II
«Большая катастрофа» и ее реализация врагами внешними и внутренними
VII. Несмотря на все усилия
17/. Совокупность рассмотренных выше действий спровоцировала нападение Японии на Россию в наиболее подходящий, по мнению японского Генштаба момент.
Русская судостроительная программа не окончена. Армейские части в достаточном количестве на Дальний Восток не передислоцированы. Тихоокеанский флот России, уступающий по многим параметрам флоту японскому, разделен между двумя базами, связь между которыми в военное время невозможна.
18/. Нападение без объявления войны на нашу эскадру в Порт-Артуре и стационеры в Чемульпо имело частичный успех, благодаря дезинформации Министерством Иностранных дел Наместника Государя на Дальнем Востоке адмирала Е.И. Алексеева. Из переданного ему текста японской ноты о разрыве отношений были выброшены слова о возможности превентивных действий с японской стороны.
19/. Выбор Государем на пост Главнокомандующего русскими силами на Дальнем Востоке адмирала Алексеева, блестяще проявившего себя как Командующий международными силами в китайскую кампанию 1900 года, был практически сведен на нет назначением «самостоятельных и ответственных» командующих армией и флотом.
Но если адмирал Макаров по своему духу вполне соответствовал желанию Главкома в кратчайшее время перехватить у японцев инициативу в боевых действиях, то в лице командующего Маньчжурской армией генерала Куропаткина адмирал Алексеев приобрел сознательного и упорного противника. Явно стремившегося затянуть войну любыми способами.
Вице-Адмирал Степан Осипович Макаров
Противником Главнокомандующего стал и назначенный командующим флотом после гибели Макарова адмирал Скрыдлов.
20/. Назначению Куропаткина командующим армией способствовали, как «военное лобби», − предтеча Военной ложи в предфевральский период, так и сформированное соответствующим образом «общественное мнение». Очевидным ставленником тех же кругов был и Скрыдлов.
21/. О заведомом обмане Государя генералом Куропаткиным свидетельствует, в первую очередь, как составленный последним неграмотный и авантюристический план военных действий, который он явно не имел намерения выполнять, так и сформированный Куропаткиным «по методу папуасов» (выражение генерала Ф.П. Рерберга) Полевой штаб Маньчжурской армии.
22/. Сознательное затягивание боевых действий на сухопутном фронте, и вызванная им сдача Порт-Артура, осуществленные под непосредственным или идейным руководством генерала Куропаткина, должны были послужить спусковым механизмом для той самой «русской революции» 1905 года.
«Стоустая молва еще во время русско-японской войны приписывала «бездействие» Куропаткина желанию дождаться падения монархии». «Куропаткин сочувствовал изменению строя и имел личную неприязнь к царю»[1].
23/. Но если падение Порт-Артура действительно стало спусковым крючком для революции, то для ее победы уже в 1905 году необходима была крупная военная катастрофа. Организовать же в полном объеме такую катастрофу на суше (несмотря на все усилия Куропаткина), оказалась невозможно ввиду решительного превосходства русского солдата над японским, что однозначно показали уже сражения под Тюренченом и Киньчжоу.
24/. Признание японским военным руководством фактического поражения японской армии в «победоносной войне» доказывается готовностью правительства Японии заключить мир любыми способами и практически на любых условиях, что недалеко от капитуляции. Об этом подробнее скажем далее.
Факт превосходства русской армии и русского солдата над японскими, косвенно подтверждается также передачей под протекторат России всего Северного Китая, примерно по параллели Владивостока, по сверхсекретному договору России и Японии 1916 года, направленному на вытеснение «просвещенных мореплавателей» из Китая.
VIII. «Большая катастрофа»: как и где?
25/. Малая вероятность победы над Россией на суше была фактором предвидимым, а потому «эффектную катастрофу» вооруженных сил Российской Империи решено было спланировать именно на морском театре военных действий, в пользу чего наглядно говорят мероприятия, перечисленные выше в разделах II и VI.
26/. Первоначально, роль «большой катастрофы» должно было сыграть полное уничтожение Порт-Артурской эскадры, в результате запланированного в ночь с 26 на 27 января 1904 года внезапного налета японских миноносцев.
