Фото: Дмитрий Зверев
– Посмотрела она на этого мужчину, и такая похоть ее вдруг обуяла, что еще немного и бросится на него. А ей лет-то уже нормально было. Под шестьдесят. Слава Богу, сил хватило крикнуть откуда-то то из глубин души: «Господи! Помоги! Сделай что-нибудь!» – рассказывал мне когда-то отец Евгений одну историю.
Она меня тогда очень впечатлила. Я ей чуть позже поделюсь. И странно, что потом она на долгое время прямо стерлась у меня из головы. Как будто затаилась и ждала своего часа.
А всплыла, когда мы недавно с одной моей знакомой говорили о духовных законах. Точнее – об одном, всем известном: «В чем кого осудишь, в том и сам побудешь». По-моему, кто-то из оптинских старцев сказал. И вспомнила она об одном маленьком с ней происшествии.
«Это монастырь, а не ипподром!»
Сама она журналист. Очень хороший, кстати. Много лет печатается в разных изданиях, в том числе – в православных.
Когда-то, когда еще было можно, поехала она в Киево-Печерскую лавру. Было прохладно, и надела она пальто – длиной чуть выше колена. Она в нем тысячу раз и в храмы к священникам на интервью ходила, и к архиереям – тоже. И на службу просто. Никто ей никогда ничего не говорил. Ну пальто и пальто. А под ним в тот день был у нее сарафан.
– Сходила я благополучно в дальние пещеры, – рассказывала она. – У ближних, глядя на дам в брюках, подумала: «Ну вот что такое. Нельзя было, что ли, юбку надеть, зная, что едут монастырь? Ведь некрасивые фартуки им – таким – выдают, не эстетично».
«Фартуки» – это юбки такие, правда, не блещущие красотой, которыми в монастырях заматывают тех, кто в непотребном виде пришел. А знакомая моя действительно большой эстет. У нее и образование профильное есть. Не только журналистское.
– И только подумала об этом, – продолжала она, – монах берет этот фартук и мне его протягивает: «Одежда выше колен у вас!».
Вот такими примерно историями о том, как Господь нас вразумляет, мы с ней в тот день и делились.
А у меня, знаете, как однажды было? Я очень люблю всякие банданы и беретки на голову – летние, зимние, любые. У меня их тьма тьмущая. И мне кажется, что это намного удобнее, чем платочки. Да и не идут мне последние.
И вот однажды, разгуливая в одной из своих любимых летних береточек по Оптиной пустыни, я увидела даму очень маленького роста в шляпе с огромными полями. В тот момент я прямо возгордилась. Женщина была из тех редчайших людей, кто ниже меня ростом. И в шляпе той выглядела она ну точно как гриб термитомицес титанический. Нет, я не так хорошо разбираюсь в грибах. Просто в Яндексе поискала: «Гриб с самой широкой шляпкой».
Смотрела я тогда на эту даму и думала:
– Ну неужели человек не понимает, что это монастырь, а не ипподром? И как, интересно, она в такой шляпе будет к ракам с мощами прикладываться?
– Сестра! Простите меня! Вы знаете, что в монастырь лучше в платочке, а не в береточке? – услышала я у себя над ухом чей-то голос.
Какая-то монахиня. Их в Оптиной много можно встретить, хотя это мужская обитель.
– Это в городе красиво, а здесь – в платочке, в платочке. Это же монастырь, – повторила она и опять попросила прощения.
А кроху в шляпе с широченными полями как будто и не заметила. Прошла мимо и всё.
Беретки свои любимые я носить не перестала, но стараюсь на чужие головные уборы меньше смотреть. Или на их отсутствие. Но если подмывает, прямо зажмуриваюсь. Как говорится: «Если твое правое око соблазняет тебя, то вынь его и отбрось от себя». Если честно, не всегда получается. Часто не получается, в общем.
Молитва за Януковича
Та моя знакомая журналистка рассказала о Киево-Печерской лавре. Ох, сейчас вспоминаю – хорошие были времена. Я сама еще до Майдана была там два раза. Прямо даже отступление сейчас сделаю.
Первый раз я там побывала по очень необычной оказии. Незадолго до этого я вышла замуж, и полтора года мы с мужем прожили в одном маленьком тогда еще украинском городке, откуда он родом. Сейчас, правда, это место уже известное, но не по сильно радостным обстоятельствам. Там ЗАЭС недалеко. Ну, я много раз писала…
А тогда это был, по-моему, 2004 год. Точно – 2004-й. Потому что Украину потрясала «помаранчевая» революция. И местное священноначалие благословило активных прихожан собраться и организованно приехать в Киев в лавру – молиться за Януковича. Я серьезно. Видимо, тогда они понимали, к чему все эти перевороты ведут.
Прихожанкой я стала без году неделя, но активной была всегда и везде. Мне иногда даже кажется, что у меня СДВГ. Поэтому тоже поехала. А муж мой остался дома работать.
Сначала был автобус, потом поезд – плацкартный вагон. Я пыталась спать, но вокруг громко общались на духовные темы и гоготали бородатые православные мужчины. Помню, один из них даже бесцеремонно придвинул меня к стене и уселся на эту же мою полку к столу, потому что именно там малоизвестные еще мне соседи всем наливали «по три капли за веру православную и всё хорошее». Позже этот бесцеремонный парень, кстати, стал нашим кумом.
Потом мы организованно и с энтузиазмом молились киево-печерским старцам. А какой-то дядечка, безбородый и, видимо, малоправославный, узнав предмет наших прошений, заорал на нас, что мы дураки и ничего не понимаем. И молиться надо не за Януковича, а против. В общем, было весело. Не считая того, что я промерзла до костей.
Зато вскоре после этой поездки я узнала, что беременна. Это была наша старшая дочка Варвара.
Второй раз меня привела туда не такая оригинальная причина. Выходила замуж родственница моего мужа, которая живет в Киеве. Точнее – жила. Мы были приглашены и, естественно, не могли не заехать в лавру. Вскоре я узнала, что беременна второй дочкой. Совпадение? Не знаю.
Как из прошлой жизни, на самом деле. Потом, с началом АТО, двое из тех, кто тогда ездил, ушли воевать на Донбасс по разные стороны. Один из батюшек, который сопровождал тогда делегацию, сейчас в запрете за то, что самовольно оставил место служения и уехал в Польшу вроде бы. Да я это тоже много раз писала. С кумом моим вообще дикая история. Но не хочу ее рассказывать. Где-то на западе сейчас. Как и родственники, к которым мы когда-то ездили на свадьбу. И наслушались мы, конечно, за эти почти три года.
Но, опять же, не буду никого судить. Сама же обозначила тему. Да и остались те, с которыми духовная и даже родственная связь только окрепла. И сейчас эт