"И это не авторское преувеличение. У военачальника действительно текли слезы, и он не пытался скрыть этого"
Через неделю после смерти Сталина в «Литературной газете» было опубликовано стихотворение «Солдатское прощание» Алексея Суркова. Известный поэт-фронтовик, автор слов песни «Бьется в тесной печурке огонь», описывая церемонию прощания с вождем и пытаясь передать чувство невосполнимой утраты, которое испытывали при этом присутствующие.
И это не авторское преувеличение. У военачальника действительно текли слезы, и он не пытался скрыть этого. Это подтверждают, как многочисленные свидетели, так и кадры хроники. Он оказался единственным маршалом, который плакал, прощаясь с Иосифом Виссарионовичем.
«Вот — перед гробом плачет маршал Польши,
Твой никогда не плакавший солдат».
Пожалуй, не стоит отрицать, что там были и те, кто, натянув на лица маски скорби в душе тайно радовались или уже готовились к предстоящей схватке за власть. Почему же это стало такой трагедией для Рокоссовского, ведь у него были все основания ненавидеть Сталина?
«Сталин предметный урок, как надо вести себя с представителями Ставки»
Обвиненный по ложному доносу своих бывших сослуживцев, которых считал друзьями, он провел два с половиной года в сталинских застенках. Его дважды выводили на расстрел, пытали. Сломать не смогли, он ни в чем не признался, никого не оговорил и ничего не подписал. Но когда он вышел благодаря обращению Тимошенко и Буденного к Сталину то не только сумел простить вождю эту чудовищную и жестокую несправедливость, но и стал его верным соратником, более того, высоко ценил его как государственного деятеля и полюбил как человека.
В воспоминаниях Рокоссовского Сталин выглядит совсем не похожим на того бездушного тирана, портрет которого рисуют обиженные им лично или пострадавшие от репрессий люди или политические противники вроде Хрущева. В своей книге «Солдатский долг» он приводит пример, довольно ярко характеризующий Сталина.
После того, как Рокоссовский был назначен командующим Брянским фронтом, Сталин пригласил его к себе и после доклада попросил поприсутствовать на разговоре со снятым командующим (Чибисов). Тот считал, что наказан несправедливо, так как ему мешал командовать представитель Ставки (Мехлис): вмешивался в командование, отдавал свои распоряжения, устраивал бесконечные совещания, когда надо было срочно действовать.
У всех разные мысли и чувства. Фото в открытом доступе.
Сталин его выслушал и поинтересовался, кому доверили фронт? И, если ему мешали, почему он не доложил? Генерал сказал, что не осмелился жаловаться. Вот за это мы вас и сняли, подвел итог Сталин: вы не осмелились снять трубку и провалили операцию.
«Я вышел из кабинета Верховного Главнокомандующего с мыслью, что мне, человеку, недавно принявшему фронт, был дан предметный урок, как надо вести себя с представителями Ставки. Поверьте, я постарался его усвоить», пишет Рокоссовский.
Сталин чувствовал его характер
Это Рокоссовскому нравилось, он умел отстаивать свое мнение и не боялся высшего руководства. Он мог отказаться выполнить приказ Ставки, если считал его ошибочным и не боялся потерять звание, должность или свободу. Классический пример - его поведение при обсуждении в Ставке уже утвержденного плана операции Багратион.
Рокоссовского, настаивающего на своем плане, дважды выгоняли с совещания с предложением «подумать» и он дважды вернувшись продолжал настаивать на своем пока не добился принятия своего предложения.
Сталин, в свою очередь чувствовал характер Рокоссовского. Он понимал, что человека, отсидевшего два с половиной года и не сломавшегося, ничем не запугаешь. Такие люди вызывали у него уважение. Кроме Шапошникова по имени отчеству Сталин называл только Рокоссовского.
Маршал и Сталин. Фото в открытом доступе.
Сталин высоко ценил полководческий талант Константина Константиновича. Рокоссовский же считал, что в стране в то время не было никого, кто мог бы заменить Сталина на посту Верховного главнокомандующего, для этой должности он подходил лучше всего.
В том, что с ним произошло перед войной Рокоссовский Сталина никогда не обвинял, считая выдвинутые против себя обвинения происками врагов. Тем не менее вождь свою вину перед Константином Константиновичем осознавал и делал многое, чтобы ее загладить.
Впрочем, он пытался загладить вину и перед другими военачальниками, прошедшими через тюрьму перед войной. К примеру, когда узнал, что в камере Мерецков получил заболевание ног, разрешил ему сидеть, когда другие стояли. Но только Рокоссовскому вождь принес личные извинения.
По рассказу самого Рокоссовского, в сорок третьем году он был приглашен на день рождения Сталина. Обстановка была непринужденная, шутили, выпивали, смеялись. Улучив минутку, вождь отвел его в сторону и принес извинения. Мол, мы вас крепко обидели. Бывает, извините. После чего они вместе вернулись к столу, и Сталин предложил тост за Константина Константиновича.
Еще один любопытный эпизод, характеризующий отношения Сталина и Рокоссовского, привел в своей книге Феликс Чуев:
Знаменитая фотография плачущего маршала. Фото в открытом доступе.
«В 1949 году его вызвали в Москву. Сталин пригласил на дачу. Рокоссовский приехал на Ближнюю, прошёл на веранду — никого. Сел в недоумении, ожидая. Из сада появился Сталин с букетом белых роз, и видно было, что он их не резал, а ломал, — руки были в царапинах.
— Константин Константинович, — обратился Сталин, — ваши заслуги перед Отечеством оценить невозможно. Вы награждены всеми нашими наградами, но примите от меня лично этот скромный букет!» (Ф.И. Чуев. Солдаты Империи. Беседы. Воспоминания. Документы.)
В целом, уважение у них было взаимное. Рокоссовский остался верен Сталину и после его смерти. Когда началось развенчивание культа личности он ни разу не выступил с критикой своего кумира, хотя многие на этом делали карьеру, и Рокоссовский мог вполне подняться на вершину со своим статусом невинно пострадавшего.
Наоборот, по рассказу маршала Голованова, когда Хрущев обратился к Рокоссовскому с просьбой написать статью порочащую Сталина, ответил, что поливать грязью вождя не будет, так как Сталин для него святой.
В результате на следующий же день Рокоссовский лишился поста заместителя министра обороны. Впрочем, честь офицера и личное достоинство были для него дороже. Подхалимом и карьеристом Константин Константинович никогда не был.
⚡Больше подробностей можно читать в моём Телеграм-канале: https://t.me/two_wars
Похороны вождя. Фото в свободном доступе.
Можно по-разному оценивать деятельность и личность Сталина. Но мнение человека чьи заслуги в самых значительных битвах от Сталинграда и Курска до Восточной Пруссии и Берлина неоспоримы стоит учитывать, особенно зная через что ему довелось пройти.
