Первый космонавт

 

 

1.

 

      Земля была удивительно красива. Она была окружена нежно-голубым ореолом, который постепенно - по мере удаления от Земли - становился бирюзовым, синим, фиолетовым, а дальше простиралось необъятное небо угольно-черного цвета. Оно было похоже на только что вспаханное поле, на которое, словно зерна, падали звезды.

     Космический корабль вошел в тень Земли. Это произошло почти мгновенно. Наступила кромешная тьма. Видимо, корабль пролетал над океаном, потому что золотистая пыль ночных городов ни разу не мелькнула в течение длительного времени.

     Вскоре корабль вышел из тени; блеснули лучи солнца; ореол Земли пылал ярко-оранжевым цветом.

     - Красота-то какая! - невольно вырвалось из груди Первого Космонавта.

          «Надо как следует все запомнить, - подумал он, не отрываясь от иллюминатора, - чтобы потом рассказать. Если, конечно, ничего не случится, и я вернусь обратно».  

       Полет длился уже пять с половиной минут. Вдруг корабль начало вращать вперед - Космонавт стал кувыркаться; на земле у него были такие тренировки, и кувыркания он переносил хорошо, вопрос заключался в том, как долго это продлится; с помощью ручного управления он попытался устранить вращение, но это ему не удалось, наоборот, вращение стало еще быстрее. Через минуту Космонавт почувствовал недостаток кислорода в скафандре, он стал искать причину этой неисправности, но, к сожалению, не нашел; дышать становилось все труднее. К довершению всего пропала связь с землей.

       Астронавт остался один на один с космосом; красоты земли его уже не интересовали; он лихорадочно пытался найти выход из положения, но времени для этого, кажется, уже не оставалось; он стал прощаться с жизнью, которая могла замереть в нем через минуту, а, может, и раньше.

       Неожиданно перед ним возник сияющий юноша в белоснежных одеждах; лицо его сияло, как солнце, а в глазах светилась любовь. Дрожь прошла по всему телу Космонавта, а душа затрепетала. «Сейчас начнется самое худшее». Он ошибся, все стало изменяться к лучшему: вращение корабля прекратилось, кислород стал поступать в скафандр бесперебойно, связь с землей восстановилась.

       -Кто ты? - спросил Первый Космонавт.

       -Я - святой великомученик Георгий Победоносец, твой небесный защитник и покровитель, - ответил сияющий юноша. - Я послан спасти тебя. Ровно через секунду ты должен был погибнуть, а корабль исчезнуть в космосе. Теперь твоя жизнь в безопасности. Корабль благополучно вернется на землю, потому что я буду держать его в своих ладонях.

        Небесный гость исчез. Космический корабль продолжал свой полет. Потрясение, вызванное посещением Георгия Победоносца, улеглось, Астронавт чувствовал себя прекрасно и ни о чем не волновался. Завершив запланированный виток вокруг земли, корабль произвел посадку в степях Казахстана.  

 

2.

 

 

       Никита Хрущев торжествовал. Он доказал всему миру, на что способен как глава государства. Полетом в космос он утер нос Америке. Первый Космонавт был приглашен в Кремль. Хрущев расцеловал его в обе щеки, а потом сказал:

       -Ты вознесся из грязи в князи. С твоей славой не сравнится ни один актер, ни один писатель, ни один политик. И всем этим ты обязан только мне. Сегодня ты будешь выступать по телевидению. Среди прочего ты должен сказать такие слова: «В космосе я никакого Бога не видел». Этим докажешь, что ты настоящий коммунист.

       Первый Космонавт, глядя прямо в глаза Хрущеву и чувствуя себя гораздо смелее и увереннее, чем в первые минуты полета, ответил:

       -Я вернулся на землю живым только потому, что со мною был Бог. Святой великомученик Георгий Победоносец держал космический корабль в своих ладонях. Из неверующего человека я стал верующим. Вот крестик, который повесил мне на шею святой Георгий. Всю оставшуюся жизнь я буду прославлять Господа Бога. Этим самым я докажу, что я настоящий верующий.

       Хрущев буквально остолбенел. Он ожидал, во-первых, слов благодарности, а, во-вторых, полной покорности. А как же иначе: ведь его собеседник военный, а у таких людей на устах только одно слово: «Слушаюсь!»

       -Ты, наверно, меня разыгрываешь, - придя в себя от неожиданности, сказал Хрущев, - шутка - вещь хорошая, но ты, по-моему, слишком загнул...

       -Ни капли не загнул, - по-прежнему глядя в глаза собеседнику и нисколько не робея перед его авторитетом, ответил Астронавт. - Я отправлялся в космос одним человеком, а вернулся другим.

       -Ты должен сказать то, что знают все: Бога нет! - продолжал Хрущев.

       -Для одних - Его нет, а для других - есть! Никакая сила в мире неспособна меня заставить сказать, что Бога нет!

-Ты стал государственным человеком и должен служить государству.