Однако «Перл-Харбор» у адмирала Того Хейхатиро не вышел.
В дневном же сражении 27 января/9 февраля 1904 года, ослабленная на два самых мощных и современных броненосца наша Тихоокеанская эскадра, противостоя главным силам Соединенного флота, почти в два раза превосходящим ее, фактически одержала победу, что отметил еще адмирал Макаров, отправив в Артур поздравительную телеграмму. Был тяжело поврежден и горел броненосный крейсер «Ивате», повреждены броненосцы «Микаса», «Фудзи», «Хацусе» и «Сикисима». Через сорок пять минут эскадренного боя адмирал Того круто повернул на юг и стремительно удалился. От греха.
Также не удалось эскадре контр-адмирала Уриу захватить в плен или потопить в бою русские стационеры в Чемульпо − бронепалубный крейсер «Варяг» и канонерскую лодку «Кореец».
Не удалось уничтожить Порт-Артурскую эскадру ни 31 марта/13 апреля 1904 года, когда в результате диверсионной операции японского флота погиб броненосец «Петропавловск» вместе с адмиралом Макаровым и его штабом и был поврежден броненосец «Победа», ни в бою 28 июля/10 августа 1904 года − очевидной тактической неудаче японского Нельсона.
Также не удалось адмиралу Камимура в бою 1/14 августа 1904 года одолеть контр-адмирала Иессена и уничтожить Особый отряд Владивостокских крейсеров, несмотря на все условия, созданные для японской эскадры адмиралом Скрыдловым.
Адмиралы Иессен Карл Петрович и Камимура Хиконадзе
27/. Провал, особенно двух последних попыток показал, что при сколько-нибудь сравнимых вооружении и скорости эскадренного хода эскадра Того Хейхатиро, состоящая из «прирожденных моряков» и вдобавок непрерывно плавающая, эскадренный бой у русских новобранцев из «вооруженного резерва» и «цензовых офицеров» выиграть не способна.
28/. При уже почти проигранной Японией, ‒ несмотря на все старания генерала Куропаткина, ‒ сухопутной войне, желательным вариантом «большой катастрофы» становился разгром любым способом русской 2-й Тихоокеанской эскадры.
Вариантом идеальным – ее позорное возвращение «без высшей санкции», или интернирование в нейтральных портах.
Следует подчеркнуть, что реализация двух последних вариантов, которые привели бы к гибели Империи на 12 лет раньше, была сорвана исключительно верностью и железной волей адмирала З.П. Рожественского.
За это Адмирала до сих пор терпеть не могут все истинные революционеры и демократы, предпочитающие восхвалять Витте, и снисходительно похлопывать по плечу Куропаткина и иже с ним. К большому их сожалению, восхвалять Куропаткина за его действительно гениальные действия до сих пор не считается своевременным и уместным.
IX. Подготовка Цусимы
29/. Из опыта боевых действий под Порт-Артуром однозначно следовало, что японский Соединенный флот при тех снарядах, которые были у него в бою при Шантунге, имеет все шансы пропустить во Владивосток 2-ю эскадру флота Тихого океана почти при любом ее корабельном составе. Более того, существовал риск вообще проиграть эскадренный бой при решительном русском руководстве.
Необходимо было принять меры, чтобы любым способом обеспечить Соединенному флоту после падения Порт-Артура те полгода (или во всяком случае несколько месяцев!) на ремонт и перевооружение, о которых говорят, вернее проговариваются, так называемые «Протоколы Особого Совещания» августа 1904 года[2].
Такие меры приняты были.
30/. Уничтожение 2-й Тихоокеанской эскадры, столь необходимое «друзьям России во всемирном масштабе», было достигнуто,
во-первых:
− перевооружением японского флота на новый тип боеприпасов, истинный состав взрывчатки которых до сего времени не известен. То, что это не та шимоза, что была начинкой японских снарядов в бою у Шантунга, однозначно следует как из свидетельств участников того и другого боев, так и из анализа потерь и повреждений русских судов в том и другом боях.
