21 марта в нашей стране ежегодно (с 2000 г.) отмечается Всемирный день поэзии. "Поэзия, - как говорится в одном из решений ЮНЕСКО, - может стать ответом на самые острые и глубокие духовные вопросы современного человека..." Вот и давайте на поэзию посмотрим с духовной, православной точки зрения.
Думаю, изречение святого Исаака Сирина в определенной степени относится и к поэтическому дару: "Воздаяние бывает не добродетели и не труду ради нее, но рождающемуся от них СМИРЕНИЮ. Если же оно утрачено, то первые будут напрасны".
Очень жаль, если занятие поэзией не делает человека смиреннее и лучше. Вообще поэтический крест весьма тяжел: бывает, стихотворение рождается в ужасных муках... И вот, после упорных трудов, у автора, наконец-то, появляется на свет его детище, в представлении поэта - "нетленка"! И хочется литератору поделиться своим "состоянием души" (как некоторые определяют поэзию) со всем миром! Но мир, как известно, лежит во зле, в том числе и для поэтов. Не успеет автор и глазом моргнуть - а критик уже тут как тут... Ничего не попишешь - у критика тоже свой дар: смирять поэтов, опускать их с небес на землю. Вот уж точно: обидеть художника может каждый... Нетрудно представить, что чувствует творческий человек, с тонкой душевной организацией, когда "распинают" его родное произведение. Не правда ли, даже если ребенка ругают за дело, то нелегко его родителям всё это выслушивать? Поэтому православному поэту важно помнить: литературное творчество может стать не только средством служения Богу и ближним, но и хорошей школой смирения. С другой стороны: стихотворный дар способен взрастить в его обладателе непомерную гордыню и тщеславие... Поэту нужно благословлять не только своих врагов, но и критиков. Ведь через них Господь верных чад Своих учит, воспитывает и спасает.
"Поэзия чарующе манит нас как своей приятной, музыкальной, ласкающей ухо формой, так и своим ярким, картинно-выраженным и вдохновляющим содержанием. - писал епископ Александр (Милеант). - Ее звуки, полные чудной музыки, отрешая от обыденной суеты, влекут нас в мир идеальной, небесной красоты. Благодаря поэзии мы можем глубже почувствовать полноту жизни с ее радостями и скорбями, которые необходимы для нашего внутреннего роста..." А разве возможен внутренний рост без мужества и смирения (то есть адекватности)?
Только с Божьей помощью можно научиться терпеливо принимать критику своих ошибок, выслушивая мнение других людей по поводу своего творчества. Для того, чтобы во славу Божию с каждым годом наше литературное мастерство продолжало неуклонно возрастать, наливаясь мощью, красотой и мудростью.
Побеседовать о поэзии мы попросили Ирину Михайловну Катыкову, патентного эксперта отдела медицины и медтехники Федерального института промышленной собственности (ФИПС) в системе Роспатента. Ирина Михайловна стихи и прозу пишет с детства.
- Ирина Михайловна, как талантливые стихи отличить от графоманских?
- Прошу прощения, я не стихотворный критик, считаю себя дилетантом в этом вопросе и не могу представить верных критериев. Потому что мои собственные стихи грешат графоманией. Вернее будет отметить, что я не могу и не имею права давать точные критерии талантливых стихов. А вот графомания, в моем понимании, - это когда хочешь писать, а не знаешь как, но все равно насилуешь душу и разум, выдавливаешь из себя, получается абракадабра, но ты доволен собой, гордишься, потому что - написал же! Вот это, наверное, и есть настоящая графомания. Однако когда кто-то резко ругает молодых авторов, у которых "хромает" соблюдение правил стихосложения, но стихи искренние, из души излились (это обычно все-таки заметно), становится обидно за эту критику, ведь у кого-то из начинающих такое неприятие может совсем отбить охоту и писать стихи, и совершенствоваться в этом. Посему весь дальнейший разговор касается, скорее, именно начинающих писать стихи.
