© РИА Новости / Сгенерировано ИИ

Источник: РИА Новости

Вступление в должность президента Путина отмечает собой новый этап истории России. Какие-то линии предшествующих периодов будут наверняка продолжены. Какие-то достигнут критического порога. Что-то будет свернуто. Но должно прийти и что-то новое.

Я бы хотел обратить внимание на идеологический аспект, который может стать принципиальным вектором дальнейшего развития России в международном контексте.

В нашем ожесточенном противостоянии с Западом, балансирующем на грани ядерного конфликта и третьей мировой войны, все более контрастно проявляется проблема ценностей. Война на Украине — это не просто конфликт государств с их вполне рациональными национальными интересами, а столкновение цивилизаций, ожесточенно отстаивающих свои ценностные системы.

Сегодня уже со всей определенностью можно сказать, что Россия окончательно сделала ставку на защиту традиционных ценностей и именно с ними связывает фундаментальные процессы укрепления собственной цивилизационной идентичности и геополитического суверенитета. Речь идет не просто о различных интересах отдельных субъектов внутри одной и той же — западной — цивилизации, как до последнего времени еще пусть с натяжкой, но можно было бы интерпретировать разгорающийся все больше и больше конфликт России с коллективным Западом. Теперь очевидно, что между собой столкнулись две ценностные системы.

Современный коллективный Запад горой стоит за:

• абсолютный индивидуализм;
• ЛГБТ* и гендерную политику;
• космополитизм;
• культуру отмены;
• постгуманизм;
• ничем не ограниченную миграцию;
• уничтожение всех форм идентичности;
• критическую расовую теорию (согласно которой угнетенные ранее народы имеют полное право в свою очередь угнетать своих бывших угнетателей);
• релятивистскую и нигилистическую философию постмодернизма.

Запад нещадно цензурирует собственную историю, запрещает книги и произведения искусств, а конгресс США готовится к тому, чтобы изъять из Священного Писания целые блоки, якобы оскорбляющие некоторые группы людей по этническому и религиозному основаниям. Более того, развитие цифровых технологий и нейросетей поставило на повестку дня передачу инициативы правления в мировом масштабе от человечества к искусственному интеллекту — и ряд западных авторов уже превозносит это как невероятный успех и давно ожидавшееся наступление момента сингулярности.

Вопреки всему этому, Россия Путина прямо противопоставляет совершенно иной набор ценностей, многие из которых законодательно закреплены в указе № 809 от 9 ноября 2022 года. Россия твердо отстаивает:

• коллективную идентичность против индивидуализма;
• патриотизм против космополитизма;
• здоровую семью против легализации извращений;
• религию против нигилизма, материализма и релятивизма;
• человека против постгуманистических экспериментов;
• органическую идентичность против ее размывания;
• историческую истину против культуры отмены.

 

Налицо две противоположные ориентации, более того — две антагонистические идеологии, мировоззренческие системы. Россия выбирает традицию — Запад, напротив, все нетрадиционное и даже антитрадиционное.

Это делает конфликт на Украине, где эти две цивилизации и столкнулись друг с другом в ожесточенной решительной битве, чем-то намного большим, нежели обычный конфликт интересов. Он, конечно, здесь есть, но не он главный. Главное, что в противостояние вступили две модели дальнейшего развития человечества — по либеральному, глобалистскому, антитрадиционному пути современного Запада или по альтернативному, многополярному, полицентричному пути с сохранением традиции и традиционных ценностей, за что сражается Россия.

И вот тут самое время заметить, что многополярный мир, верность которому провозгласила Россия на предыдущем этапе правления Путина, обретает смысл только в том случае, если мы признаем за каждым полюсом, за каждой цивилизацией (сегодня наглядно представленными в БРИКС) право на свою идентичность, свою традицию, свою систему ценностей. Многополярность становится осмысленной и обоснованной, если мы исходим из плюрализма существующих культур и признаем их право сохранять свою идентичность и развиваться с опорой на внутренние принципы. А это значит, что полюса многополярного мира, в отличие от глобалистской однополярной модели, где по умолчанию доминируют в качестве универсальных именно западные ценности, в той или иной степени следуют по пути России, но только беря на щит свои — всякий раз различные — традиционные ценности.

Это мы видим наглядно в современном Китае. Мало того что он отвергает глобализм, либерализм и мировой капитализм как догму, сохраняя многие черты социалистического уклада, он все больше и больше обращается к извечным ценностям китайской культуры, возрождая на новом витке политическую и социальную этику Конфуция, вдохновлявшую и упорядочивавшую общество в течение нескольких тысячелетий. Неслучайно одной из ведущих теорий международных отношений в современном Китае стала древнейшая идея Тянься, где Китай мыслится в центре мировой системы, а все остальные народы окружают Поднебесную по периферии. Китай сам себе абсолютный центр, открытый для мира, но строго стоящий на страже своей суверенности, уникальности и самобытности.

В том же направлении движется современная Индия (Бхарат), особенно под властью Нарендры Моди. И снова здесь доминирует глубинная идентичность, хиндутва, возрождающая основы древнейшей ведической культуры, религии, философии, социального уклада.

