В годы своей студенческой молодости я часто заходил к старообрядцем-безпоповцам на Преображенском кладбище. Тогда же я узнал, что неподалеку от кладбища, рядом со стацией метро «Преображенская площадь», была Преображенская церковь (ее называли еще Петропавловской по наименованию одного из приделов), в которой служил знаменитый проповедник митрополит Николай (Ярушевич). Здесь на Преображенке существовали как бы два параллельных мира: мир людей древлего благочестия с их моленными, кафтанами, подручниками, литыми иконами, кацеями (ручными кадильницами) и мир людей новой России. Наглядная трансформация перехода от Святой Руси к Великой России (на Преображенке был центр Петровских преобразований).
Признаюсь - когда я всматривался в фотографии взорванного храма, какого-то интереса он с точки зрения архитектуры, не вызывал. Другое дело сейчас, когда, водруженный на подиуме, словно на пьедестале памятника, храм предстал во всем своем великолепии. То, что в этом храме служил митрополит Николай - не случайно. Уже в начале 20-го века Преображенская церковь становится кафедральным храмом Московских митрополитов. Именно здесь с особенной силой раскрылся проповеднический талант владыки Николая. Его проповеди приходили слушать со всей Москвы. Они были эмоциональными, душевными, образными, теплыми. Неудивительно, что и приход храма выделялся своей активностью. Взорвали храм в 4 часа утра (как в начале войны) в день летнего празднования памяти преподобного Сергия. За три месяца до снятия с должности неистового генсека Никиты Хрущева. Надо отдать должное народу Божию - люди писали письма, дежурили у храма. Несколько десятков человек даже закрылись внутри его. Так было целую неделю. Имел место обман - обещание храм не разрушать. Как только люди разошлись - в ближайшую же ночь храм взорвали. Поразительно: многие годы храм строили, благоукрашали, молились в нем, а потом минута взрыва и груда развалин.
На праздничной трапезе с грустью подумал: если бы сейчас пригласили соседей старообрядцев, они бы чувствовали себя здесь неловко - уж слишком большие «ножницы» между их укладом с долгими молениями до и после принятия пищи, чтением особой погласицей поучения на трапезе - с бодрым пением частых многолетий и рукоплесканиями после каждого выступления. В своем выступлении я поделился воспоминаниями, как задолго до восстановления храма я с группой прихожан нашего храма был приглашен на это место архитектором-реставратором И.К.Русакомским (он был не только инициатором возрождения храма, но и душой этого предприятия, его главной движущей силой). Неоднократно довелось совершать молебны у поклонного креста и в помещении неподалеку, где работал Игорь Климентьевич. Особенно запомнились чтение великого канона Андрея Критского, вечерня под праздник Преображения и молебен на Николу зимнего. Трезвонили в колокола, подвешенные на деревьях. Во время трапез слушали рассказы старых прихожан, вспоминали владыку Николая, на месте его упокоения в Троице-Сергиевой Лавре несколько раз служили панихиды. Вот как писал о митрополите Николае в своих воспоминаниях известный церковный писатель А.Э.Левитин-Краснов: «В сталинскую эпоху митрополит Николай и вышел на историческую авансцену только потому, что он был неподражаемым мастером компромисса и талантливейшим дипломатом. Он добился максимума пользы для Церкви и сделал для нее все, что было в тех условиях возможно. Большая культура, искренняя религиозность и жизненный реализм - вот то ценное, чему должны учиться у почившего владыки Николая молодые поколения русских людей».
Достаточно было один час побыть в храме и на трапезе, чтобы понять, что при храме создан живой и деятельный приход и что настоятель храма о.Борис Потапов пользуется здесь всеобщей любовью и уважением. Причем не только со стороны постоянных прихожан, но и со стороны внешних - местного начальства и строителей. «Птенец гнезда Софийского» ‒ в прошлом клирик церкви святой Софии, находящейся напротив Кремля, батюшка духовно возрастал под крылом благостного московского пастыря о.Владимира Волгина. В этом году после праздничной трапезы на территории храма прошел фестиваль православных хоров. С некоторых пор, благодаря хору Сретенского монастыря, в программах хоров стали звучать военные и народные песни. Так было и на сей раз. Запомнился призыв ведущего: «Не жалейте ладони для аплодисментов, как наши артисты не щадят своих голосов». Одна бабушка «блаженного вида» стала приплясывать в такт одному веселому песнопению. После концерта подойдя ко мне она попросила благословение «на рыбалку». Получив оное, несколько раз поцеловала мою руку. Сидящий рядом со мной прихожанин нашего храма «старец Владимир» ‒ так мы его зовем, радовался как ребенок, крича после каждого выступления: «Бис!», «Молодцы!», «Умнички!» и т.д. Когда один хор запел песнопение «Русь Небесная» старец расплакался. Завершился праздник мелодичным перезвоном колоколов.
.jpg)