-До полета я служил ему как безбожник, а теперь буду служить как верующий. И принесу ему пользы гораздо больше, чем раньше.

-Наверно, ты свихнулся!

-Я никогда не мыслил более трезво, чем сейчас.

-Советую тебе одуматься! - произнес Хрущев строго. - Со мной шутки плохи!

-Выступление по телевидению можно и отменить, - предложил выход из положения собеседник.

-Первого Космонавта замолчать нельзя! Иди и прославляй Родину! И меня!

Выступление Первого Космонавта планеты смотрела не только Россия, но и весь мир. Он подробно рассказал о своем полете, о своих впечатлениях, об особенностях работы в невесомости. Почти половину выступления он посвятил рассказу о своем обращении к Богу.

-Я похож на современного Апостола Павла, который ненавидел Христа и гнал Его, а потом в одну секунду изменился и стал самым ревностным проповедником Евангелия, - сказал в заключение Первый.

Хрущев пришел в ярость. Человек, который мог возвысить его авторитет во всем мире, показать как гениального стратега, выставил его на посмешище. «Храмы нужно закрывать, потому что у нас не хватает овощехранилищ, а попов гнать в колхозы, потому что там острая нехватка скотников. Вот о чем надо говорить! А эта безумная голова портит мне всю малину!

Он взбаламутил всю страну! Чего доброго, завтра станут поступать письма от граждан с просьбой открывать храмы. Как бы не так! Клубы и залы-читальни для проведения политинформаций - пожалуйста! А чего другого - нет!»

Следующий разговор не замедлил себя ждать. Он отличался от первого, как лето - от зимы.

-Ты безумец! - сразу пошел в наступление Хрущев. - Нормальный человек никогда такого не допустит! Мой совет: выкинь дурь из головы!

-Моя голова в полном порядке! За всю свою жизнь я не говорил более правильных слов! -  ответил Первый, сохраняя полное самообладание.

-Откажись от своих слов! Мол, у меня была температура!

-От своих слов я никогда не откажусь! - твердо произнес Первый.

-Никогда?

-Ни-ког-да! - невозмутимо ответил Космонавт. В каждом слоге слышалась твердая убежденность в своей правоте.

-Я требую! - Хрущев сжал оба кулака, думая, видимо, что этот аргумент повлияет на собеседника больше, чем его слова.

-Никита Сергеевич, кого мне больше слушаться - вас или Господа Бога? - спросил Первый.

Хрущев замолк, не в силах что-либо возразить.

«И почему я не послал Титова вместо него? Никаких бы проблем не было! Теперь попробуй расхлебайся!»

-Где твой крестик, который ты показывал телезрителям? - после длительной паузы спросил он.

-На мне.

-Сними его!

-Это исключено!

-Отдай его мне, и скоро ты забудешь свою глупую басню.

-Во-первых, это не басня, а истинная правда, а, во-вторых, крестик останется на мне до конца жизни!

Хрущев мог накричать на Первого, затопать ногами, но даже он, будучи недалеким человеком, понял, что этим ничего не изменишь, поэтому, выругавшись про себя, повернулся к нему спиной.

 

3.

 

         После этого разговора в жизни Космонавта Номер Один многое изменилось: его понизили в звании, лишили Звезды Героя, сократили зарплату, отменили все поездки не только за границу, но и внутри страны, даже запретили бывать в той войсковой части, в которой он служил. Первый отнесся ко всему этому, как к чему-то малозначительному. Он жил теперь совсем другой жизнью: почти каждый день бывал в храме, усердно молился, приступал к церковным Таинствам. Верующие встречали его восторженно, окружая плотным кольцом и задавая бесконечные вопросы. Священники приглашали  молиться в алтарь; иногда он соглашался, но чаще оставался среди прихожан. В каждом храме он находил икону святого великомученика Георгия Победоносца, прикладывался к ней и оставался около нее до конца службы.

 

4.

 

Однажды Хрущев посетил сразу несколько европейских стран. В Копенгагене его приняла королева Дании Маргрете. Она очаровала его своей молодостью, красотой и изящными манерами. При прощании, подарив гостю из Москвы обворожительную улыбку, королева сказала:

-Я и мои подданные были бы совершенно счастливы, если бы нашу страну посетил Первый Космонавт планеты.

Если бы Хрущев отказал ей в этой просьбе, он выглядел бы неотесанным чурбаном. А поскольку он хотел остаться в ее глазах не только гибким политиком, но и воспитанным человеком, то ответил:

-Он прибудет к вам на следующей неделе.

Хрущев сдержал свое слово, и Первый отправился в Данию. Его встречали в этой стране так, как не встречали ни одного президента или премьер-министра. Всюду, где появлялся русский гость, народ рукоплескал. Высокопоставленные чиновники, банкиры, ученые, журналисты считали за честь пожать его руку. Апогеем торжеств стал прием у королевы Маргрете. Праздничный стол сиял фарфором и хрусталем. Хозяйка посадила Первого рядом с собой и ни на одну минуту не оставляла без внимания.