Исламский мир еще более категорично отвергает систему ценностей коллективного Запада, вообще никак не совместимую с исламскими законами, правилами и установками. И в этом случае акцент ставится на традиции.

В этом же направлении движутся народы Африки, заходящие на новый виток деколонизации — на сей раз сознания, культуры, образа мысли. Все больше африканских мыслителей, политиков и общественных деятелей обращаются к истокам своих автохтонных культур.

Латинская Америка тоже постепенно открывает для себя эти новые горизонты традиционализма, религии и культурных корней, входя во все более и более прямой конфликт с политикой США и коллективного Запада. Причем специфика Латинской Америки в том, что антиколониальная борьба долгое время проходила преимущественно под левыми лозунгами. Сейчас ситуация меняется: левые обнаруживают традиционные и консервативные истоки своей борьбы (например, в "теологии освобождения", где доминирует католический фактор) и все больше растет консервативный антиколониальный фронт (например, "теология народов").

Но пока никто из цивилизаций, ориентирующихся на многополярность и предпочитающих традицию, не вступил с Западом в прямой вооруженный конфликт, кроме России. Многие колеблются, выжидая финала этого драматического противостояния. И хотя потенциально большинство человечества отвергает гегемонию Запада и его ценностных систем, в прямое столкновение с ним пока войти никто, помимо нас, не готов.

Это дает России уникальный шанс: встать во главе мирового консервативного поворота. Приходит момент прямо заявить, что Россия воюет с претензией западной цивилизации на универсальность ее ценностей и стоит целиком и полностью за традицию, причем как за собственную (русскую народную, православно-державную), так и за все остальные. Ведь и им также в случае триумфа глобализма и сохранения западной гегемонии грозит неминуемое уничтожение.

Все цивилизации мира консервативны, это и составляет их идентичность. И они все больше отдают себе в этом отчет. Лишь постмодернистский Запад решил радикально порвать со своими классическими христианскими корнями и принялся строить культуру вырождения, извращения, патологии и технического замещения людей постчеловеческими организмами (от ИИ до киборгов, химер и продуктов генной инженерии). Да и на самом Западе значительная часть общества отвергает этот путь и все яростнее выступает против курса правящих постмодернистских либеральных элит на финальное упразднение культурно-исторической идентичности самих западных обществ.

На новом президентском сроке Путину было бы вполне логично провозгласить защиту традиции — в России и во всем мире, включая сам Запад, — как свою главную идеологическую миссию. Владимир Путин и так в глазах всего человечества является величайшим лидером, играющим именно эту роль, героически сопротивляющимся западной гегемонии. Вот самое время и объявить о всемирной миссии России, состоящей в защите цивилизаций и их традиционных ценностей. Хватит подыгрывать Западу и использовать его стратегии, термины, протоколы и критерии. Цивилизационный суверенитет состоит в том, что каждый народ имеет полное право принимать и отвергать любые внешние установки, развиваться своим собственным, особым путем, невзирая на то, что кто-то извне может быть этим недоволен.

Так, недавно, 7 мая, британская газета Mirror объявила девять слов из инаугурационной речи президента Путина "страшной угрозой Западу". Этими словами были: "Россия сама и только сама будет определять свою судьбу!" То есть любой намек на суверенитет Запад воспринимает как объявление ему войны. Россия на это пошла и готова поддержать всех, кто так же решительно выступит за свой суверенитет, как и она сама.

Конечно, у каждой цивилизации свои традиционные ценности. Но сегодня все они под атакой одной агрессивной, нетерпимой, лживой и извращенной цивилизации, которая ведет с любой традицией — с традицией как таковой — беспощадную войну. Россия Путина в такой ситуации может открыто объявить себя носительницей обратной миссии — стать защитницей традиции и нормы, преемственности и идентичности.

Раньше, в ХХ веке, влияние России в мире опиралось преимущественно на левое движение. Но сегодня оно постепенно сошло на нет — либо было поглощено либерализмом, либо исчерпалось само по себе (за редким исключением, причем чаще всего вступив в альянс с антиколониальными консервативными тенденциями). Теперь стоит сделать ставку на консерваторов, сторонников цивилизационной идентичности. И так рождается новый лозунг: традиционалисты всех стран, объединяйтесь!

И мы не должны этого стесняться, стыдиться или скрывать это. Чем более уверенно мы встанем на этот путь, тем быстрее и надежнее будет расти наше влияние в мире. Раз мы выбрали ориентацию на многополярность, надо быть в этом последовательными.

Все и так считают Путина ключевой фигурой консервативного возрождения. Время провозгласить это открыто. Критики со стороны Запада в любом случае не избежать, но теперь в отношениях с ним решающие факторы вообще другие. А наши союзники — актуальные и потенциальные — возьмутся за поддержку России с новой силой. Ведь теперь им ясны будут наши далекоидущие цели и задачи. Они поверят нам и примутся уже безо всякого недоверия или колебания строить вместе с нами справедливый и сбалансированный мир в интересах большого человечества.

* Экстремистская организация, запрещенная в России.