страгородского Патриархом Московским и всея Руси, Гитлер потребовал, чтобы все русские священники на оккупированных территориях предали его анафеме и осудили решение Святейшего Синода Русской Православной Церкви. Что же произошло далее? Представители Русской Зарубежной Церкви собрались в Вене и исполнили волю Гитлера. А митрополит Сергий Страгородский собрал всех представителей Псковской Православной миссии, которой тогда руководил о. Кирилл Зайц, обсудил с ними суть вопроса, и далее единогласно было принято решение: никакой анафемы и никакого осуждения! Отныне Псковская Православная миссия считала себя в подчинении у Патриарха Сергия Страгородского. Тем самым она сознательно избрала для себя путь мученичества. Немцы начали проводить репрессии против русских православных священников на территориях Прибалтики и Псковщины. Впрочем, особо они в этом не преуспели, поскольку Советская армия стремительно наступала. В начале 1944 года Псковская земля была освобождена от захватчиков, а Псковская Православная миссия прекратила своё существование.
Мучеником оказался сам экзарх Прибалтики. Весной 1944 года немцы решились на его уничтожение. Совершить покушение поручено было начальнику полиции Остланда обергруппенфюреру СС Эккельну. На дороге из Каунаса в Вильнюс машина, в которой ехал митрополит Сергий, была изрешечена пулями.
Вскоре после освобождения Псковских земель от оккупантов, органы НКВД стали арестовывать всех членов Псковской Православной миссии. Приговоры им были суровые. От десяти лет до двадцати. Многие не вернулись потом из лагерей. Начальник миссии протопресвитер Кирилл Зайц, арестованный в Шауляе, получил двадцатку и через четыре года окончил дни свои в казахстанском лагере. Начальник канцелярии Псковской миссии протоирей Николай Жунда также получил двадцать лет и умер от туберкулёза в лагере Красноярского края. Печерский епископ Пётр Пяхкель получил десятку и тоже сгинул в лагерях. Такова же судьба многих, многих других, которые подобно им, обрели свою смерть за советской колючей проволокой.
Но многим Бог дал и вернуться из мест заточения. Протоиерей Николай Шенрок, получив двадцать лет, был освобожден через одиннадцать из того же казахстанского лагеря, в котором скончался Кирилл Зайц. Вернулся из того же лагеря протоиерей Сергий Ефимов. Священник Иаков Начис, получив десять лет лагерей и отбыв их от звонка до звонка, стал служить в единственном действующем православном храме в республике Коми, потом в Мурманской области в церкви, превращённой в храм из лагерного барака.
Многие из священников Псковской Православной миссии при наступлении советских войск эмигрировали и окончили дни свои за границей, кто в Швеции, кто в Германии, кто в Америке. Такова судьба Ревельского митрополита Александра Паулуса, Рижского митрополита Августина Петерсона, протоиереев Георгия Бенигсена, Алексия Ионова, Владимира Толстоухова, Иоанна Лёгкого и десятков других. У кого повернётся язык их осудить?..
Среди членов Псковской Православной миссии был тогда ещё молодой священник о.Николай Гурьянов. Его лично рукополагал митрополит Сергий Воскресенский. В дальнейшем о.Николай служил на острове Залит на Псковском озере и прославился как чудотворный старец.
* * *
Одним из окормлявших свою паству на оккупированной территории, был, как известно и священник Михаил Ридигер, отец незабвенного Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II. У Святейшего давно зрел замысел реабилитировать тех, кто, как его родитель, вынужден был служить Богу при немцах. С его благословения в 2005 году Церковно-научный центр "Православная энциклопедия", возглавляемый Сергеем Леонидовичем Кравцом, обратился ко мне с просьбой создать литературную основу для фильма, посвящённого Псковской Православной миссии, и предоставил все необходимые материалы. Так появился мой роман "Поп", вышедший в 2007 году под благословением Патриарха Алексия в издательстве Московского Сретенского монастыря. На основе этого романа мы вдвоём с известнейшим кинорежиссёром Владимиром Ивановичем Хотиненко, человеком верующим и давно воцерковлённым, принялись за создание сценария полнометражного художественного фильма. Одновременно велась подготовка к съёмкам. Святейший Патриарх внимательно следил за этим. Прочитав сценарий, одобрил его. С его одобрения отбирались актёры на главные роли. В итоге на роль священника о.Александра Ионина был выбран Сергей Васильевич Маковецкий, а на роль матушки - Нина Николаевна Усатова. И он, и она - тоже православные воцерковлённые люди. Консультантом фильма Патриархия назначила настоятеля московского храма Святыя Троицы в Листах игумена Кирилла (Коровина). Немало добрых советов дал и священник о.Сергий Вишневский, который освятил начало работы над фильмом и подарил пояс митрополита Сергия (Воскресенского), который ему в своё время передала одна из прихожанок убитого фашистами экзарха.Съёмки проходили в Белоруссии, в окрестностях Псково-Печерского монастыря и - павильонные - на "Мосфильме". Увы, во время съёмок в Белоруссии туда пришло печальное известие о кончине главного заказчика фильма - нашего дорогого Патриарха Алексия. Причём, что знаменательно, как раз снимался эпизод Пасхи! Светлого Христова Воскресения 1942 года.
Когда фильм был смонтирован, его принимала высокая комиссия во главе с близким другом покойного Патриарха - викарием Московской епархии Арсением, епископом Истринским. Отцы Церкви и деятели культуры вынесли весьма высокую оценку. Сейчас фильм проходит стадию озвучания и окончательной доработки сцен, в которых используются компьютерные технологии. Музыку к нему пишет замечательный композитор Алексей Рыбников. Предполагается, что осенью 2009 года фильм должен выйти на экраны.
Во многих отношениях это будет необычное явление в кинематографе. Впервые главное действующее лицо - сельский священник, причём, вынужденный служить во время гитлеровской оккупации. Впервые художественный фильм снят под эгидой Московской Патриархии и при непосредственном попечении Патриарха.
И, кроме того, это будет необычный фильм о любви. Не той, которую мы привыкли видеть на экране, чаще всего - мятежную. А о любви двух супругов - батюшки и матушки, попа и попадьи. О любви, которую эти люди пронесли через всю свою жизнь до самой смерти.
http://www.portal-slovo.ru/history/41487.php
_1.jpg)