Драма, разыгравшаяся за последние недели на улицах Украины была сама по себе захватывающей. Но еЈ большее значение для Запада лежит на северо-восток от Киева - в России. В то время, как всЈ складывается так, что победителем на президентских выборах 26 декабря станет лидер оппозиции Виктор Ющенко, попытки президента России Владимира Путина его раздавить выглядят всЈ более неуклюжими. Эти попытки также вызвали депрессию и у тех, кто всЈ ещЈ надеялся на то, что Россия господина Путина может двинуться, хоть медленно и извилисто, по пути, ведущему к политическому либерализму, и что он сможет доказать себя в качестве союзника Запада, а не его неприятеля.
Как если-бы интервенции России на Украине была недостаточной, Кремль вдобавок усилил и антазападную риторику. Превосходя по своему лицемерию даже советские стандарты, господин Путин и его Министр иностранных дел Сергей Лавров, обвинили Запад во вмешательстве на Украине с целью дестабилизации региона. На этой неделе, господин Лавров обрушился с нападками на Организацию по безопасности и сотрудничеству в Европе, наблюдатели которой объявили три недели тому назад выборы на Украине сфальсифицированными. Затем, господин Путин расширил наступление, критикуя временное правительство Ирака и его планы провести выборы в следующем месяце.
И в то время, когда политическая конфронтация с господином Путиным нарастала, дело ЮКОСа, которое уже длится с момента ареста в прошлом году главного управляющего и самого основного держателя акций Михаила Ходорковского, обрело новое дыхание. Испытывая давление от гаргантюальных требований налоговиков, ЮКОС движется к своему банкротству. Его главные нефтяные источники попадут в руки контролируемой государством газовой компании Газпром. Это подтверждает то, что Россия при господине Путине уже также и не находится - если она вообще когда-либо находилась - на явном пути к экономическому либерализму. Короче, Украина, раздающиеся со стороны Кремля угрозы и ЮКОСовская сага вместе взятые делают своевременной переоценку Западом направления, в котором господин Путин двигает Россию и пересмотреть свою политику по отношению к нему.
Бос
То, что господин Путин в большей мере аутократ, чем демократ было ясно с того момента, как он стал президентом России в 2000 году. И всЈ же, после лет хаоса при Ельцине, многие надеялись, что он наконец привнесЈт порядок, уважение к правам на собственность и главенство закона, и что всЈ это, со временем, сможет позволить институтам либеральной демократии пустить корни. Такие надежды подтолкнули многих европейских лидеров пойти на сближение с Путиным и воздержаться от критики в таких вопросах, как война в Чечне, права человека или свобода прессы. В 2001 году, Президент Америки Джрдж Буш знаменито взглянул в глаза господина Путина и почувствовал его душу - и посчитал его прямолинейным и достойным доверия. Не так давно как в прошлом году, господин Буш объявил, что свобода и главенство закона в России победили.
По-правде, надежды на то, что в России может появиться политический плюрализм растаяли даже до того, как партия господина Путина в прошлом декабре завоевала большинство в две трети в нижней палате парламента России - Думе, и до того, как сам господин Путин был подавляющим большинством переизбран в прошлом марте. То, что он сметал все независимые телевизионные каналы и большинство независимых газет, его охота за богатыми предпринимателями ("олигархами"), перешедшими ему дорогу, и его подтасовка результатов выборов - всЈ это свидетельствовало о тех контролирующих инстинктах, которых и можно было ожидать от бывшего офицера КГБ. Его злоумышленная попытка украсть выборы президента на Украине, его вмешательство в Абхазии, поддерживаемой Россией части Грузии, и в Молдове, и его поддержка диктатуры в Беларуси показывают, что он применяет эти инстинкты не только в России, но и везде на территории бывшего Советского Союза, о распаде которого он публично высказался с сожалением. Что ещЈ хуже, так это то, что его инстинктивная реакция на критику политики России в своЈм ближнем зарубежье вылилась в возобновление общей враждебности к Западу. Запад в ответ стал холодней.