- Сейчас от многих начинающих поэтов можно услышать, что теория стихосложения не нужна. Они говорят, что и Пушкин писал, как дышал, и что он не высчитывал рифмы, слоги и прочее. Ваше мнение.
- Это у них от гордыни, от самооправдания. Не знаю, высчитывал ли Пушкин. Но он на то и Пушкин, ему было дано "писать - как дышать". А нам, к сожалению, не всем дано. Поэтому, считаю, если не "пишется - как дышится", все-таки надо и рифму искать, и размер подбирать. Высчитывать. Потому что, все же, стихи должны содержать в себе гармонию. А то, нарушая принятые теории, можно и до абсурда дойти. Например, известно, что Пушкин писал и матерные стихи. И что? Это же не значит, что, чтобы быть гениальным, как Пушкин, тоже надо использовать в стихах мат. Сейчас вообще в искусстве мат и прочие эпатажные вещи используют, как кажется, только для придания оригинальности. А у Пушкина, по-моему, это были просто озорные, по молодости, стихи, в чем он потом раскаивался. Вряд ли он оригинальничал, или собирался кого-то ими шокировать, или привлекать к своему творчеству. Так что тот факт, что Пушкин "не высчитывал", вовсе не значит, что не нужно высчитывать остальным стихотворцам. Более того, великий поэт сам испытывал "муки творчества". Как точно подметил Павел Медведев: "Стоит только ознакомиться с рукописями, дневниками и библиотекой Пушкина, чтобы стало очевидным, как много и трудно он работал, думал, читал. Чего стоят одни только нервно исчирканные, бесконечное число раз вправленные, со спутанными строчками листки его черновиков, которые порой невозможно даже прочесть".
- Как Вы начали писать стихи, изучали теорию стихосложения или был какой-то наставник?
- Начала писать уж и не помню когда, может, классе в третьем школы, по вдохновению. К сожалению, теорию стихосложения не изучала. Вот, видимо, поэтому техника стихосложения у меня и "хромает". Каюсь, хоть и "высчитываю" всегда, однако, далеко не всегда стихи получаются стройными, настоящими. Я благодарна моему отцу: филологу, он меня, действительно, наставлял и до сих пор еще, слава Богу, это делает. Я, правда, тяжело пере
Думаю, изречение святого Исаака Сирина в определенной степени относится и к поэтическому дару: "Воздаяние бывает не добродетели и не труду ради нее, но рождающемуся от них СМИРЕНИЮ. Если же оно утрачено, то первые будут напрасны".
Очень жаль, если занятие поэзией не делает человека смиреннее и лучше. Вообще поэтический крест весьма тяжел: бывает, стихотворение рождается в ужасных муках... И вот, после упорных трудов, у автора, наконец-то, появляется на свет его детище, в представлении поэта - "нетленка"! И хочется литератору поделиться своим "состоянием души" (как некоторые определяют поэзию) со всем миром! Но мир, как известно, лежит во зле, в том числе и для поэтов. Не успеет автор и глазом моргнуть - а критик уже тут как тут... Ничего не попишешь - у критика тоже свой дар: смирять поэтов, опускать их с небес на землю. Вот уж точно: обидеть художника может каждый... Нетрудно представить, что чувствует творческий человек, с тонкой душевной организацией, когда "распинают" его родное произведение. Не правда ли, даже если ребенка ругают за дело, то нелегко его родителям всё это выслушивать? Поэтому православному поэту важно помнить: литературное творчество может стать не только средством служения Богу и ближним, но и хорошей школой смирения. С другой стороны: стихотворный дар способен взрастить в его обладателе непомерную гордыню и тщеславие... Поэту нужно благословлять не только своих врагов, но и критиков. Ведь через них Господь верных чад Своих учит, воспитывает и спасает.
"Поэзия чарующе манит нас как своей приятной, музыкальной, ласкающей ухо формой, так и своим ярким, картинно-выраженным и вдохновляющим содержанием. - писал епископ Александр (Милеант). - Ее звуки, полные чудной музыки, отрешая от обыденной суеты, влекут нас в мир идеальной, небесной красоты. Благодаря поэзии мы можем глубже почувствовать полноту жизни с ее радостями и скорбями, которые необходимы для нашего внутреннего роста..." А разве возможен внутренний рост без мужества и смирения (то есть адекватности)?