Использование этих боеприпасов было вынужденной, крайней мерой, на которую пошли как на последнее средство, дающее возможность выиграть бой с русской эскадрой.
Но на перевооружение требовалось время.
Это время было обеспечено:
− приказом адмиралу Рожественскому от 3 января 1905 года из Петербурга, обязавшим его оставаться на Мадагаскаре до Высочайшего повеления и подтвержденным другими приказами и запретами.
− очень своевременной изменой немецких угольщиков, внезапно − сразу вслед за запретом из Петербурга идти эскадре вперед − отказавшихся в начале января 1905 года сопровождать эскадру далее Мадагаскара. И также внезапно согласившихся идти дальше вместе, после снятия запрета из Петербурга на выход эскадры;
во-вторых:
− снабжением русской эскадры приведенными в негодность боеприпасами. Есть серьезные основания думать, что боеприпасы для 2-й эскадры, отправленные во Владивосток по железной дороге после очень своевременной аварии транспорта «Иртыш», потому и не попали на 2-ю эскадру, что не успели пройти «обработку».
Другой комплект снарядов для 2-й эскадры пошел отряду Небогатова. Эти снаряды также пытались привести в негодность, но так и не смогли.
в-третьих:
− нереальной задачей «овладения морем», которую, «прикрываясь широкой спиной Царя», навязали эскадре Генерал-Адмирал и Управляющий Морским Ведомством адмирал Авелан.
Адмирал Авелан Федор Карлович
Из постановки этой задачи автоматически вытекала необходимость посылки 3-й эскадры к-ад. Небогатова, ‒ ставшей в бою 3-м броненосным отрядом, ‒ на «усиление» 2-й эскадры.
Контр-адмирал Николай Иванович Небогатов
Рисунок французского художника времен той войны
в-четвертых:
− предательским отставанием этого 3-го отряда в бою 14/27 мая 1905 года, особенно при завязке боя. Это отставание свело на нет гениальный ход адмирала Рожественского, заманившего в ловушку «великого» адмирала Того. Причем при организации этой ловушки с нашей стороны впервые в мире была использована радиоразведка.
в-пятых:
− огневым превосходством японцев, возросшим в результате указанных мероприятий с 15- до минимум 150-кратного, по оценке адмирала А.В. Шталя. Выдержать такое огневое превосходство, умноженное на полуторное превосходство в скорости эскадренного хода, не смогла бы ни одна эскадра, ни в одну эпоху.
31. Эффект большой катастрофы был запланированно подготовлен и усилен не столько военным поражением 2-й эскадры днем 14/27 мая, сколько действиями почти насильственно внедренной в ее боевой организм «пятой колонны»:
во-первых:
− самовольным уходом, инспирированным капитаном 1-го ранга Добротворским, крейсерского отряда адмирал Энквиста в Манилу вечером 14/27 мая;
во-вторых:
− предательской сдачей врагу контр-адмиралом Небогатовым четырех оставшихся под его командой броненосцев утром 15/28 мая.
В основе обоих порочащих русский флот и Россию действий лежит фактический отказ контр-адмирала Н.И. Небогатова принять на себя командование эскадрой, вопреки прямому приказу адмирала Рожественского.
Неопровержимо доказано, что приказ этот был принят, разобран и проигнорирован на флагманском броненосце Небогатова «Николай I» не позднее 6 часов вечера 14 мая[3]. Представляет интерес, что этому факту до сих пор не дано соответствующей оценки в трудах, посвященных исследованию Цусимского боя, начиная с пресловутого «Мнения Следственной Комиссии».
X. Скрываемая победа
32. Проведенное в книге «Цусима ‒ знамение...» военно-историческое расследование однозначно выявило, что завязка Цусимского боя − первый удар русской эскадры − флотоводческая победа русского флота.
Победа адмирала Рожественского и его моряков.