И экономический нелиберализм тоже
ВсЈ это оставляет экономику в качестве единственной сферы для надежд о переменах. Экономика стала при господине Путине сильней, благодаря в основном удаче, связанной с удерживающимися на высоком уровне ценами на нефть, но также и из-за положительного влияния здравой макроэкономической политики. Иностранные инвесторы, забывая как они обожглись на российском дефолте в 1998 году, ринулись обратно. Но неизбежная гибель ЮКОСа и доказательства того, что господин Путин в большей мере заинтересован в востановлении государственного контроля над экономикой, чем в следовании целям экономической либерализации, снова заставили многих задуматься.
Конечно, это не значит, что господин Ходорковский и другие олигархи - святые. Имеются основания для исправления некоторых ощибок, сделанных во время приватизации в 1990-е годы и приведших к появлению олигархов, например путЈм усиленного налогообложения их и принадлежащих им компаний. Но атака на ЮКОС, наилучшую по эффективности управления и больше других в России напоминающую западную компанию, стала наихудшим из всех лекарств. Эта атака (кажется) капризной, избирательной и мотивирванной политическими соображениями, а не главенством закона. Страхи того, что она может явиться прологом к атакам на другие компании кажется подтвердились, когда на этой неделе стала известна новость о внезапных требованиях налоговиков к телекоммуникационной компании Вымпелком.
Что ещЈ хуже, так это то, что становится всЈ яснее, что набег на ЮКОС был частично мотивирован желанием людей в Кремле, связанных с господином Путиным, обогатиться. Одной из наименее привлекательных черт путинской России была растущая волна коррупции. Предпринематели в Москве говорят, что не смотря на новый указ господина Путина об искоренинии коррупции, теперь она стала более распространЈнной, чем в худшие дни ельцинских лет. Коррупция лежит у основания многих наиболее необъяснимых проблем в России, от плохого состояния армии и войны в Чечне до неэффективной полиции и контр-террористических мероприятий. Господин Путин признал, что много русских боятся полиции больше, чем преступников. Но его попытки справиться с коррупцией в лучшем случае проводились вполсилы, и, из-за того, что он больше способствовал государственному контролю и мало - уважению к главенству закона, то он создал точно такие условия, при которых коррупция процветает лучше всего. Тем временем, реформы, ориентированные на развитие предпринимательства, обещанные им на второй срок, преимущественно застопорились.
Вывод очевиден. Являясь далеко не политическим и экономическим реформатором, стоящим во главе страдающей очевидными пороками, но всЈ же узнаваемой демократии, господин Путин стал препятствием для перемен, будучи во главе плохо управляемой аутократии. Вопрос в том, что Запад может с этим делать?
Кратким ответом будет - не много. Однако, несмторя на то, какой неэффективной выглядит внешняя политика господина Путина после Украины, его авторитет у себя дома неприрекаем. И в самом деле, пошли разговоры о том, как найти какой-нибудь способ для того, чтобы он смог претендовать на третий срок. Более того, по сравнению с периодом Ельцина, когда Россия зависела от МВФ, у Запада теперь есть меньше экономических и финансовых рычагов воздействия. Вместо этого, растущая зависимость (Запада) от российских энергоносителей, может на самом деле предоствить некоторые рычаги в руки Кремля.
И даже учитывая это, твЈрдое осознание, что господин Путин идЈт в ложном направлении, будет гораздо лучше, чем слабовольное умиротворение. Западные лидеры порадовали своей энергией в вопросе об Украине, отвергая стоны господина Путина о вмешательстве. Они могут делать больше для про-демократических сил в России, в особенности неправительственных организаций, которые всЈ больше подвергаются нападкам. Они не должны благоприятствовать России на переговорах о вступлении во Вемирную Торговую Организацию; они также не должны попустительствовать господину Путину в то время, как он готовится стать хозяином встречи восмЈрки в Москве, в 2006 году. Может быть, не наступило время говорить о холодной войне - Россия не является такой угрозой, какой был Советский Союз. Но наступило время рассматривать господина Путина не как друга, а как бросающего вызов.
_1.jpg)