Только с Божьей помощью можно научиться терпеливо принимать критику своих ошибок, выслушивая мнение других людей по поводу своего творчества. Для того, чтобы во славу Божию с каждым годом наше литературное мастерство продолжало неуклонно возрастать, наливаясь мощью, красотой и мудростью.
Побеседовать о поэзии мы попросили Ирину Михайловну Катыкову, патентного эксперта отдела медицины и медтехники Федерального института промышленной собственности (ФИПС) в системе Роспатента. Ирина Михайловна стихи и прозу пишет с детства.
- Ирина Михайловна, как талантливые стихи отличить от графоманских?
- Прошу прощения, я не стихотворный критик, считаю себя дилетантом в этом вопросе и не могу представить верных критериев. Потому что мои собственные стихи грешат графоманией. Вернее будет отметить, что я не могу и не имею права давать точные критерии талантливых стихов. А вот графомания, в моем понимании, - это когда хочешь писать, а не знаешь как, но все равно насилуешь душу и разум, выдавливаешь из себя, получается абракадабра, но ты доволен собой, гордишься, потому что - написал же! Вот это, наверное, и есть настоящая графомания. Однако когда кто-то резко ругает молодых авторов, у которых "хромает" соблюдение правил стихосложения, но стихи искренние, из души излились (это обычно все-таки заметно), становится обидно за эту критику, ведь у кого-то из начинающих такое неприятие может совсем отбить охоту и писать стихи, и совершенствоваться в этом. Посему весь дальнейший разговор касается, скорее, именно начинающих писать стихи.- Сейчас от многих начинающих поэтов можно услышать, что теория стихосложения не нужна. Они говорят, что и Пушкин писал, как дышал, и что он не высчитывал рифмы, слоги и прочее. Ваше мнение.
- Это у них от гордыни, от самооправдания. Не знаю, высчитывал ли Пушкин. Но он на то и Пушкин, ему было дано "писать - как дышать". А нам, к сожалению, не всем дано. Поэтому, считаю, если не "пишется - как дышится", все-таки надо и рифму искать, и размер подбирать. Высчитывать. Потому что, все же, стихи должны содержать в себе гармонию. А то, нарушая принятые теории, можно и до абсурда дойти. Например, известно, что Пушкин писал и матерные стихи. И что? Это же не значит, что, чтобы быть гениальным, как Пушкин, тоже надо использовать в стихах мат. Сейчас вообще в искусстве мат и прочие эпатажные вещи используют, как кажется, только для придания оригинальности. А у Пушкина, по-моему, это были просто озорные, по молодости, стихи, в чем он потом раскаивался. Вряд ли он оригинальничал, или собирался кого-то ими шокировать, или привлекать к своему творчеству. Так что тот факт, что Пушкин "не высчитывал", вовсе не значит, что не нужно высчитывать остальным стихотворцам. Более того, великий поэт сам испытывал "муки творчества". Как точно подметил Павел Медведев: "Стоит только ознакомиться с рукописями, дневниками и библиотекой Пушкина, чтобы стало очевидным, как много и трудно он работал, думал, читал. Чего стоят одни только нервно исчирканные, бесконечное число раз вправленные, со спутанными строчками листки его черновиков, которые порой невозможно даже прочесть".
- Как Вы начали писать стихи, изучали теорию стихосложения или был какой-то наставник?
- Начала писать уж и не помню когда, может, классе в третьем школы, по вдохновению. К сожалению, теорию стихосложения не изучала. Вот, видимо, поэтому техника стихосложения у меня и "хромает". Каюсь, хоть и "высчитываю" всегда, однако, далеко не всегда стихи получаются стройными, настоящими. Я благодарна моему отцу: филологу, он меня, действительно, наставлял и до сих пор еще, слава Богу, это делает. Я, правда, тяжело пере