Вице-адмирал Зиновий Петрович Рожественский
Не понять, что 8 (восемь!) броненосцев 1-го и 2-го броненосных отрядов 2-й эскадры, − проделавшие почти кругосветный путь, путь, изнуряющий людей и изнашивающий механизмы, исходно укомплектованные не имевшим достаточного боевого опыта личным составом, принявшие с ходу бой с первоклассным японским флотом, − не понять, что броненосцы эти, обладай они сколько-нибудь качественным боекомплектом, разгромили бы в первые 10 минут боя главные силы этого лучшего на тот день в мире Соединенного флота Империи Ниппон под личным водительством самого адмирала Того, не понять это после всего вышесказанного, может только тот, кто хочет этого не понимать.
Как не хотят понять до сих пор, что Цусима вообще могла закончиться русской победой уже на 5-й минуте огневого контакта, когда 12-дюймовый снаряд с «Суворова» ударил – естественно, не взорвавшись! − по открытому мостику «Микаса», где стоял Того со своим штабом.
«Микаса» под русским огнем
[4].
Один из немногих объективных исследователей Цусимского боя Ричард Хок, подводя итог этой «четверти часа для русских пушек», констатирует неопровержимое:
«В эти первые минуты боя при Цусиме русские разбили вдребезги все предсказания об их вероятно плохой стрельбе, тяжело повредив три вражеских судна, поразив еще несколько, и уменьшив их число на 8%»[5].
[Под уменьшением на 8% имеется в виду выход из строя броненосного крейсера «Асама», не принимавшего больше участия, по крайней мере, до вечера боя 14 мая].
Но полезно задуматься над тем, что блистательная победа русского флота и в этом случае определялась бы стойкостью и самоотверженностью моряков эскадры, гением и верностью долгу ее Командующего.
То есть теми же духовными качествами православного русского человека, проявленными в реальном огне Цусимы, которые и превращают этот трагический бой в победу русского православного воинского духа, трагический триумф русского флота.
В Цусимском бою Соединенному японскому флоту, вооружало который и за спиной которого стояло все мировое сообщество, неуклонно и неотвратимо противостояла всего одна русская эскадра под командованием русского вице-адмирала Зиновия Петровича Рожественского.
Эскадру эту можно было расстрелять, сжечь или потопить, но не остановить или победить.
Русскую флотоводческую победу в завязке Цусимы, первый удар русской эскадры, едва не ставший роковым для Соединенного флота, лучше всех ощутили на себе и осознали сами японские адмиралы, полностью исказив в своих донесениях, и особенно в схемах начальной фазы Цусимы, истинную графическую картину начала боя.
Картину, ставящую крест на тактическом гении адмирала Того и заставляющую задуматься об истинных причинах цусимской катастрофы.
Только в свете этой победы русского флота скрываемой до сих пор от мира, можно осознать, почему морской министр победоносной Японской империи адмирал Ямамото отчаянно подталкивал свое правительство − после Цусимы! − «к уступкам во имя заключения мира»[6].
Героические поход и бой 2-й эскадры сорвали в тот раз планы врагов России по ее уничтожению уже в 1905 году. Продлив существование Православной Империи на целых двенадцать лет.
А потому Цусима является стратегической победой русского народа и его флота.
Над всем мировым сообществом!
[1] Мельгунов С.П. На пути к дворцовому перевороту. С. 190-191. Подробно о предательских действиях Куропаткина: «Цусима ‒ знамение...». Том I. Книга 2. Части вторая ‒ четвертая.
[2] «Цусима ‒ знамение...». Том II. Книга 3. Часть вторая. Глава 7. Таинственное Совещание. С.176-198.
[3] «Цусима ‒ знамение...». Том II. Книга 3. Часть четвертая. Глава 9.3. Раздел: О передаче командования эскадрой. Пункт: Сигнал был разобран. С. 459-463.
[4] См.: «Цусима ‒ знамение...». Том II. Книга 3. Часть пятая. Гл. 9, раздел: Свидетельство с той стороны.
[5] Richard Hough. The Fleet That Had to Die. P. 162-171.
[6] «Цусима ‒ знамение...». Том I. Книга 2. Часть третья. Глава 2.2: Как это видели они сами; Том II. Книга 3. Часть пятая. Гл. 10.3. Раздел: Адмирал Ямамото: Это уже не спасет Японию.