Обычно я не верю в сны – хоть радостно вещие, хоть зловещие…
Но вот в ночь на 18 декабря мне явился необычайно живой, зримый сон: будто я тихо вошёл в огромный церковный храм, купола которого были так высоки, что словно плавали в облаках.
Переступив порог, обнажил голову, трижды покрестился, поклонился. Церковь была почему-то непривычно безлюдна и сумрачна, и, что особенно странно, в темноте ярко мерцала лишь одна большая свеча, обильно слезившаяся горячим воском. На стенах храма густо теснились отсвечивающие золотом и серебром иконы.
В одиночестве, преисполненный непонятного волнения и тревожного ожидания, я медленно походил от стены к стене раз, другой, третий. Задумчиво постоял у большой Казанской иконы Божией Матери, покрестившись, трижды ей низко поклонился и, умиротворённый, направился к выходу.
Не отойдя и десятка шагов, вдруг увидел в своих руках тоненькую свечку и вспомнил, что не сделал того, зачем в церковь шёл - помянуть почивших родных и близких, попросить у Господа благополучия здравствующим. Почувствовал, как меня вновь сильно потянуло в храм. Будто кем-то настойчиво подталкиваемый в спину, торопливо вернулся.
В церкви по-прежнему царило полное безлюдье, стояла какая-то звенящая в ушах тишина, и лишь одинокая свеча, трепеща и слегка потрескивая горячим пламенем, чуть освещала полумрак и неведомым чудом манила меня к себе…
Я вновь медленно подошёл к святому образу, зажёг свою свечку, поставил её рядом с большой свечой и вдруг уловил чей-то едва слышимый повелительный голос: жди печальной вести. Скорби…
…Проснувшись утром, невольно задумался о смысле загадочного сновидения, даже потянулся к соннику, чего раньше никогда не делал. Твёрдо решил: надо непременно пойти сегодня в церковь вопреки всяким-разным запретам по случаю зловещей пандемии.
В этот день мне пришло горькое известие о кончине моего давнего верного и надёжного друга-единомышленника, человека необычайно светлой души и доброго сердца – Валерия Павловича Будянова…
В тёплом некрологе его большого друга и сподвижника Валерия Васильевича Габрусенко (см. «На таких всегда и держалась Русская земля») подробно перечислены все выдающиеся заслуги покойного перед Родиной: видный учёный-математик, опытнейший педагог высшей школы, яркий публицист-просветитель, выдающийся журналист и общественный деятель, несгибаемый патриот… Всего не пересказать.
Валерий Павлович самоотверженно, не щадя своих сил и здоровья, всегда стоял на переднем рубеже защиты русских национальных интересов. Поистине, это был человек–факел, честно и правдиво освещавший горькую реальную действительность в стране, настойчиво искавший пути возрождения Отчизны.
Его образные, брызжущие метафорическим огнём выступления перед публикой и в печати никого не оставляли равнодушным – ни друзей, ни врагов, будили сознание, были подобны вечевому колоколу, громко зовущему на борьбу за великий русский народ, его непоколебимый дух, православную веру, героическую историю, высокую культуру и нравственность.
Это В.П. Будянов со товарищи по патриотическому цеху твёрдо и решительно заговорил о попранных русских национальных интересах в родном Отечестве в трудные, переломные и непредсказуемые 1990-е годы. Это он жёстко и смело осудил отвратительную политику дискриминации русских как государство образующего народа в России. Это Валерий Павлович гневно клеймил и умело разоблачал грязные фальсификации родной истории.
В.П. Будянова не могли остановить ни зловещие угрозы, ни жестокие оппоненты, чья политика, дела и мысли были направлены на то, чтобы подорвать мощь и крепь Отечества. Бескомпромиссную борьбу с разнузданной русофобией, ставшей едва ли не государственной политикой в России в роковые 90-е годы, он по праву считал своим самым ответственным делом.
Валерий Павлович боролся за трезвый, здоровый образ жизни, твёрдо осудив дикие и несуразные антиалкогольные «реформы» Горбачёва, чем вызвал на себя беспощадный огонь официальных властных структур г. Новосибирска. Ему пришлось пережить немало клеветнических, бездоказательных судилищ, направленных на то, чтобы напугать, сбить его с верного национально-патриотического курса, что, безусловно, сильно подорвало его здоровье…
Создание Сибирского отделения Петровской Академии наук и искусств – это тоже в большой мере дело его глубокого светлого разума и не знавших отдыха трудолюбивых рук.
Как человек истинно верующий, В.П. Будянов безоглядно отстаивал идеи Православия, справедливо видя в нём ключевое условие сохранения, сбережения и передачи будущим поколениям наших исконных морально-нравственных устоев и национальных традиций.
Главное детище Валерия Павловича на протяжении десятков лет – руководимая им газета «Память Отечества», созданная старшим товарищем-единоверцем Ю.И. Мерзляковым в 1990 году и на протяжении десятилетий ставшая чрезвычайно востребованной в русских патриотических кругах.
Четверть века своей кипучей и плодотворной деятельности отдал русский подвижник этому печатному органу. Будучи ответственным секретарём издания, он активно привлекал в качестве авторов известных учёных, журналистов, деятелей искусства, литераторов, публицистов, поэтов из всех уголков страны и зарубежья.
Я горжусь тем, что Валерий Павлович Будянов рекомендовал меня в члены ПАНИ, а потом ввёл в её академический состав, охотно публиковал на страницах «Памяти Отечества» мои скромные статьи и заметки.
Разделяю огромное горе, постигшее родных и близких покойного.
Светлая, долгая память прекрасному русскому Человеку!
Владимир Юдин, академик Петровской Академии наук и искусств,
профессор, Заслуженный работник высшей школы РФ, писатель
г. Тверь