-Было ли Вам страшно в космосе? - спросила королева, когда бесшумные вышколенные официанты подали на десерт землянику со сливками.

Первый кивком головы поблагодарил за десерт и, учтиво обратившись к собеседнице, ответил:

-Мой полет - авантюра чистой воды. В корабле была уйма неполадок, но это мало кого беспокоило. У них, - он кивком головы указал как бы на своих правителей и прежде всего на Хрущева, - на первом месте политика - обогнать Америку, а человеческая жизнь ровно ничего не значит. Шансов на то, что полет закончится благополучно, было смехотворно мало, поэтому правители заранее заготовили сообщение о гибели корабля. Но я остался жив.

И Первый рассказал королеве обо всем, что произошло с ним в космосе. И после приземления.

Королева была сильно изумлена. Ей с трудом удалось справиться с волнением, которое ее охватило. Она смотрела на своего собеседника восторженными глазами. Ей в то же время очень импонировало то, что Первый вел себя очень просто и естественно, как будто был у нее в гостях сотый раз.

-Что Вы думаете о завоевании космоса? - поинтересовалась она.

-Это очередное безумное предприятие человека. Там нам делать нечего. Вселенная так велика, что до ближайшей звезды нужно лететь несколько миллионов световых лет. Господь этим показал, что человек - мельчайшая песчинка в мироздании, и наш удел - земля. Сначала дома нужно навести порядок, а потом уж думать о чем-то ином. Представьте себе на минутку, - Первый, повернувшись, посмотрел в изумительной красоты голубые глаза королевы; даже в космосе, глядя в иллюминатор на Землю, он не нашел такого совершенства. - Представьте себе на минутку, что человек высадился на какую-нибудь планету и стал там хозяйничать. Что ждет эту планету? - Первый сделал паузу и вопросительно посмотрел на собеседницу. - В самое короткое время мы превратим ее в помойку!

-Вы совершенно правы, - улыбаясь, отозвалась Маргрете. - Я общалась с самыми выдающимися людьми нашей планеты - лауреатами Нобелевской премии, прославленными писателями, гениальными музыкантами. Но ни одна встреча не дала мне столько пищи для ума и сердца, как встреча с Вами.

-Вы слишком любезны, Ваше Величество, - ответил Космонавт. - Моя личность не стоит и сотой доли тех комплиментов, которыми Вы меня осыпали.

 Оркестр, расположившийся на хорах, заиграл вальс Иоганна Штрауса «На прекрасном голубом Дунае».

Гость поднялся.

-Ваше Величество, разрешите пригласить Вас на танец, - обратился он к Маргрете.

-С величайшим удовольствием, - ответила она, вставая, в то время как предупредительный лакей отодвинул стул в сторону.

Примеру королевы и русского гостя последовали другие участники приема, и скоро великолепный зал стал походить на летнее цветущее поле, где порхали разноцветные бабочки.

-Мои дни сочтены, - сказал Первый, легко вальсируя среди других пар и любуясь своей партнершей, которая блистала безукоризненным чувством ритма. - Мои дни сочтены, - повторил он, - потому что Хрущев никогда не простит мне того, что я поступаю по-своему. Но я иначе не могу. Я останусь верен Господу до последнего вздоха.

Маргрете побледнела. Первый прервал танец и довел ее до ближайшего кресла. Никто не узнал истинной причины этого поступка, участники раута подумали, что королева побледнела из-за нехватки свежего воздуха и что ей и гостю было удобнее продолжить беседу, сидя в удобных креслах.

 

5.

 

Через несколько недель после возвращения домой Астронавту предложили еще одну поездку - на Кольский полуостров, к морякам Северного флота. Он согласился, потому что любил военных моряков и знал, какая у них трудная служба. Перед самым отъездом один из помощников главы государства сказал, что Хрущев дает ему последнюю возможность исправиться.

У моряков Первому понравилось, в них он чувствовал родственную душу. Во дворце культуры, где проходила встреча с Космонавтом, собрался весь цвет Северного флота.

-Уходить в глубины океана так же опасно, как уходить в глубины космоса, - сказал Первый, глядя в зал и обращаясь ко всем морякам так, как будто  разговаривал с одним человеком. - Но если мы призовем имя Господа Бога, то любой поход - подо льдами Ледовитого океана или в глубинах Атлантики - станет совершенно безопасным. Потому что Он будет нести подводную лодку в Своих ладонях.

Спустя восемь дней Космонавт вернулся в Звездный городок, а еще через день в газетах появилось сообщение, что он погиб в автокатастрофе на Ярославском шоссе: самосвал, груженый тяжелыми железобетонными плитами, почему-то вырулил на встречную полосу, и «Волга», в которой ехал Первый, на высокой скорости врезалась в него.

Картина В А Джанибекова «Перед стартом»

 © https://www.livemaster.ru/topic/712533-on-skazal-poehali