16 января Верховная Рада приняла законопроект №0901 о среднем образовании. По сути, данным документом окончательно ликвидируются русские школы.
Комментируя принятый законопроект, глава отдела по связям с Русской Православной Церковью и православным сообществом за рубежом Института Стран СНГ Кирилл Фролов в присланном в редакцию РНЛ комментарии отмечает:
«Ответственность за это несет вся киевская власть. Сделано это было с особым цинизмом, в тот момент, когда Россия зависит от украинской власти в связи с американскими кознями против "Северного потока-2" и когда она вся в новом правительстве и конституционной реформе. То есть момент принятия продуман идеально. Москва может и хочет адекватно и законно ответить, но по перечисленным выше причинам вынуждена терпеть, стиснув зубы. В ЛДНР и так нет желающих возвращаться в Украину, а после такого и подавно. Не только Москва, но и русские Новороссии вынуждены стиснув зубы, терпеть и копить силы. Может, лично Зеленский и не хотел такого разворота событий, но он, как Кучма и Янукович, решил, что вопросы истории и языка являются второстепенными и отдал их на откуп нацистской банде, которая теперь хочет любыми путями добиться назначения погромщика УПЦ Юраша "обер-прокурором".
Убив образование на русском языке, киевская власть не только нарушила все правовые языковые стандарты, грубо попрала права человека, но и подтвердила базовый диагноз замечательного русского историка Николая Ульянова, поставленный украинскому сепаратизму: "Когда-то считалось само собой разумеющимся, что национальная сущность народа лучше всего выражается той партией, что стоит во главе националистического движения. Ныне украинское самостийничество дает образец величайшей ненависти ко всем наиболее чтимым и наиболее древним традициям и культурным ценностям малороссийского народа: оно подвергло гонению церковно-славянский язык, утвердившийся на Руси со времен принятия христианства и еще более жестокое гонение воздвигнуто на общерусский литературный язык, лежавший в течение тысячи лет в основе письменности всех частей Киевского государства, меняют культурно-историческую терминологию, традиционные оценки героев и событий прошлого. Все это означает не понимание и утверждение, а искоренение национальной души...Именно национальной базы не хватало украинскому самостийничеству во все времена. Оно всегда выглядело движением ненародным, ненациональным, вследствие чего страдало комплексом неполноценности и до сих пор не может выйти из стадии самоутверждения. Если для грузин, армян, узбеков этой проблемы не существует (по причине ярко выраженного национального духовного и физического облика), то для украинских самостийников главной заботой все еще остается доказать отличие украинца от русского. Сепаратистская мысль до сих пор работает над созданием антропологических, этнографических и лингвистических теорий, долженствующих лишить русских и украинцев какой бы то ни было степени родства между собой. Сначала их объявили "двумя русскими народностями" (Костомаров), потом двумя разными славянскими народами, а позже возникли теории, по которым славянское происхождение оставлено только за украинцами... И это обилие теорий, и лихорадочное культурное обособление от России, и выработка нового литературного языка не могут не бросаться в глаза и не зарождать подозрения в искусственности национальной доктрины" (Происхождение украинского сепаратизма. - М., 1996).
Таким образом, уничтожая русский язык, киевская власть уничтожает коренной язык своего, а не какого-нибудь другого народа».
